Страница 350 из 957
Канарис глубоко вздохнул, отвлекшись от тяжелых мыслей, чуть дрожащей рукой потер лоб, пытаясь хоть как-то избавиться от накопившейся усталости. В дверь тихо постучали. Не дождавшись ответа, в комнату вошел посетитель, которого как раз и ожидал шеф Абвера, встал по стойке смирно, ожидая команды от своего непосредственного начальника. Не смотря на гражданский костюм, в нем чувствовался истинный потомственный офицер, хотя в зависимости от обстоятельств, он мог маскироваться под кого угодно.
— Вольно, Дитрих. Присаживайтесь.
Майор Дитрих Мартелл, который уже несколько недель выполнял функции особого порученца Канариса, и практически в полной мере был в курсе всей ситуации о пришельцах из будущего, коротко кивнул и подчеркнуто уважительно сел в специально подготовленное кресло напротив своего начальника, терпеливо ожидая начала разговора.
Канарис спокойно и с некоторой гордостью рассматривал своего протеже. Спортивная фигура, спокойный взгляд, крепкие ловкие руки, которые как с легкостью могли сворачивать шею врагам, так и виртуозно играть на скрипке и виолончели. Это был яркий представитель действительно древнего прусского рода, где мужчины, не носившие военный мундир, были не известны. Великолепно образованный, знающий несколько языков, в том числе и русский, Дитрих был образцом германского офицера старой формации. Все эти нынешние полуобразованные костоломы от сохи, которых с таким энтузиазмом набирал к себе Гейдрих, вызывали легкое презрение у военных разведчиков, набираемых исключительно из потомственных военных, что так же сказывалось не лучшим образом на взаимоотношениях Абвера и РСХА. Но Дитрих был выше всего этого, уже давно доказав и себе и своему руководству, что он лучший. Реально оно так и было.
— Ну что Дитрих, рассказывайте, времени у нас не много, все время на хвосте сидят мальчики Щульца…
Мартелл кивнул головой и быстро и четко начал доклад.
— Операция «Прометей» вышла на финишную прямую. Русский генерал Карбышев с несколькими узниками будет перевозиться в Германию, где по дороге на эшелон нападут польские бандиты…
— Как он сам сможет уйти в нужную сторону и добраться целым и невредимым?
— Все подготовлено. К нему в окружение под видом майора-артиллериста внедрен наш человек. Для подстраховки выделены четыре группы силовой поддержки, которые будут сопровождать наших «беглецов»…
— Что с мальчикам Шульца?
— Они внедрили несколько человек, но к сожалению…
Дитрих сделал небольшую театральную паузу.
— Они погибнут при нападении на состав польских бандитов. К сожалению, поляки уж очень сильно лютуют и не жалеют ни русских пленных, не германских солдат.
— Понятно. Операция прикрытия готова?
— Да, причем в нескольких вариантах, с многоуровневым легендированием. Имперская безопасность долго будет разбираться в этих кружевах, дав нам время на проведение основной операции.
— Хорошо, это я и хотел услышать. Что-то новенькое есть про наших гостей?
— Как и ожидалось, под Борисполем они полностью свернули свое присутствие, а вот под Севастополем произошли некоторые события, которые вполне можно классифицировать как их появление.
Канарис, помимо воли подался вперед, всем своим видом, давая понять, что майор сумел удивить своего начальника.
— Говорите…
— Вчера вечером в частях Черноморского флота СССР и подразделениях принимающих участие в обороне Крыма на некоторое время была выведена из строя радиосвязь в связи с мощнейшим всплеском радиоизлучения, которое, как говорят мои источники, повредило входные каскады приемников.
— Ну, это еще не такое уж веское доказательство.
— Как раз в том районе была выброшена группа оберлейтенанта Лейке и состава полка «Брандербург». Согласно донесения, они столкнулись с необычным отрядом русских на многоколесной пятнистой боевой машине, с бойцами в камуфлированной форме, необычной амуниции и вооруженных нестандартным для частей РККА стрелковым оружием. В результате короткого боя группа Лейке потеряла двоих человек, и сумела чудом уйти, хотя потом их по ущелью долго гоняли антидиверсионные истребительные отряды НКВД. На данный момент связь с ними пропала, но как раз после этого всплеска в эфире они и сумели передать сообщение, пока у русских была выведена из строя служба радиопеленгации. По всем показателям — пришельцы.
— Что-то еще?
— Пока нет, но вся агентура в Севастополе и его окрестностях, ориентирована на срочный сбор информации по нашим фигурантам. Но это будет не так быстро: информаторы, оставшиеся после того, как из Крыма были выселено татарское население, среди которого у нас была мощная и разветвленная разведывательная сеть, не обладают достаточным доступом, поэтому приходится довольствоваться не совсем достоверной информацией.
— Понятно, Дитрих. Можете идти, связь по старой схеме. По результатам операции «Прометей» докладывать незамедлительно. К сожалению…
Канарис поморщился. Ему, адмиралу и начальнику одной из самых сильных спецслужб мира приходилось терпеть давление со стороны Гейдриха.
— … от меня требуют подключения к операции специалистов имперской безопасности. Я как могу, торможу этот процесс, но возможности для маневра очень ограничены. Поэтому постарайтесь подготовить «братьям по оружию» поле деятельности.
— Уже сделано. Это было предусмотрено при проработке операции прикрытия: по плану, при выходе «Прометея» на финишный путь, возможно подключение кого-то из наших оппонентов, с целью не сильно, но засветить их участие в переправке русского генерала через линию фронта с соответствующим документированием этого факта. Думаю, в случае непрогнозируемого развития ситуации, это может пригодиться…
Буквально на мгновение на лице майора проскочила легкая презрительная усмешка, которая быстро сменилась обычным спокойным и сосредоточенным выражением.
— Что по людям Бормана?
— Крутятся, работают грубо, непрофессионально засветив свой интерес в этом направлении, но по нашей информации и по данным из гестапо, даже к предварительному осмыслению ситуации они не пришли. Мы им пока не мешаем, пусть создают ненужную суету, тем самым мешая людям Шульца плотно нас вести. По моим данным у них уже произошло несколько серьезных столкновений.
Канарис чуть усмехнулся.
— И мы конечно тут не причем?
Мартелл уж слишком преувеличенно пожал плечами, что вызвало легкие смешки у обоих офицеров Абвера в этой комнате…