Страница 174 из 230
В отличие от обычных тюремных кандалов, у этих не имелось цепи, сковывающей движения рук, только покрытые рисунками фуин браслеты. Без колебаний защелкнув их на запястьях, от чего напряженные позы окружающих бойцов слегка расслабились, канпеки нингё удивленно приподнял бровь, почувствовав воздействие на свою кейракукей — вместо того, чтобы полностью блокировать циркуляцию и производить откачку чакры на свою работу и просто рассеивать в воздухе, браслеты лишь препятствовали нормальному использованию ручных печатей, нарушая стабильный ток к тенкецу. Очевидно, применять что-то более серьезное, повстанцы не посчитали нужным. Ишигава ни секунды не сомневался, что в загашниках кланов имеются разные варианты удержания опасных пленников и подобный выбор отлично показывал, что посланца Великого Храма Воды не желают оскорбить больше необходимого для безопасности.
— Монах, насколько быстро ты способен передвигаться? — поинтересовался пожилой джонин.
— Да уж не уступлю вам, — усмехнулся в ответ канпеки нингё.
— Тогда следуй за мной, — кивнул туманник и развернувшись, прыжком набрал скорость.
Ишигава последовал за ним, без проблем нагнав, а остальные туманники образовали походное построение с ним в центре.
Неожиданно, его не вели окружными путями, затягивая и запутывая дорогу к конечной цели, а двигались почти по прямой, лишь несколько раз останавливаясь или делая небольшой крюк, после быстрых жестов командиру отряда от невысокой темноволосой куноичи, чьё лицо наполовину скрывала матерчатая маска — обходили вражеские патрули. Даже когда зашло солнце и очень быстро наступила темнота — затянутое тучами небо, так характерное для Мизу но Куни, изрядно затрудняло передвижение ночью — они продолжали двигаться вперед и где-то за два часа до рассвета, подошли к небольшому постоялому двору. Кроме обычных людей, на его территории ощущалось еще с десяток источников чакры, но канпеки нингё заинтересовали только два, выделявшиеся своей яркостью и оттенками воды с огнем. Едва ли это были лидеры повстанцев, немного не дотягивая до нижней планки бойцов эС-ранга, но точно приближенные к командованию личности.
Тихий стук по закрытым воротам в определенной последовательности и распахивается калитка в массивной деревянной створке, пропуская всех внутрь. Светивший во дворе фонарь на фуин — роскошь по меркам нынешней Страны Воды — позволил рассмотреть встречавшего, коренастого мужика с кучей шрамов на руках и лице, одетого скорее, как наемник, чем регулярный ниндзя. Судя по резерву, джонин не из последних, что можно было понять и по скупым, экономным движениям мастера тайдзюцу.
— Это монах? — спросил привратник, оценивающим взглядом пройдясь по могучей фигуре Ишигавы.
— Он самый, — кивнул так и не представившийся командир отряда.
— Интересные нынче у Храма представители пошли, — хмыкнул тот и махнув рукой, направился ко входу в здание, — за мной, сохэй, Старейшины ждут.
Ишигаву под конвоем кучи ниндзя провели в просторное помещение, в центре которого стоял одинокий стол, за которым сидела пара человек, о чем-то тихо переговариваясь и потягивая чай из маленьких кружечек. Напротив них оставалось не занято единственное место, судя по всему, оставленное для ночного гостя. На первый взгляд, старик и старушка с совершенно седыми волосам, одетые в формальные черные наряды, не производили впечатления опасных личностей, особенно учитывая возраст за шестьдесят и начавшие усыхать фигуры, но канпеки нингё не обманывался внешним видом — эти двое являлись наиболее опасными среди двух с лишним десятков туманников.
— А вот и наш необычный гость, — показательно обратил на него внимание пожилой шиноби, — присаживайся сохэй Ишигава и поведай нам, по какой причине представителю Великого Храма Воды, всегда державшегося в стороне от дел ниндзя, добиваться этой встречи?
Голос у него оказался отнюдь не старческим, глубоким и мощным.
— Мое имя вы знаете, — не стал дожидаться повторного приглашения монах, присаживаясь за стол, — а как называть вас?
— Такадо Юки, старейшина клана Юки, — с достоинством ответил шиноби.
— Асахиса Теруми, старейшина клана Теруми, — с заносчивым видом процедила куноичи, — и прекрати тратить наше время.
— Эта встреча необходима в первую очередь повстанцам, просто вы об этом пока не знаете, — не поведя и бровью, ответил Ишигава и до того, как нахмурившаяся старейшина успела вспыхнуть, медленно извлек из внутреннего кармана футляр с договором и протянул Юки, — думаю, это ответит на многие вопросы.
Окружающие шиноби напряглись, но по жесту старика, не стали делать никаких лишних телодвижений, достав из футляра свиток, Такадо сломал печати и развернув бумагу, вчитался в содержимое. Этот опытный шиноби умел держать лицо, но даже его на мгновение проняло, заставив руки дрогнуть, а глаза широко раскрыться в изумлении. Не менее показательным оказалось и выражение его спутницы.
Справившись с бурей нахлынувших чувств, Юки поднял на Ишигаву пристальный взгляд:
— Это какая-то шутка? Великий Храм предлагает нам союз? Когда монахи перестали соблюдать нейтралитет?
— Храм стоит на земле Мизу но Куни и если Дайме недвусмысленно приказывает положить конец войне, разоряющей его владения, нам остается лишь подчиниться и помочь одной из сторон выиграть конфликт как можно скорее, — пожал плечами канпеки нингё, не видя смысла скрывать данную информацию, — на ваше счастье, клановые бойцы оказались более щепетильными по отношению к жизням простых жителей, поэтому я сижу здесь, а не перед Мизукаге с точно таким же договором.
Голос Ишигавы продолжал оставаться все столь же ровным и спокойным, но от взгляда в темные глаза полуночного гостя, оба старейшины невольно поежились без всякого применения убийственного намерения, несмотря на весь свой опыт.