Антимаг

— В таком случае попрошу вас, сударь, еще раз проверить каналы связи и предупредить помощников в скором развитии ситуации. Чтобы все были готовы. Транспорт, квартиры, документы, сопровождение.

— Сделаем, Владимир Бориславич, — уверенно ответил Холмский. — Могу сказать, мои люди в готовности уже несколько дней.

— Не перегорите там, — покровительственно улыбнулся Кропоткин. — Долгое ожидание ведет к расслабленности, а оттуда недалеко до фатальной ошибки.

Он остановился напротив летнего кафе, чьи столики были вынесены наружу под тенистые кроны тополей, и к тротуару тут же подкатил солидный «хорс». Водитель все это время ехал за своим хозяином.

— Светлейший, а правильно ли мы поступаем? — по лицу Холмского пробежала тень беспокойства. — Не рано ли активизируем весь механизм? Шуйские — они что? — они всегда поперед кобылы бегут, да еще и других пытаются с собой тянуть.

— Взявшись — делай, — наставительно произнес Кропоткин, остановившись перед распахнутой дверью автомобиля. — А боишься — стой в сторонке, не мешай. Вы, Тимофей Петрович, с кем? С трусами или решительными?

— С вами, — умело увернулся от принципиально ответа собеседник. Вот и думай, к какой категории он относит самого князя Кропоткина. — Вы, Владимир Бориславич, отличаетесь от Шуйских большей рассудительностью. И прошу только одного: не поддавайтесь на их уговоры и обещания. Вовлекут в серьезный конфликт, и Мстиславские с удовольствием снова вычистят Москву.

— Я прекрасно осведомлен, что было в столице шестьдесят с лишним лет назад, — сухо сказал Кропоткин и сел в машину. — До свидания, господин Холмский. Будьте аккуратны и поменьше контактируйте с теми, кто подчиняется Факиру. Агентура имперской безопасности не спит, помните об этом.

Он вяло махнул рукой, и охранники тут же закрыли дверь; «хорс», сыто заурчав, влился в автомобильный поток. Холмский показал жестом своему сопровождению, что он идет к машине, оставленной на площадке возле Большого театра, и личники тут же пристроились рядом, контролируя пространство. Тимофей Петрович осознавал, что выглядит смешно в попытке выглядеть значимо. Он и охрану-то взял ради престижа, хотя всегда на важные встречи приезжал один. Кто он такой в общей массе московского дворянства? Так, глава небольшого, потерявшего влияние, рода. Вся ценность Холмского в том, что он умеет предоставлять некие услуги, пряча в огромной столице нужных людей, и заметать следы. Проще говоря, Тимофей Холмский был «чистильщиком». Он не уничтожал следы посредством убийств и прятаньем трупов, а предоставлял документы и транспорт, разрабатывал маршруты отхода, сводил вместе тех, кто не знал друг о друге, но искал встречу. Вот таким человеком был дворянский сын Тимофей Петрович Холмский, к которому обращались многие знатные личности, когда хотели провернуть темные делишки подальше от недремлющего ока имперской безопасности.

Так что на личную охрану он имел моральное право, как считал сам Холмский. Хотя бы ради престижа.