Страница 51 из 77
Глава 19
Кварги выглядят своеобразно, а теневики — это те же кварги, научившиеся строить темпоральные пузыри. Двумерная проекция. Никогда не скажешь, что перед тобой — живое существо. Представьте себе чёрно-белый телевизор из древней ламповой эпохи. Представили? От кинескопа отлипает изображение и начинает разгуливать по вашей квартире, шурша помехами и транслируя свои мысли напрямую в вашу голову.
Собственно, всё.
Это и есть теневики.
Мысль, похоже, была передана всем присутствующим.
— Ты ещё кто такой? — нахмурилась Женя.
Лиза посмотрела на меня с тревогой — пришлось успокаивающе улыбнуться.
— Это кварг, — сказала Кимберли — Он на нашей стороне.
— Я думала, они сидят в своём мире, — заметила Чехова.
— Если только их не тревожит «Эскапизм», — резонно заметил Такада.
Делаю отметку, что этот тип знает больше, чем кажется.
— Погнали, — отдаю приказ своим спутникам. — Он знает, что говорит.
В прихожей сгустилось серое пятно — точка перехода из привычной реальности в темпоральный пузырь.
— Одевайся, — сказал я дочери. — Мы уходим.
Лиза не стала спорить.
Мои бойцы — тоже. Они привыкли подчиняться.
Серое пятно раздвинулось, накрыло всех собравшихся в квартире и перетащило в локацию, которую с непривычки можно было принять за расширяющуюся вселенную. Замкнутое пространство с размытыми границами. И в этой условности проскакивают уже знакомые помехи...
Если долго всматриваться во фронт искажений, можно сойти с ума. Поэтому я отыскал глазами своих спутников, чтобы вернуть ощущение действительности.
Мы, как и в предыдущий свой визит, перенеслись на каменистый островок в центре этого невразумительного хаоса. Рядом, как обычно, парили десятки таких же островков, между которыми были протянуты верёвочные мосты. Целый архипелаг каменных глыб с плоскими вершинами и заостряющимися книзу отвесными стенами. Вверх по многочисленным выступам карабкались пучки травы.
Обиталище кваргов постепенно обрастало подробностями.
Я видел кусты, деревья и чуждую геометрию жилых построек.
Кажется, при первом посещении этого места у меня возникла ассоциация с термитником.
— Охренеть, — выдохнула Лиза.
Теневик перекинулся в свою трёхмерную ипостась.
Внешность кварга оказалась ещё более отталкивающей, чем все эти двумерные проекции. Я-то уже привык, а вот моим спутникам метаморфозы так просто не дались.
— Ты... Хорн? — спросила Брукс.
Визуально наш собеседник выглядел точно так же, как и его собратья. Даже крой одежды не отличался. Безрукавка-балахон, тёмно-коричневые брюки. Вместо пуговиц — петельки.
— Хорн появится позже, — спокойно возразил житель Стужи. — Меня зовут Шепардом.
— Это земное имя, — сказал Крафт.
— Я подобрал вариант, максимально приемлемый для вашего слуха.
— Ладно, — я перевёл взгляд с ближайшего островка на лицо Шепарда. — Ты привёл нас сюда и хочешь что-то сказать. Подозреваю, времени мало.
— В пузыре его предостаточно, — ответил Шепард. — Но ты прав, разговор серьёзный.
— С кем мы воюем? — не выдержала Брукс. — И почему ты уверен, что квартиру Макса найдут?
— Алан Нуриев не хочет умирать, — бесстрастно ответил чужой. — Вы и без меня догадались. Он заключил сделку с Вечерней Звездой в обход совета директоров. Вас вычисляют, оперируя старыми моделями МОРа. У них есть просчитанные виртуальные сценарии, до сих пор эти линии совпадали.
— Как подручные Полева попали в мой мир? — спросил я.
— Шли за вами, — последовал логичный ответ. — Опять же, опираясь на модели. Им заранее известно, где будут сделаны проколы.
— А дальше? — уточнил Такада.
— Заснули и проснулись, — ответил Шепард. — У них есть препарат, аналогичный «Морфею-С». Название мне неизвестно, к сожалению.
— И что ты предлагаешь? — поинтересовалась Брукс.
Меня, по правде, больше интересует стратегия чужаков. Кварги хитры — наблюдали, просчитывали. Выясняли, где находится родной мир их противников. Не вмешивались до самого последнего момента. Есть у меня подозрение, что вмешательство теневиков МОР тоже успел смоделировать. А если так... нужен выход из плоскости. Удар, который невозможно спрогнозировать.
— Создайте временную петлю, — сказал Шепард. — Объедините магию и технологии.
— В смысле? — не дорубил Крафт.
А вот Такада, похоже, догадался.
Как и я.
— Предлагаешь спасти жизнь моей предыдущей версии, — смотрю на существо, несущее дичь. — Но в этом случае я исчезну.
— Спроси у своих спутников, так ли это, — последовал многозначительный ответ.
Перевожу взгляд на Кимберли.
Та пожимает плечами:
— Никто не закручивал сложные временные петли. От концепции домино или «эффекта бабочки» мы давно отказались. Чтобы фундаментально изменить историю, одного точечного вмешательства недостаточно. Понадобятся десятки, сотни альтернативных веток, которые сольются в полноценную магистраль. Ты это знаешь не хуже меня.
— Я могу спасти самого себя? — задаю прямой вопрос.
— В теории... — начала Брукс.
— Можешь, — перебил Такада.
Все уставились на проводника.
Крот задумчиво почесал переносицу и продолжил:
— Были эксперименты. Нам удалось закольцевать сценарий, при котором один из эмиссаров, зная наперёд об автокатастрофе, возвращался в прошлое и убеждал самого себя отменить поездку. Также проводились опыты на шимпанзе...
— Меня не интересуют шимпанзе. Что с эмиссаром?
— Он жив. Как и его прототип.
Услышанное было настолько невероятным, что на несколько секунд воцарилась гробовая тишина.
— Ты хочешь сказать, — не выдержала Брукс, — что один человек существует в двух экземплярах? Кто он? Почему я об этом не знаю?
— Потому что эксперименты начались после твоего ухода из команды, — отрезал японец. — Да, такое возможно. Обоснование у «Эскапизма» тоже имеется.
— Давай, — хмыкнула Кимберли. — Удиви меня полностью.
Такада и бровью не повёл.
Заговорил в свойственной ему рассудительной манере: