Страница 34 из 44
Со своего поста воительница видела и деревню, где жили дворцовые слуги: десяток хижин, отделенных от лагеря пригорком, поросшим травой. Домишки выглядели достаточно прочными, чтобы выдержать ветры и укрыть обитателей зимой. Вдоль дороги, ведущей к рыбацким лодкам, тянулся низкий забор из кольев и веток. Другая изгородь защищала сады, расположенные на склоне холма. Там в тесном загоне паслись две свиньи. Деревня казалась безлюдной. «Неудивительно, — рассудила Зена. — Те, кто не в лодках и не во дворце, сейчас прячутся за железными засовами». Она почесала зудящее плечо о шершавую кору и снова взглянула в сторону палаток. Солнце уже стояло высоко, когда лагерь стал оживать. Четверо вояк направились к морю, еще двое взяли плетеницы — сосуды в плетеной корзине — и прошли за палаткой врачей. Они скрылись из глаз, спустившись в крутой овраг, но мгновением позже появились снова. Вероятно, на дне находился ручей или колодец. Его не было видно за резкими изгибами каменистых склонов. На некоторое время солдаты опять скрылись из виду; когда они вышли из оврага, в плетеницах плескалась вода.
Остров казался спокойным и мирным, но это впечатление было обманчивым. Послышалась брань; из крайней палатки, размахивая руками, выбежал мальчик и ничком рухнул на землю. Кто-то расхохотался, кто-то выкрикнул грубость. Мальчик вскочил, оглянулся и бросился вниз по склону.
«Пора обойти весь остров», — решила воительница, но прежде чем она спрыгнула на землю, около полевого госпиталя поднялся шум. На холм огромными шагами поднимался Метрикас, он размахивал рунами и яростно рычал. За ним с трудом поспевал мужчина, лишь немного уступающий великану в росте. У него были такие же рыжие волосы и отличная кольчуга. «Мерониас. Это о нем говорил Драконт», — Зена притаилась, заинтересованная происходящим. Под первым же дубом Метрикас остановился, прислонился к стволу. Брат сел рядом в тени. Теперь Зена разбирала каждое слово.
— Они хотели меня убить! Драконт не понимает! Скажи ему! — Метрикас бушевал.
— Сам скажи! Давай, лезь в петлю, — Мерониас тоже был взбешен. — Говорю же, он зол. Два года я налаживал отношения, а теперь ты собираешься все разрушить!
— И не думай меня одурачить, Мерониас. Ты нужен Драконту, чтобы держать в узде весь этот сброд.
— Он и сам справится, если захочет. А в таком случае… — Мерониас выразительно провел ладонью по горлу. Тишина. Братья молча глядели друг на друга. Метрикас стоял к Зене спиной. Она могла разглядеть только нечесаную Копну рыжих волос и плечи громилы. Лицо Мерониаса все еще пылало от бега и ярости, а глаза метали молнии. Рыжие волосы, глаза, огромный рост — сходство на этом кончалось. В лице Мерониаса, несмотря на ярость, угадывалось достоинство и работа мысли.
— Послушай, Метрикас, — заговорил брат, внезапно сменив тон. — Я у тебя немного прошу, так? Держи своих головорезов в рампах, не трогай слуг и не подпускай свою пьяную банду к женщинам. Пусть сидят в лагере и к стадам — ни на шаг. Кстати, спасибо, что поставил часовых у лодок… Но ослушаться приказов Криноса — это уж чересчур! В следующий раз, если только следующий раз будет, при Драконте помалкивай. Ах, да! Ты его не сразу заметил!
— Там была эта девушка! Она из тех, кто…
— Что я, Зену не знаю? Всем известно, что это она стукнула тебя по голове и оставила под палубой. Зачем ты бегал по острову и рассказывал об этом каждому встречному?
Метрикас в бешенстве выругался:
— Она знает, кто был на корабле.
— Не будь ребенком, брат! Конечно, знает. Только тебе она выдаст моряков, когда рак на горе свистнет. Ты только попусту тратишь силы.
— Кринос мог бы пойти в деревню и выяснить… Мерониас вскочил на ноги и оказался рядом с братом.
