Антимаг

Между тем парень с горбинкой (по возбужденным выкрикам княжичей я понял, что это Сергей Панов, а значит, второй, соответственно, Кутузов) толкнул ладонью невидимые токи воздуха, и тут же, закручивая кисть как по спирали, создал еще одну технику в виде серпов. Тускло блестящие в отраженном свете фонариков, они полетели в мою сторону вслед за ударной волной. Одновременно с ним активировал магемы Кутузов. Он был из «водников», пестующий атрибут Льда, о чем я узнал по морозной свежести, окутавшей место стычки. Ледяные копья выросли вокруг меня, чтобы пресечь возможность бежать от воздушных плетений. Да я и не старался особо. Даже не присел. Слегка рисуясь, крутанулся на каблуках туфель с вытянутой рукой. Хрустальный перезвон ломаемых магических атак подтвердил эффективность Разрушителя. Осколки льда полетели в сторону своего создателя, а воздушные серпы превратились в обыкновенные пылевые завихрения, опавшие у моих ног.

Не давая расстроенным неудачной попыткой свалить меня противникам прийти в себя от продемонстрированной защитной техники, я шагнул к светловолосому и сдерживаясь, чтобы не переломать ему кости, ударил в грудь. Мой кулак остановился в паре сантиметров от тела, но Панову хватило и этого. Его смело с места и отбросило в кусты, откуда донесся запоздалый вопль злости. Тут же разворачиваюсь и в два прыжка оказался рядом со вторым свитским. Парень сообразил, что придется драться без магии, и нанес резкий удар правой рукой в печень. Вернее, хотел нанести. Я опередил его на долю секунды. Правой стопой врезал по сгибу колена противника. И едва не переборщил с накачанной для удара энергией. Хорошо, защита у свитского была плотной — как будто попытался нанести удар в воде — что смягчило последствия.

Кутузов брыкнулся спиной на землю, да так, что одна из туфель слетела с ноги, а в груди что-то екнуло.

— Судари! — послышался громкий и уверенный голос Тесака. — Прошу вас прекратить, пожалуйста! Давайте успокоимся, разойдемся и забудем о этом недоразумении!

Явился не запылился! В кустах, наверное, сидели и ставки делали, кто победит.

— А вы кто такие? — рыкнул Долгоруков на Тесака и спокойно стоящего рядом с ним Барбоса, переживая за поражение свитских.

— Личники Старейшины рода Булгаковых, — обозначил поклон Тесак. — Поэтому прошу успокоиться и забыть друг о друге. В наших общих интересах.

— Холоп! — брызнул слюной неугомонный княжич. — Я попрошу отца, чтобы он поговорил с Олегом Семеновичем наказать вас за то, что плохо присматриваете за своим подопечным.

— Как вам будет угодно, светлый княжич, — кивнул Тесак, умело гася раздражение аристо. — Я всего лишь прошу позволения забыть об инциденте. Викентий! Долго тебя ждать?

Я был занят. Наклонившись над поверженным противником, который беззвучно открывал рот и силился вдохнуть в себя воздух, убедился, что с ним все в порядке. Оклемается. Мягкая трава газона смягчила неприятное падение.

— Извини, дружище, к тебе никаких претензий, — сказал я добродушно и протянул руку, чтобы помочь Кутузову встать. Тот раздраженно отмахнулся, дескать, вали, не до тебя. Кивнул, выпрямился и повернулся к молчащим княжичам. — Господа, я надеюсь, что произошедшее между нами — всего лишь недоразумение из-за излишков выпитого. Но я не забыл, княжич Долгоруков, об оскорблении. Когда я стану вровень с вами по статусу, вызову на дуэль. Как и вас, княжич Корецкий. Господин Воронецкий, благодарю вас, что присмотрели за моей девушкой. Илана, идем!

Я протянул руку, и одноклассница, вцепившись в меня, как портовый многотонный РЭКС потащила к автостоянке, оставив в остолбенении молодых аристократов. Ухмыляющиеся, и не скрывающие своих эмоций, личники неторопливо зашагали следом.

— Черт подери, это что сейчас было? — возопил Долгоруков, глядя на друзей.

Корибут-Воронецкий расхохотался, похлопывая себя по бедрам.

— Видели бы вы себя со стороны! Говорил же, прекращайте задирать незнакомых людей! Рано или поздно нарветесь на огромные проблемы!

— Мишка, ты радуешься, что нас облил грязью какой-то там мелкий дворянчик? — зло засопел Корецкий и накинулся на понурых свитских, отряхивающихся от лесного мусора. — А вы, болваны, не могли уделать одного щегла!

— У него какая-то хитрая техника, — пробурчал светловолосый. — Он даже не дотронулся до меня, а показалось, как будто кувалдой саданул. Ни одного лишнего движения не сделал, даже не запыхался.

— Магия? — напрягся Корецкий.

— Не похоже, — второй парень, нагнувшись, закашлялся, отплевываясь и чертыхаясь в сторонке, словно намеренно подтверждая слова Панова. — Какую-то концентрированную энергетику использует.

— Надо его наказать! — завелся княжич Александр. — Я все равно отыщу его и переломаю ему все кости!

— Зачем его искать? — пожал плечами Воронецкий. — Он же у Булгаковых в поместье живет, под опекой. Вы хотя бы иногда интересовались, что вокруг вас происходит.

— Еще и сиротка, — сплюнул Долгоруков. — Ну ладно, я ничего не забываю. Придет время — найду и освежую как паршивую овцу.

— Я с тобой, — поддержал его Кирилл Корецкий. — Надо же, каков наглец! Заявить, что вызовет на дуэль, когда княжеский титул получит! Вы слышали, судари! Получит титул! Пусть он и дворянчик, но и не таким языки резали за нахальство!

Воронецкий про себя покачал головой. Этот Волховский недурной боец. Даже без своего «скелета» умудрился за минуту раскидать бойцов магических техник. Пусть до ранга «мастер» им пыхтеть и пыхтеть, но с мальчишкой могли справиться не поморщившись. На деле все оказалось иначе. Уделал, как есть уделал бойцов княжича Долгорукова. Жаль парней, теперь им вряд ли светит сопровождать своего господина на увеселительных вечеринках.

Пожалуй, нужно ехать домой, чтобы княжичи свою злость не сорвали на ком-то еще. А завтра протрезвятся, и можно будет поговорить и серьезно внушить, чтобы не делали глупостей. Пусть мальчишка не родовитый, но Булгаковы не дадут его в обиду, и как бы не решили, что роды Долгоруковых и Корецких нанесли лично им оскорбление. Если человек находится под защитой рода, будь то слуга, воин, аманат или даже сирота, взятый на воспитание, с ними нельзя поступать, огульно оскорбляя или издеваясь. За такое поведение обязательно придет ответ. А Михаил Воронецкий не хотел попадать под коллективное наказание из-за этих идиотов. Но они друзья, и его долг удержать парней от дальнейших глупостей.

— А ведь прекрасно провели время, господа! — воодушевленно воскликнул он и рассмеялся снова, не обращая внимания на ворчание посрамленных неудачей княжичей.

— Вы где были? — набросился я на телохранителей, когда мы сели в «Хорс». — Еще бы немного — и я вздул бы этих напыщенных индюков! Они взбесили меня! А потом за мной половина Москвы бегать начнет, желая моей смерти

Барбос засмеялся, и повернувшись ко мне, показал большой палец:

— Молодец, Вик! Четко уделал ребятишек. А они ведь старше и посильнее тебя физически. Уж в этом я разбираюсь. Ранговые бойцы, не самоучки.

— Так я и подумал, что в кустах сидели, — проворчал я, остывая.

— Все в порядке, парень, — Тесак завел двигатель, но не торопился выезжать со стоянки. — Мы смотрели за тобой и ждали, когда эти засранцы скомпрометируют себя, чтобы потом Булгаковы могли предъявить обидчикам претензию. А это неплохая вира и пятно на репутацию княжеских родов Долгоруковых и Корецких. Учись извлекать выгоду из любой ситуации, пусть она и не самая благоприятная. Ладно, поехали. Сначала нужно барышню до дома довезти. Время позднее.