Страница 82 из 92
Очнулся Герман оттого, что кто-то начал глодать ему лицо. Каким-то чудом воспоминания о предшествующих событиях в этот раз никуда не делись, так что дёргаться парень не стал, вместо этого снова медленно пошевелил рукой и потянул её к лицу. В этот раз было сложнее. Щека нестерпимо горела, глаза, нос и рот закрыты щупальцами, так что даже глоток отвратительного воздуха протолкнуть в лёгкие было тяжело. А ещё руке что-то мешало. Не сразу Герман сообразил, что так и не выпустил удавленного им осьминога, и он по-прежнему оставался надетым на кулак. «Чёрт!» Рука была уже на полпути, возле шеи. Стряхивать мертвечину — можно насторожить ту тварь, что сейчас жрёт его лицо. Парень понимал — если они снова завизжат, он опять потеряет сознание, и в следующий раз может уже не очнуться. Поэтому дёргаться не стал — вместо этого попытался столкнуть тварь прямо надетым на руку осьминогом. Удивительно, но это сработало. Тот, что жрал ему щёку, посопротивлялся немного, но всерьёз цепляться за «добычу» не стал. Когда Герман окончательно столкнул его с головы, осьминог просто пополз на него снова — теперь подальше от «скандального» соплеменника.
«А ведь они друг друга не жрут, — сообразил Герман. — И не дерутся между собой!» Для подтверждения теории он смахнул с себя ещё одну тварь, и даже не слишком старался замедлить движения. Быстро, правда, тоже не получилось, сил не было, но предположение в любом случае подтвердилось.
— Вот так, значит. Ну, тогда ещё поборемся.
Герман осмотрелся и нашёл взглядом череп. Он там не один лежал — рядом обнаружились кости, которые тварей не заинтересовали. А вот Лежнев ещё в прошлое пробуждение заметил, что одна из костей сломана. Берцовая. Очень удачно расколота, так что острый обломок торчал вполне угрожающе.
— То, что нужно. Всё так же медленно Герман довёл свободную руку до кости, подтянул поближе. Кость не была чистой — остались куски недоеденного мяса. Мерзко.
— Ну прости, мужик, — прошептал парень. — Я б тебя не беспокоил, но видишь, как получается. Да я думаю, и тебе было бы приятно отомстить хоть кому-то…
Лицо больше не ели, на грудь пока снова не заползли, а вот коленку кто-то грыз. Благо хоть когда потерял сознание, Герман опрокинулся на спину. Не то чтобы это имело большое значение — при почти полном отсутствии гравитации тварям не составило бы труда его перевернуть. Но они, видимо, всё-таки не привыкли к таким условиям, переворачивать жертв не умели. Так что спину за время последнего обморока дополнительно не ели. А вот живот, грудь и лицо теперь отчаянно жгло. И кровь сочилась, пусть и не слишком обильно. Но особенно неприятно было колену. Герман начал медленно подтягивать ногу к животу. Очень медленно — буквально по миллиметру. На такие медленные движения твари по-прежнему не реагировали. Даже наоборот, снова начали заползать с целью пожрать. Но на других Лежнев пока не реагировал. Костяное острие было уже наготове. Герман начал сталкивать с ноги тварь, так, чтобы она заползла на руку с зажатой костью. Тварь не сильно сопротивлялась, хоть и проявляла недовольство. Получилось достаточно быстро. Вот щупальца уже охватывают кулак с зажатым «копьём». Копьё упирается в пол. Герман разжал кулак, которым до этого скрывал острие, а другой рукой с надетым трупом осьминога изо всех сил надавил на ещё живого осьминога. Сработало. Тварь немного подёргалась и затихла. А у Германа было уже два «добровольных» помощника.
— Кстати, никакие это не осьминоги… — пробормотал парень. — Скорее на кальмаров похожи. Вон какие глазки печальные… твари!
Второго убитого кальмара он аккуратно уложил обратно на колено. Постарался распределить так, чтобы он занял побольше места.
— Ну, ещё штук пять, и я, считай, в безопасности, — пробормотал парень.
Оказалось, слишком оптимистично. Нет, если лежать и не двигаться, их вполне хватало. Уже минут через двадцать Германа никто больше не жрал, потому что думали, что его жрут другие. Однако это была защита только с одной стороны, так что пришлось ещё какое-то время охотиться. Он даже убрал временно «защиту» с груди, чтобы появились новые желающие пожрать. Ещё через полчаса Лежнев, наконец, решился на эксперимент — осторожно пополз. К этому моменту он был со всех сторон обвязан мёртвыми кальмарами. Их кровь, попадая в ранки, вызывала ужасное раздражение, но Герман уже почти не чувствовал боли. Да и в целом находился на последнем издыхании. Вероятно, в пещере по какой-то причине концентрация кислорода была всё-таки повыше, чем в основном на планетоиде, но воздуха всё равно не хватало. Перед глазами плавали разноцветные круги, дыхание стало слишком частым, сдерживать судорожные вдохи Герман уже не мог.
— Ничо-ничо, — подбодрил себя парень. — Зато ты, считай, невидимка.
Кальмары на него действительно не реагировали. Видимо были уверены, что это не он сам ползёт, а их соплеменники его куда-то волокут. Чуть приподнял голову, осмотрелся. Идея прикончить всех оставшихся тварей умерла, так и не родившись толком. Слишком много. Зато он увидел выход. Даже несколько.
— Вот и ладненько, — решил парень. — Там я, конечно, сдохну без кислорода… но хоть не в этой выгребной яме!
Ползти приходилось крайне осторожно. Очень удобно, когда тяготение почти отсутствует. Даже в таком полумёртвом состоянии Герман мог вполне аккуратно перемещать тело. Встречные твари относились к непонятным шевелениям довольно равнодушно, так что постепенно Герман немного осмелел. Он был уже почти возле норы, когда из другой дыры вдруг появились несколько кальмаров и швырнули в гущу своих соплеменников тело в красном шахтёрском скафандре. Тело вяло шевелилось и явно было дезориентировано.
— Чёрт, чёрт, чёрт, — зашипел Лежнев. — Ну вот как так-то?! Почему именно туда?!
Дело в том, что бедолагу вытащили из другого прохода. Почти на противоположной стороне гнезда.
— Ладно. Доберёмся туда. Только сначала надо бы костюмчик переделать…
Лежнев торопливо, насколько было возможно в его состоянии, убил ещё двух кальмаров. Заветной костью отковырял от них куски щупалец — самые присоски. Залепил себе уши, потом ещё дополнительно навязал сверху на голову ещё по одному кальмару. Успел как раз вовремя — новый пленник очнулся, начал биться, в пещере поднялся дикий визг. В этот раз Лежнев не потерял сознания, хотя поплохело ему изрядно. Новый пленник отрубился почти сразу, так что и визг скоро закончился. Герман поспешил к бедолаге, пока он снова не очнулся.