Страница 45 из 76
— Даже не думай об этом. Я лично прибуду поддержать штурм дворца. И лично же захвачу самозванца. Так что все получится. Никто не устоит против моей МОЩИ, особенно если меня поддержит Багатур-Булановская ЧВК.
Лада уже была в курсе, что у меня теперь 88 ранг. Жене я сообщил об этом еще вчера ночью.
— Значит так... — продолжил я, — Либералы планируют что-то сегодня в четыре. Возможно, у них свой план переворота. Уж не знаю, что они конкретно задумали, но в любом случае их главарь Полётов — человек предельно серьезный и опасный. И он зачем-то выковырял из Рюрика мозг, как я тебе уже рассказывал. Так что нам нужно его опередить. Предлагаю начать в два...
— Не выйдет, муж. Вообще никак. Бойцы ЧВК еще не в курсе, что мы задумали. Владиславу нужно поговорить с ними. Мы пока что информировали только офицеров. И явно не все бойцы согласятся выступить против Императора.
А несогласных участвовать в перевороте нам придется вывести из строя и изолировать. И сделать это нужно аккуратно, чтобы никто не поднял тревогу. Это требует времени. Кроме того, Владислав заказал еще несколько ящиков оружия и несколько БТР. Нужно дождаться их. На самом деле нужно. Не забывай, что нам придется сражаться с двумя сотнями Лейб-Стражниц...
— Вот дерьмо. А во сколько тогда, Лада? Когда все будет готово?
— Ну... Не раньше семи вечера.
— Семи вечера? Ха! Полётов успеет уже десять раз свергнуть Стального. И не факт, что мы потом сумеем свергнуть самого Полётова.
— Других вариантов нет, муж, — напряженно произнесла Лада, — Прости, но раньше никак. А что касается твоего друга Полётова — я честно не понимаю, о чем ты говоришь. Павел Павлович, мой брат, на нашей стороне. И магократия признает только его на троне. У Полётова же никаких прав на престол нет. Более того, насколько мне докладывают мои шпионы, Полётов вообще никогда не претендовал на корону и не претендует. Да и как он справится с двумя сотнями Лейб-стражниц — непонятно. У либералов сейчас вообще нет доступа в Павловск, город под активированным защитным куполом. Ни один либерал или их боец просто не сможет сюда попасть.
— Это все мне известно, — согласился я, — Но это не мешает Полётову определенно готовить госпереворот. Я полагаю, что ему вообще не нужен свой Император, он собирается захватить власть именем хунты, которую потом преобразует в полноценный парламент. А уж каким образом он намеревается взять Павловск — вообще не имею ни малейшего понятия. В любом случае, тот факт, что мы не можем опередить Полётова — катастрофа.
— Если хочешь, еще не поздно всё отменить...
— Нет. Поздно, Лада. Хотя если ты боишься...
— Нет-нет, — затараторила девушка, — Я в деле. До конца.
— Рад это слышать, жена. Слушай, а почему бы тебе просто не отключить защитные купола Павловска? Самозванец же все еще в коме...
— Нагибин, не будь глупым, — перебила Лада, — Я уже говорила тебе. Я не управляю защитной магией Павловска. Стальной все еще ей управляет. Даже находясь без сознания. Эта магия привязана напрямую к его душе. Ни у меня в резиденции канцлера, ни даже во дворце нет большой красной кнопки с надписью «отключить защитные купола»! Они отключатся, только когда Стальной того пожелает. Или умрёт. И сейчас купола пропускают только три вертолёта в сутки.
— Хм, — я призадумался, — А может мне просто разломать эти купола своей МОЩЬЮ?
— Нереально, — вздохнула Лада.
— Да, но МОЩЬ...
— Не поможет тебе, муж. Я тут кое-что узнала про эти купола. Почитала их техническую документацию. Эти купола — творение лучших магов, собранных Павлом Вечным со всего мира. У куполов есть своя магическая душа. И ранг этой души равен совокупному рангу всех сотворивших её магов. Так что у куполов ранг около тысячного. А у тебя восемьдесят восьмой. Ты их не пробьешь. А если попытаешься — у Лейб-Стражниц есть солярис-ракеты. Они тебя просто уничтожат. Надеюсь, ты понимаешь, что при всей своей крутизне прямого попадания десятка солярис-ракет ты не переживешь? Надеюсь, ты еще сохранил остатки разума, любимый.
— Ладно, ясно, — пробурчал я, — Не души, сердце моё. В семь, так в семь.
— Когда прилетит Павел Павлович?
— К семи и прилетит. Договоренность на аэродроме под Павловском у меня уже есть. Вместе с Павлом Павловичем прилетит еще Люба Кровопийцина. И я прибуду тем же вертолетом. А твоя задача — чтобы этот вертолет пропустили в Павловск. И чтобы нас всех не перебили после приземления в Павловске.
— Об этом не беспокойся. Я скажу Владиславу, вертолёт пропустят. Нам как раз хватит трех вертолётов, именно столько пропускает в сутки купол. На первом ввезем еще бойцов и оружия. На втором сверхтяжелом класса «Леший» — еще десяток БТР. А последний вертолёт привезет тебя, моего брата и его вампирку.
— Прекрасно.
— Я только одного не понимаю — ты же вроде собрался сегодня к Полётову в Новгородскую губернию. И говорил, что Полётов должен передать тебе важную информацию...
— Это правда. Но пока до Полётова дойдет, что мы захватили власть — пройдет пара часов. Павловск же и сейчас в почти полной изоляции. А после захвата власти мы еще и отключим все ретрансляторы мобильной связи в городе. А у всех верных нам офицеров и бойцов, участвовавших в перевороте, на всякий случай отберем их спутниковые мобилы. Так что пока то да сё, пока Полётову доложат, что мы взяли власть... Полётов уже передаст мне нужную информацию. И все будет кончено. А из Новгородской губернии я в Павловск успею, не переживай. Я поставил моим людям задачу раздобыть мне порошок телепортации, который доставит меня в Царское село прямо из Новгородской губернии. А оттуда ехать до аэродрома под Павловском — десять минут.
— Ладно. Хорошо. Мне просто кажется...
Лада не окончила фразы.
— Что кажется? Говори, моя принцесса. Сейчас у нас с тобой быть секретов друг от друга не должно. Не в нынешней ситуации. Должно быть полное доверие, если мы надеемся провернуть то, что задумали.
— Ну хорошо. Если честно... Я думаю, что ты подло поступаешь по отношению к Полётову, мой князь.
— Именно так, — я не стал спорить, — Но делаю это, чтобы твой брат вернул себе престол. Ради династии, ради Империи. И ради тебя, Лада. Ради моей любви к тебе.
— Ох...
Девушка ахнула, кажется даже всхлипнула.
— Саша, я... Я ценю это.
— Главное, чтобы справедливость восторжествовала, душа моя. Законный наследник должен вернуть себе престол.