Страница 6 из 6
Таня вспоминала каждую встречу, каждую проведённую вместе секунду — и сомневалась в том, что Вася действительно был с ней. Точнее, он был, но был ли он искренен? Сам же говорил, что их связь неразрывна, а теперь…
И почему вот так — по телефону? Неужели не хватило смелости приехать и сказать ей это всё в глаза?..
Весь тот день Таня не выходила из квартиры. За окном пушистыми хлопьями падал снег, замирая на мгновение перед окном в её спальне, словно единственный, кому было небезразлично её состояние. Виновато молчал разбитый телефон, который она так и не подняла с пола. Досадливо молчали стены, так и не ставшие свидетелями их страстной любви. Обиженно молчала зима, потеряв ещё одну влюбленную пару, которая могла бы по-детски резвиться в её снежном королевстве.
А на следующий день Таня уехала в свой родной город, осознав наконец — если проведёт в этой квартире ещё час, то свихнётся. И через два часа уже ехала в поезде Москва-Тверь, а через четыре — нажимала на кнопку дверного звонка, который много лет назад ставил её отец. Рукастый всё-таки был…
— Таня?! — воскликнул брат, открывая дверь. — Как здорово, что ты приехала!
За его спиной слышалась возня — двое её племянников, двух и четырёх лет, никак не могли поделить игрушечный джип.
— Катя! Уйми этих атаманов! К нам Танюшка приехала!
Володя, в отличие от неё, всегда навещал маму по праздникам, невзирая на собственный бизнес. Закончив строительный колледж, он устроился на крупную фирму по поставке сантехнического оборудования и через полгода уже открыл своё дело. Тогда же познакомился с будущей женой Катей, и она сразу вцепилась в позитивного и предприимчивого парня. На тот момент у неё уже был трёхлетний сын от первого брака, а через некоторое время родились ещё двое — и Володя с Катей стали многодетными родителями.
Мишка и Сашка были светлыми и голубоглазыми в маму и крепкими, улыбчивыми в папу. Восьмилетний Данила, худенький, смуглый и кареглазый серьёзный паренек, очень ответственно подходил к роли старшего брата. Вот и сейчас он разнял малышей и увел их в гостиную.
Таня любила племянников, но редко их видела. И в тот день она была рада шуму и суете, который они создавали в маленькой двухкомнатной квартире. Это отвлекало её от собственного обиженного сердца.
Правда, через сутки брат с Катей и мальчишками уехали. Но и с одной только мамой Тане было приятно провести каникулы. Без слов поняв, что у дочери случилось горе, Людмила Васильевна окружила её теплом и заботой. Как в детстве, они много гуляли по центру города, вместе пекли пироги, смотрели старые комедии. Пять дней в родном доме оказались для Тани спасительным кругом. Мама предусмотрительно заваривала вечером чай с ромашкой и мятой, и они пили его и вспоминали школьных друзей Тани.
Тоска наваливалась только ночами, и тогда даже успокоительные травы не помогали. Таня до трёх ночи слушала тишину и хруст снега под ногами редких прохожих и разглядывала знакомые синие занавески, пропускающие в комнату тёплый свет электрического фонаря. Снег перестал идти с того самого дня, когда она плакала в одинокой съёмной квартире — будто решил отдохнуть и делегировать присмотр за Таней её родным.
А после длинных выходных вернулись суетливые будни. Таня начала учиться, вышла на работу и с головой нырнула в договора и сделки, привычным образом отвлекаясь от грустных мыслей.
Время шло. Она удалила контакты Василия, все сообщения и фотографии. Пошла на курсы вождения, купила новый мобильник, абонемент в бассейн и начала откладывать на собственное жильё. И искренне считала, что всё закончилось, как он и сказал тогда по телефону.
Но… и в этом он ей соврал.
7
Таня. Настоящее
Яся спала, сладко причмокивая, а Таня, отчаявшись сегодня поработать, решила попробовать сварить суп.
Но, взяв в руки картофелину, она вдруг застыла, подумав — а стоит ли? Кто его будет есть в таком количестве, если Егор…
Рассуждать об этом было невыносимо, и Таня пошла за мобильным телефоном.
Егор долго не брал трубку, и она уже начинала отчаиваться, когда в телефоне раздалось:
— Да, Тань.
Голос был спокойным. Но она не представляла, хорошо это или плохо.
— Ты… сегодня вернёшься?
— Я сейчас на объекте, показываю новым клиентам квартиру, которую мы с ребятами делаем. Потом… вернусь, если ты хочешь.
— Да, хочу, — сказала Таня тихо. — Тебе… суп сварить?
— Не надо, — голос Егора стал мягче. — Отдыхай. Купить что по дороге?
Она задумалась.
— Творога можно.
— Хорошо. — Голос ещё немного потеплел. — Люблю тебя, Тань.
Она улыбнулась. На душе полегчало.
— И я тебя.
* * *
Таня. Прошлое
Прошло три месяца с того дня, как Таня разговаривала с Васей в последний раз. Начался апрель.
В тот день она взяла на работе отпуск за свой счет, чтобы закончить дела с переездом в новое жильё. Съёмная квартира была завалена коробками и сумками. И если бы Вася приехал хотя бы на день позже, он не застал бы здесь Таню.
Она заканчивала складывать мелкие вещи, когда услышала звонок в дверь. Встала и почувствовала, как по ногам забегали противные мурашки от долгого сидения в неудобной позе. Доковыляла до прихожей, подпрыгивая то на одной ноге, то на другой, таким образом пытаясь убрать неприятные ощущения. Застыв в позе фламинго, выбрав точкой опоры правую ногу, Таня открыла дверь.
— Думаешь поступать в балетное училище?
Увидев перед собой Василия, Таня от неожиданности забыла опустить левую ногу. Так и стояла на правой, вытаращив глаза, и смотрела на него. А Вася смотрел на неё, слегка наклонив голову, и выглядел каким-то испуганным.
— Ты?.. — Таня отмерла и крепко встала на обе ноги. — Что...
— Что я тут делаю? — Он привычным движением провел рукой по волосам, и взгляд синих глаз стал смелее. — К тебе приехал. У меня день рождения, помнишь, малыш?
«Малыш?!» — Таню будто током ударило. И рука неосознанно поднялась, чтобы дать Василию пощечину. Но девушка сдержалась, вместо этого схватившись за дверную ручку.
— Я не хочу тебя видеть. Придется ехать обратно в Питер. Если у тебя нет других планов, как отметить праздник, конечно. — Она хотела притянуть дверь к себе, но сил не было. Ощущение мурашек теперь распространилось по всему телу, Таню трясло, но она старалась не подавать виду. И когда говорила, голос её был твёрдым: — У нас же нет будущего.
Вася продвинулся вперёд, положил руку поверх Таниной ладони.
— Давай поговорим.
От нежного прикосновения девушка немного обмякла, выпустила дверную ручку, и теперь они с Василием стояли на пороге, застыв в вялом рукопожатии.
— Пустишь? — Он наклонился, и Таня наконец сообразила, что от Васи сильно пахнет алкоголем.
Она высвободила руку и молча отошла в сторону. Как бы больно он ей ни сделал три месяца назад, она всё ещё его любила и не нашла в себе сил выгнать.
Василий переступил через порог.
— Уютно у тебя здесь, — сказал он, оглядев многочисленные коробки и вынутую из шкафов одежду. — Переезжаешь, значит?
— Да, завтра уже.
— Это судьба, Танюш. Приехал бы позже, не застал бы тебя... — Василий сделал шаг к девушке. — Как ты, солнце? Я так соскучился...
Он попытался дотронуться ладонью до её щеки, но Таня решительно оттолкнула его руку, сузив зелёные глаза, которые в тот миг словно сверкали пламенем.
— Как у тебя наглости хватает?! Ты сам всё закончил, а теперь приезжаешь и ведёшь себя так, будто этого разговора не было...
— Мне смертельно не хватало тебя...
— Да брось ты! — Она попыталась сделать шаг, но Василий упёрся руками в дверь и не выпускал. Таня едва доставала до его груди макушкой, но сразу начала отважно сопротивляться, когда Василий полез ладонью под кофту её плюшевого домашнего костюма.
Конец ознакомительного фрагмента.
Полную версию книги можно приобрести на сайте Литнет.