— Послушай, все кончено. Эту историю забыли. Разумеется, Кринос должен был узнать имена моряков еще до того, как корабль вышел в море. И ему это ясно, потому что сегодня утром я все ему объяснил. Но мы не можем изменить прошлое, правда? Кстати, Драконт не жаловался, что Зена оказалась в лагере, так? — Молчание. — Так. Головы с плеч не полетели, насквозь никого не проткнули. Вряд ли Драконт ожидал, что воительница появится здесь, тем не менее, никто не наказан. Подумай, что это значит, — на этот раз молчание затянулось. — Поклянись, что забудешь о мести, брат.
— Отстань!
— Нет! — перебил Мерониас, и к удивлению Зены громила замолчал. — Собираешься командовать людьми, так начни с себя. Клянись, или, даю слово, завтра ты со своей бандой высадишься на материке. Станешь захудалым разбойником, как тебе на роду написано.
— Я… — громила привалился к дереву. — Я не виноват! Знаешь, сколько таких шаек развелось? И всем надо убивать, грабить, насильничать. Им нужны жертвы. А где их взять? Все разграбили до нас. Знаешь, как головорезы опасны, когда голодны.
— Зена не годится на роль жертвы. Успокойся. Пока я в лагере Драконта, у тебя будет еда, и кров, и доля от награбленного. Ты будешь командовать теми, кого привел с собой. Все, что требуется — держаться подальше от военачальника. И Зены. Она тебе не по зубам. Клянись, говорю!
— Ну ладно, — промямлил Метрикас, — Клянусь.
— Отлично. Ты не пожалеешь.
— Я уже пожалел, — в раздражении ответил Метрикас. — Ты хоть знаешь, как у меня болит голова? Мерониас хлопнул в ладоши:
— Ты сегодня ел? — брат осторожно покачал головой. — У меня остался хлеб и уха. Пойдем, — он повернулся и зашагал вниз по склону.
Метрикас дал ему отойти и взглянул туда, где солда-ты вытаскивали крутобокую лодку дальше на берег.
— Клянусь, — проворчал он. — Да, клянусь, что Зена за
все заплатит. Кровью.
Мерониас выкрикнул его имя. Громила обхватил го-лову руками и прокричал в ответ: — Иду!
Некоторое время Зена не двигалась с места, обдумывая услышанное. Слабая улыбка тронула ее губы:
«Конфликт начальника и подчиненного всегда кстати. Но как его использовать? Время покажет». Воительница бросила по сторонам внимательный взгляд и, перебираясь с ветки на ветку, спустилась на землю. На мгновение она остановилась в нерешительности: пойти вверх или вниз? Собственно говоря, это не имело значения. Стоял ясный и светлый день, облаков почти не было. Заметить воительницу не составляло труда. «Ну и пусть. Пусть привыкают, что я здесь, и к концу дня они перестанут обращать на меня внимание», — рассудила она.
Зена взобралась на вершину холма, но не увидела оттуда ничего нового. Один склон отвесно уходил в море, вдоль другого тянулась опасная каменистая тропа. Корни согнутых ветром сосен и редких кустов едва удерживали валуны на месте. Вдали открывался вид на материк. Песчаная коса у подножия холма исчезала в набегающем приливе. Кажется, по мокрому песку к травянистым склонам вела тропинка, но с того места, где стояла Зена, она виднелась неясно.
— Думай, — ворчливо велела себе воительница. Пока у нее не появилось ни одной дельной мысли. Двести вояк против нее и Габриэль.
Лагерь загораживали высокие скалы, Зена разглядела только две палатки и одинокий столб дыма. Дворец словно вымер, деревня и корабли отсюда не видны. Воительница вздохнула и направилась вниз, скользя по крутому склону. Она повернула в сторону и оказалась в дубраве. Недавно тут паслись козы и свиньи. Других признаков жизни Зена не заметила. «Ты и не думала найти здесь подкрепление, — обратилась воительница к самой себе. — Теперь ступай во дворец. Пора составлять план». Однако, выходя из дубравы, она увидела приближающегося Драконта. Воительница прислонилась к дереву и подождала командующего.
Широко улыбаясь, он остановился в тени:
— Изучаешь обстановку? Зена подала плечами:
— Как всегда. Ты меня искал? Или просто бродил?
— Один из мальчишек видел тебя на вершине. Я подумал, тебе будет приятно разделить со мной и моим войском хлеб и вино.
Зена обдумала предложение и согласилась. Драконт вышел вперед, но вскоре замедлил шаг, чтобы Зена поравнялась с ним. Воительница очень удивилась. Драконт заговорил, лишь когда они оказались у подножия холма: