Страница 67 из 78
— Забудьте, — я даже нашёл в себе силы усмехнуться. — Когда меня сожгут, покопайтесь в пепле. Вдруг там что-то осталось. Или Алию прибейте — с неё тоже такой артефакт выпадет. Только потом ждите меня в гости. Я всё сделаю для того, чтобы вас прибить. Пойду на сделку с самим Скроном, если это потребуется.
— Тем не менее делиться придётся, Максимилиан.
— Интеграции в одну сторону невозможна. Либо полная, в обе стороны, либо забудьте о том, что у нас есть записные книги. Там слишком много уникальной информации, которая не должна достаться сторонним людям. Например, мне удалось выяснить, каким образом повышать уровень одного интересного камня без использования «
— Наша встреча приватна, так что можешь не пользоваться замещениями. Здесь никто не подслушает.
— Хорошо. Мне удалось не только выяснить, как повышать уровень «
— У одного интересного камня, как ты выразился, нельзя создавать грани стандартным способом. В камне, что мне достался, находится всего одна грань. Куда ты всё время отвлекаешься?
— На функционал рунописца, — ответил я, наконец-то сообразив, что всё это время казалось мне неправильным. Я ещё раз нажал на пиктограмму навыка, но на этот раз обратил внимание не на набор символов, а на панель ниже. Раньше она была пустой, сейчас же на ней появились даты. Причём даты не в настоящем и прошлом, а в будущем. И ближайшая из них наступала уже через полтора месяца. Сосредоточив взгляд на этой записи, передо мной открылась карта с нанесённым на неё значком разлома. Заражённого разлома. Он находился неподалёку от Аль-Хорезма и имел восьмой уровень. Я закрыл карту и пересчитал количество записей. Сорок две штуки. Храм Скрона не соврал — печати с заражённых разломов вскоре спадут. Процесс уже начался и его не остановить. Требуется либо обновлять печати, либо уничтожать разломы. Второй вариант предпочтительней. Особенно для меня.
— Судя по твоему лицу, ты только что что-то осознал.
— Заражённые разломы. Первый из них откроется через полтора месяца возле Аль-Хорезма. Последний — через двенадцать лет. Это максимальный срок. Когда я вырвал сердце Мераму, пусть и безрезультатно, то забрал у него часть информации.
— Всего полтора месяца, а потом всё начнёт рушиться? Неплохой аргумент для переговоров. Обязательно его используем. Но вернёмся к записным книгам.
— Двусторонняя интеграция, господин ректор. Только так я допущу вас к нашим записям. Мне проще сейчас согласиться на то, чтобы меня обманули и заставили уничтожать заражённые разломы почти бесплатно, чем отдавать вам такой пласт информации. Или вы не хотите знать, каким образом появляются заражённые разломы?
— Хочешь сказать, что это рукотворное творение? — в голосе Кималя Саренто проскользнула заинтересованность. Вот! Этой информации у него точно нет.
— Двусторонний доступ, господин ректор, и вы всё узнаете. Только так и никак иначе. Где Алия?
Связаться со своей личной служительницей я не мог — стальная клетка блокировала магическую связь.
— В Кострище. Боюсь, сейчас ей нельзя выходить из автономного города. В противном случае Цитадель призовёт её к ответу. Она пренебрегла обязанностями личной служительницы и согласилась стать твоей женой. Это, как бы тебе мягче сказать, запрещено. В правилах чётко прописаны основные ограничения между тёмными и их личными служителями и одно из них как раз определяет невозможность такого союза. Сейчас её защищает статус твоего города. Как только она его покинет, попадёт под юрисдикцию церкви.
— Алия ни о чём подобном не говорила, — ответил я, с подозрением глядя на Кималя Саренто. Верить ректору — последнее дело. — Стоп, что значит статус моего города? Как он защищает?
— Разве не ты кричал о том, что Кострищ должен быть выведен из-под влияния церкви Света? Получи и распишись. Рядом с городом отныне будут дежурить отряды контролёров тьмы и проверять каждого, кто выходит из города. Внутри стен представителей церкви больше нет. Папа подписал указ, наделяющий автономный город Кострищ особым статусом. Отныне это город серых с особым контролем церкви. Собственно, об этом речь и идёт. Статус Кострища — это уже свершившийся факт. Но тебе могут преподнести его как великий дар, чтобы ты закрыл все заражённые разломы. Существует ещё куча мелких нюансов, о которых ты просто не знаешь и из-за которых можешь проиграть. Но с моей помощью ты можешь выйти из этой клетки с прибылью.
— Хорошо, давайте обсудим ваше участие. Что вы готовы мне предложить, чтобы представлять мои интересы на грядущих переговорах?
— Максимилиан, только не говори, что удар головой был гораздо серьёзней, чем казалось изначально? Я начинаю волноваться.
— Вы явились сюда ради вполне чётких целей, о которых не говорите. Вам что-то нужно, и вы хотите это что-то получить, использовав меня как разменную монету. Если это принесёт мне хорошие бонусы, я готов на такое согласиться, но явно не бесплатно. Все эти разговоры о том, что я ещё не созрел к таким переговорам, что меня там сожрут и мокрого места не оставят — это всё разговоры для бедных. Мне это не интересно. И вообще — я ученик мастера Мерама. Через два дня меня отпустят, даже если я слова никому не скажу, чтобы мне не предложили. Это Цитадели и тёмным нужно каким-то образом со мной договариваться, а не мне. Это у них разломы начнут открываться через полтора месяца, а не у меня. К тому же я помню слова командора, что во всеуслышанье кричал о том, что я смертник и должен выполнять его приказы. Большего бреда от церкви я не слышал!