Антимаг

— До полуночи! — успела вставить свое слово мать и осеклась с улыбкой, поняв, насколько несвоевременны сейчас ограничения. Махнув рукой, она открыла нам дверь и пожелала приятно провести время.

Илана подхватила подол платья, пока спускалась по лестнице, и я заметил мелькнувшие туфли такого же цвета что и ее наряд. Выйдя на улицу, сразу обнаружил, что нахальная троица куда-то исчезла, а вместо них место занял Барбос. Он щелкал семечки, которые ему явно от своих щедрот насыпали парни, и поглядывал по сторонам. Увидев нас, вскочил на ноги и выбросил шелуху вместе с семечками в кусты. Отряхнул ладони, одобрительно хмыкнул, окинув Илану пристальным взглядом, отчего та опустила глаза долу.

— Прошу, барышня! — он распахнул заднюю дверь и даже поддержал под локоток мою подругу. А мне подмигнул залихватски.

— Благодарю, сударь, — покрывшись румянцем, ответила Илана и замерла на мягком диване, ощущая полный комфорт представительской машины. Тихо работал кондиционер, нагоняя легкую прохладу в салоне; пахло мужским одеколоном — мои телохранители побрились и вылили на себя весь запас личного парфюма, так мне показалось.

«Хорс» мягко зашуршал колесами по нападавшим на асфальт листьям; Барбос щелкнул кнопкой, включая радио. Панель изумрудно засветилась, послышались звуки блюза, незнакомый мне саксофонист выводил печальную мелодию, рассыпавшуюся в салоне затейливыми переливами. Илана притихла и даже не отдернула руку, которую я прикрыл своей ладонью. Только покосилась на меня, блеснула зрачками глаз и отвернулась, разглядывая проносящиеся мимо нас залитые солнцем многоэтажки. Но я заметил на ее губах улыбку.

— А куда та шпана делась? — полюбопытствовал я у Барбоса.

— Объяснил четко и наглядно, что будет, если они продолжат сорить шелухой возле дома, — охотно ответил личник, чуть повернув голову. — Получил мзду и отпустил их восвояси.

— Напугал он их, — хохотнул Тесак, с удовольствием покручивая баранку. Вести такую машину одно удовольствие. — Одним только видом своим до кондратия доведет.

— Я даже пальцем к ним не прикоснулся, — возмутился напарник. — Просто объяснил, что означает герб на дверце машины. Люблю сообразительных людей. Сразу извинились, что неправильное место выбрали.

— Вы о ком? — заинтересовалась Илана.

— Михаил какой-то возле твоего подъезда сидел с корешами, — ответил я. — Знаешь таких?

— Наверное, это Мишка Казарин со своими дружками, — догадалась девушка. — Генкой Косым и Васькой. Они в соседнем дворе живут, а почему-то у нас частенько крутятся. Бездельники. Мишка-то уже в ремесленное училище поступил, а Генка с Васькой на год младше, заканчивают школу. Хвостом за ним бегают.

— Мишка к тебе неравнодушен, — ревниво заметил я.

Илана фыркнула, показывая свое безразличие к нему.

— Плохая идея, — сказала она, повернувшись ко мне, и добавила: — Для него. Мне вообще плевать, что он думает.

Мы снова замолчали, рассматривая появившийся на горизонте огромный парк Зарядья, огороженный красивым кованым забором с аккуратными кирпичными столбиками, на каждом из которых совершенно открыто стояли вмонтированные в камень стеклянные призмы. Атрибуты магической защиты, догадался я. Что-то вроде накопителей.

Зарядье — огромное поместье в центре города неподалеку от Кремля — давно стало местом проживания всего многочисленного Рода Мстиславских. Конечно, у них хватало и других особняков по городу, но именно здесь находилась Резиденция императора. Живописные парковые зоны окружали целый комплекс дворцовых построек, в которых жили не только государь и семьи цесаревичей, но и ближайшие родственники. Вассалы селились неподалеку в ближайшей доступности в специально построенном микрорайоне, чтобы при чрезвычайных обстоятельствах встать на защиту сюзерена. Это называлось «проживать в шаговой доступности».

Наш «Хорс» объехал половину поместья по кольцевой дороге и свернул к хорошо охраняемым воротам с двухэтажным КПП из красного кирпича. Неподалеку от него, в желто-зеленых камуфляжных разводах на металлических боках, застыл бронеавтомобиль с пулеметной спаркой у верхнего люка. Помимо гвардейской охраны мы заметили несколько пилотов ППД. Они держали под прицелом подъездные пути и периодически расходились в разные стороны вдоль забора. В общей сложности ворота охраняли человек двадцать, не меньше. Понятно, что их функции не ограничивались контролем вверенного им участка поместья. Бойцы проверяли въезжавшие на территорию автомобили, но сегодня здесь царило необыкновенное спокойствие. Кроме нашего «Хорса», подкатившего к воротам, ни одной машины с дипломатическими номерами или с гербами иных кланов не было. Поэтому охрана вела себя чуть расслабленно.

Тесак притормозил возле жирно нарисованной на асфальте желтой полосы, к нам с двух сторон тут же подошли трое вооруженных охранников. Причем, двое недвусмысленно направили автоматы на «Хорс», словно предупреждая о ненужности резких движений.

Номер нашего автомобиля указывал на принадлежность к клану, герб тем более недвусмысленно напоминал, кто может сидеть в салоне. И тем не менее гвардейский офицер с капитанскими звездами на левом погоне потребовал опустить все окна, предъявить документы на каждого человека и обязательно — пригласительный билет.

Именно с него капитан и начал изучение.

— Господин Волховский, вы имели честь пригласить одного человека в гости к императорской чете, — сказал офицер, пристально разглядывая Илану. — Подтверждаете, что эта молодая барышня с вами?

— Да, — коротко ответил я. А что здесь распинаться? Про Илану в Резиденции уже известно, ее фотография есть в базе. Когда войдем в холл, наши лица считает следящая аппаратура. Если под личиной Иланы будет прятаться иной человек, все равно магия распознает злодейские замыслы. Это мне трудно изменить свою внешность, даже невозможно.

— Откройте багажник, — попросил гвардеец Тесака. Телохранителя передернуло от злости. Если бы в машине находился кто-то из Булгаковых, такого распоряжения капитан вряд ли дал. Но сейчас он действовал по инструкции.

Тесак вылез из машины, открыл багажник, и в этот момент подошел еще один боец, возле ног которого как собачонка катилась низкая платформа на колесиках. На ней стояла какая-то странная конструкция в виде плоской коробочки с небольшим экраном и панелью с перемигивающимися огоньками. Платформа закатилась под днище «Хорса», что-то пропищала и через минуту оказалась на другой стороне.

— Все чисто, — сказал боец-оператор.

— Проезжайте, — разрешил гвардейский капитан. — Когда высадите гостей, отгоните машину на стоянку по указателям. Возле парадного подъезда транспорту находиться запрещено.

Массивные ворота, опутанные невидимыми чарами, усилившими их конструкцию, закрылись за нами, а Тесак, все еще недовольно бормочущий, медленно поехал по широкой асфальтированной дороге к белому двухэтажному особняку — императорской Резиденции. Мимо проплывали живописные лужайки, еще хранящие изумрудную свежесть, яркие цветочные клумбы, тенистые дорожки. Илана с жадным любопытством разглядывала рукотворный ландшафт Зарядья, сравнивая его с некой сказочной страной.

За Резиденцией расстилался парк, и между деревьями проглядывались особняки, в которых проживали члены императорской фамилии.

К остановившемуся возле мраморной лестницы «Хорсу» подскочил лакей в переливающейся светло-синим блеском униформе. Он помог нам выйти из салона, захлопнул дверь и жестом показал, куда нам следует идти.

Илана горделиво выпрямилась, и вцепившись в мою руку, кивнула, словно разрешая вести ее по блестящим на солнце ступенькам вверх. Несколько охранников бесстрастно разглядывали нас, пока мы поднимались по лестнице. Наверху нас с торжественным лицом встречал какой-то мужчина в безупречном черном костюме.