Страница 25 из 70
— Это единственное, что пришло мне на ум, — скривившись, проговорила, перебив его.
— Сейчас я это понимаю, но тогда…
— Прости, но я не знала, где тебя искать, — проговорила, вновь ощущая чувство вины.
— В общем, ищейки нашли, куда увезли Максимку, но как только им удалось подобраться совсем близко, похитителям удалось уйти, — произнес Глеб, по-новому начиная злиться. — Когда ты мне позвонила в первый раз, я был недалеко от города, поскольку именно здесь держали Максимку. Поначалу я считал, что это происки Макса. Думал, что ему как-то удалось узнать что мальчишка его сын. Но, как удалось выяснить, это не так.
Я никак не могла понять его эмоции, когда он это говорил. Они зашкаливали, вынуждали путаться, а порой заводили в тупик. Как, например, сейчас. Я пыталась понять, он радуется тому, что Макс не признал сына и отказался от меня или же зол из-за этого. Возможно, у меня это не получалось, поскольку внутри бурлили похожие эмоции?
— К этой теме мы еще вернемся, — произнесла, желая узнать поподробнее о том, почему Макс считал, что Максимка — сын Глеба. — Что с Максимкой? Им… твоим ищейкам удалось выяснить где он?
— Почти, — коротко бросил он.
Я почувствовала, как сердце сжалось от плохого предчувствия.
— Что значит «почти»? — нахмурившись, поинтересовалась у него, подаваясь вперед.
— Мы знаем, в каком они городе остановились, но еще не знаем, где именно, — ответил Глеб. — Нужно еще немного времени на поиски.
— Но у нас нет времени! — воскликнула я, переживая за сына.
Прошло столько дней, а я до сих пор не знаю, где мой мальчик. Я прекрасно понимаю, что Глеб тут не при чем, что он делает все, что может, но нервы больше не выдерживали. Хотелось, чтобы мой мальчик оказался рядом, я так по нему скучаю.
— Мы найдем его, — сказал он и, протянув руку, прикоснулся к моей, сжимая ее, пытаясь поддержать. — Вот увидишь, наш мальчик скоро будет с нами.
Глава 16
— Что это за место? — поинтересовалась я у Глеба, когда машина въехала на территорию небольшого частного дома.
— Один из многих домов, принадлежащих стае, — ответил он, заглушая двигатель. — Такие дома есть у каждой стаи. Их сотни, а то и тысячи по всему миру. Приезжая в страну, город или деревню оборотень может остановиться в подобном месте на некоторое время. Так сказать, этот дом — перевалочный пункт, — хмыкнул Глеб, выбираясь из машины.
— И надолго мы здесь? — спросила, следуя за ним.
Меньше всего мне хотелось сейчас находиться в подобном месте. Но поскольку иного выбора у нас нет, хочется хотя бы знать: надолго ли мы здесь?
— Думаю, на пару дней, — ответил он через некоторое время раздумий. — Ищейки обыскивают город и как только что-то найдут, сообщат нам.
Про то, что ищейки в данный момент ищут Максимку по всему городу, он уже говорил мне, пока мы добирались до соседнего города. Но про то, что нам нужно будет просто сидеть и ждать, не пойми чего и не пойми где, я слышу впервые. Даже несмотря на то, что мы пробыли в дороге несколько часов, он ни разу не обмолвился насчет этого!
— То есть мы будем просто сидеть и ждать? — возмутилась я, не желая бездействовать, когда мой сын невесть у кого находится.
— А что ты предлагаешь? — спросил он, вскинув бровь. — Ходить по улицам, заглядывать в каждый дом, квартиру, чердак или подвал, в надежде отыскать сына? — теряя терпение, поинтересовался он. — Ты понятия не имеешь, где прячут Максимку. Я, кстати, тоже.
Больше не говоря ни слова, он направился к дому, словно эта тема ему больше неинтересна. Вот только… я не готова была закрывать ее. Я прекрасно понимала, что он прав, что я не знаю, где находится сын и где его искать, но…
— По крайней мере, я не буду сидеть без дела и ждать, пока непонятно кто ищет моего сына! И ищет ли вообще? — упрямо заявила я, намереваясь потребовать у него ключи, чтобы взять машину и отправиться на поиски моего мальчика.
Но после моего заявления Глеб повел себя странно. Остановившись, он медленно развернулся и подошел ко мне.
Я чувствовала, что он едва сдерживается, чтобы не… что? Не накричать? Или не ударить? Я так и не смогла понять его эмоции, которые просто зашкаливали. Они сбивали с ног, вынуждая затаить дыхание, непрерывно следя за ним.
Он медленно наклонился, сокращая между нами расстояние настолько, что еще чуть-чуть, и его губы коснутся моих. Пристально смотря в глаза, он едва слышно проговорил, обжигая губы горячим дыханием:
— Я поставил им условия: стая находит Максимку, я становлюсь альфой. И поверь мне, они землю грызть будут, чтобы отыскать его.
С каждым его словом мое дыхание сбивалось, а мысли путались. Я слушала его, но при этом не слышала. Все мое внимание было приковано к его губам, к его сбитому дыханию и усталому, но в то же время сердитому голосу.
Выпрямившись, он вновь направился к входной двери, так и не дождавшись от меня ответной реакции. Точнее она была, но не такой, как ожидал Глеб. Я тоже не ожидала от себя подобного!
Не помню, чтобы за эти годы Глеб вел себя подобным образом. Он никогда не говорил со мной в таком тоне. Старался не спорить, иногда я даже не замечала его присутствия в доме. Он играл с сыном, порой уезжал на несколько дней, а по возвращению вновь посвящал время Максимке. Если мы и разговаривали с ним, то только по делу. И, возможно, именно поэтому я не обращала на него внимания, как на мужчину. Но сейчас…
Передо мной пару минут стоял не просто Глеб, которого я успела изучить за столь долгое время от и до, а альфа. Его сила подавляла во мне бунт, вынуждала прислушаться к здравому смыслу, и она будоражила неизвестные ранее к нему чувства.
В тот момент, когда он шептал мне в губы эти слова, я отчетливо ощутила морозный запах. Он обволакивал, вынуждал вернуться в Беглые толки, в ту ночь, когда мы беззаботно разговаривали, лежа на кровати в той самой землянке, когда между нами едва не случилась близость. Возможно, если бы нам тогда не помешали, то все сложилось бы иначе, и Максимка был бы сыном Глеба. Если бы это случилось, то…
— К тому же, тебе не помешало бы отдохнуть, впрочем, как и мне, — проговорил Глеб, вырывая меня из странных мыслей. — Силы нам еще понадобятся.
Я не стала больше с Глебом спорить. Просто молча прошла в дом вслед за ним, находясь под впечатлением от эмоций, чувств и… желания?
— Располагайся, спальня наверху твоя. Ванна там, — сказал Глеб, показывая на едва заметную дверь в конце коридора. — Кухня тут, — указал он на очередную дверь. — Гостиная, — следующая дверь удостоилась его внимания. — Я лягу здесь, — сказал он и направился в гостиную, оставляя меня одну в коридоре.
Хотелось последовать за ним и расспросить подробнее про то, что ему известно о Максимке. А также было много вопросов про Макса и о том, что случилось между ними. А, возможно, я просто не хотела с ним расставаться. Боялась вновь остаться одной, ведь тогда в голову полезут плохие мысли. А еще хотелось понять, что со мной происходит, и разобраться в собственных чувствах. Понять, почему меня так тянет к нему… Но я прекрасно понимала, что Глеб устал и ему нужен отдых. К тому же, был ранен, и я даже не знаю, как он вообще продержался так долго.
— Глеб, — позвала я его, направляясь в гостиную, когда вспомнила про его раны.
Нужно помочь ему обработать их. Я настолько погрязла в своих мыслях и переживаниях, позабыв о том, что Глеб живой, что он ранен и ему нужен отдых.
Зайдя в гостиную, я замерла на пороге от увиденного. Поскольку я не ожидала увидеть Глеба, спящего на диване в облике волка. На мое появление он никак не отреагировал. Видимо, был настолько вымотанный что, коснувшись горизонтальной поверхности, тут же уснул. Растерявшись и не зная, как быть дальше, я тихо вышла из гостиной, не желая мешать ему отдыхать.
На дворе давно уже властвовала ночь, но, несмотря на это, спать не хотелось. Но и мешать сну Глеба я тоже не желала, поскольку с его слухом очень тяжело отдыхать, когда за стеной блуждают. Поэтому я решила подняться наверх и все же попробовать отдохнуть, ведь Глеб прав — нам еще нужны будут силы.