Страница 57 из 79
«Центр-один», это «Первый-один». Понял вас, взлёт разрешён!», ответил я, после чего отключился от общей волны и перешёл на ту, в которой лишь семеро космонавтов: «Ну, поехали!»
Понятное дело, что сразу мы не взлетели. Начали разгонять реакторы, которые уже несколько суток молотили, готовясь к серьёзным нагрузкам. Несколько часов прогоняли всю систему, пять раз доходя до пороговых мощностей, после которых уже можно взлетать.
«Все системы функционируют в штатном режиме, отклонений нет!», сыпались на меня доклады, которые всё приближали тот самый момент, ради которого мы все здесь и собрались.
«Слушай мою команду. Мощность на максимум! Задача — подняться на десять километров и зависнуть в воздухе!»
«Принято, поехали!», чуть ли не в один голос повторили космонавты-экспериментаторы.
— Так-с, ну посмотрим, что мы тут натворили, — произнёс я и уселся в кресло, держа под контролем все мониторы, на которые выводятся показания тысяч датчиков.
Едва не проворонил момент отрыва от земли. Понял, что мы поднимаемся в воздух лишь из-за того, что меня начало прижимать к креслу. Совсем чуть-чуть, ощущение, будто в лифте едешь.
Перевожу взгляд на камеры — так и есть, мы уже взлетели. Отслеживаю скорость — пятнадцать метров в секунду и постепенно нарастает…
Без небольших неприятностей не обошлось. Около тридцати датчиков накрылись, не пережив взлёт. Как раз проверили, как работают дублирующие системы. Тут никаких нареканий, хватило всего второго контура из пяти, чтобы вновь начать получать полные данные о всём, что происходит как в корабле, так и вокруг него.
«Расход топлива в пределах нормы!..», «Герметизация в норме…», «Двигатели в норме…», «Стабилизировали!..»
Висели мы сорок минут, собрав максимально возможное количество информации. Скажу честно, меня постоянно подмывало приказать подняться выше. Всё идёт настолько идеально, что даже начал опасаться сглазить.
«Нет, рисковать не надо. Данные собраны, дадим неделю на расшифровку, потом ещё парочка тестовых взлётов на такую же высоту. И вот после этого уже полетим на всю катушку», успокоил я себя.
«Приземляемся!», отдаю команду на приземление.
Удивительно, но с этим возникли куда большие трудности, чем со взлётом. Надо же было вернуться на тот небольшой пятачок, с которого и поднимались. Дурында эта огромная, промахнёмся всего на корпус — снесём добрую треть завода. Поэтому на приземление и ушло целых полтора часа.
««Центр-один» «Первому-один», поздравляем!», довольным голосом произнёс Никита, едва мы отключили реактивные двигатели.
«Молодцы, ребята, мы это сделали», заявил я на общей частоте и снял шлем. Запотел, наверное, смотреть из него неудобно. Стоп, почему лучше не стало? Что это, слёзы?..