Страница 61 из 106
– Да... – протянула Шути, гвоздь в ответ немного зашатался. – Все как надо!
– Ох, – раздраженно вздохнув и сняв туфли, красноволосая снова вклинилась в неравное противостояние.
– Ха-ха-ха! Помню, когда во мне так же застрял...
– Мы потом это обсудим, милый! – так же смеялась Шути, упав по инерции из-за наконец вырванного гвоздя.
– О, один есть! – несколько раз сжал и разжал кулак Шут. – Кексик, осколок!
Арлекинша подкинула его вверх, уже прыгая к следующему гвоздю. Королевский весельчак, поймав "кинжал", тут же метнул его в гущу боя, угодив одному из мертвецов в глазницу, и как раз вовремя. Любовница поняла, что раненый тянулся к ней сбоку, а заминка позволила контратаковать.
– Благодарю, – кивнула она.
– Ха-ха-ха! Всегда ваш, леди! – и с помощью освободившейся руки длинноногий помог малявке. – Ах, свобода! За столько лет я разучился жить на воле! – встал он башмаками на пол.
– Ты тут вроде несколько недель был? – протянула ему Арлекинша новые осколки металла.
– Да? Ну ладно… – пригнулся он, и его новая улыбка полнилась безумием. – А теперь приступим к финалу перфоманса!
И с радостным кличем "уху!" Шут с наскока влетел в мертвецов, словно бревно.
– Дурак! Ты должен бежать, а не...
– Как в старые добрые! – обхватив шею бездушного, весельчак сразу переломил её, оторвав голову.
* * *
Она уклонилась от моего рассекающего, и раскаленный металл ожег шкуру ответным выпадом. Нова, закружившись вокруг себя, походила на смерч из эфира, и призрачные клинки искрами столкнулись с орудием пыток. Смертельный танец в ритмичном и хаотичном движении мечей. Набрав скорость, противницы стремительно блокировали атаки, не пропуская друг друга дальше.
Татуировки скопились в моей руке. Прыжок! Удар! Надзирательница уходит назад, мой кулак проделывает в полу еще одну дыру. Берсерк, питаясь от гнева и боли, подгоняет меня вперед, без промедлений делаю еще рывок!..
…натыкаясь прямо на выставленные вперед заостренные палки.
Жжет! Но после огня Риты в Клетке это жжение – ничто! Прямым выпадом протыкаю надзирательнице грудь.
– Ублюдок! – Снова отпустив единственное орудие, две кукольные руки хватают мою морду и тянут за челюсти в разные стороны. Хочет порвать мне пасть.
Нова, погасив клинки, дымкой ныряет мне в спину. Еще мгновение противостояния.
– Гх! – Яркие глаза расширились от удивления.
– Любишь боль, сука? – Призрачная, наполовину выглянув из моей груди, сотворила эфирное копье, единым движением пронзив неприятельницу насквозь.
Выдохнув пар, делаю замах. Вспышка алого! И когти, наконец достигнув цели, рассекают одну сторону кукольного тела, отрубая две руки.
– Нет, не позволю!
Новая попытка ударов пересекается когтями. Разрезая лицо в труху.
Упав на колени, надзирательница не то кайфовала, не то стонала от боли. Кусочки дерева перемешались с вязкой жидкостью, стекая вниз. Нов, концентрируя эссенцию в руках, вновь вылезла из меня полностью и, присев перед куклой, просунула пальцы ей в рот. Взгляд на меня – и наши садистские натуры пожали друг другу руки. Тяжело дыша, я обошел “госпожу” сзади, впившись когтями в нёбо. Горе садистке.
– Наслаждайся, – оскалился я.
И то, что она хотела сделать со мной, мы сделали с ней. Сначала послышался треск. Надзирательница пыталась убрать Нову оставшимися руками, но те лишь проходили сквозь фиолетовую кожу. Наконец жалобный писк символизировал победу, и даже в светящихся глазах я видел страх смерти. Хорошо. Финальный рывок с телом оборотня был перебором. Раскрытый рот разошелся по швам, и верхняя половина головы откинулась назад! Жижа брызгами окатила мою шкуру, а извивающийся язык еще какое-то время двигался под булькающие звуки, но кукла упала набок, испустив дух. Не знаю, сдохла ли она окончательно, но пока точно не встанет.
– Я могу к этому привыкнуть, – протянула Нова, в очередной раз радуясь новым способностям своего облика.
– Нам надо к остальным…