Страница 28 из 49
После семинара я и Лена (мы успели крепко сдружиться за этот месяц), решили пойти в кафе и за чашечкой чая поболтать о делах и не только.
– Знаешь, мастер-классы нашего клуба пользуются популярностью у многих женщин города. Мне нравится эта тенденция! Темы, нужны темы для обсуждения. – Лена с воодушевлением размышляла вслух. – Вот, например, мне вчера звонил знакомый и жаловался на супругу. Маргарита, так зовут его жену, для того, чтобы больше времени тратить на детей и мужа, следить за порядком в доме, решила сменить офисную жизнь на работу дома. Что-то там продает через интернет. Казалось бы, выход их ситуации. И деньги зарабатывает, и дети под контролем, и муж сыт, и в доме порядок. Как только с домашними делами справится, мигом за компьютер. Эйфория от такого совмещения, как я поняла, была не долгой. В конечном счете, жена вся на нервах, устает как собака, жалуется то на отсутствие настроения, то на головные боли. Я слышала об аналогичных случаях ни один раз. Феномен!
– Согласна, есть что обсудить, – подключилась я. – На первый взгляд, нервозность в таких случаях не логична. С другой стороны, представь, как тяжело – всё время находиться дома. Мне кажется, Маргарита устала именно от этого. Всё-таки работа должна оставаться работой, а дом – домом. Когда, например, работаешь в офисе, ты сосредоточен только на выполнении трудовых функций, тебя никто не отвлекает, соответственно, быстрее выполняешь задания, и, отработав, мчишься на всех парусах домой, поскольку за время пребывания в офисе успеваешь соскучиться по домочадцам. Другое дело, когда работаешь, не выходя из дома. Сосредоточиться уже сложнее. Постоянно отвлекаешься. То поесть захочется, то чай попить с бубликами, то пять минут на диване поваляться, то, вдруг, вспоминаешь, что надо приготовить обед или ужин. Если дети есть, они тоже отвлекают, требуют внимания к себе. В конечном счете, начинаешь нервничать, злиться на тех, кто мешает доделать работу. Да и дом, наверное, уже не воспринимается как место, где можно отдохнуть и отвлечься от всяких там договоров, составления отчетов и прочей офисной работы. Вот и получается, что то, что сначала кажется удобным, после – удручает.
– То же верно, – поддержала меня Лена. – В любом случае, надо подумать, собраться и обсудить, почему так происходит, и помочь женщинам справиться с проблемой. Кстати, есть ещё один интересный вопрос. Может, слышала о профессиональном выгорании? Это, правда, тема универсальная, не только женская, но всё же, мне кажется, есть специфика.
– Слышала, – я кивнула.
– Я считаю, счастлив тот, кто получает за свою работу не только заработную плату. Радость и удовольствие, когда процесс труда – самореализация, созидание, азарт, страсть. – Лена заглянула в заварной чайник, который был уже пуст, и отставила от себя чашку. – Когда-то я работала в школе учителем географии. После института другой какой-то работы для себя не представляла. С таким рвением начала этот нелёгкий труд – учить школят. Работая в образовательном учреждении, познакомилась с прекрасными людьми, приобрела полезные навыки. Я искренне благодарна тем людям, которые вели меня по непростому пути этой социально значимой профессии. Меня увлекало общение с учениками, с удовольствием готовилась к урокам и проводила их. Но через какое-то время это чувство довольства работой стало непостоянным, зависело от самых разных обстоятельств. Как-то в шутку я сказала своим ученикам: «Если бы учитель мог также прогуливать школу, как некоторые из вас, я была бы заядлой прогульщицей. Особенно в весеннее время года». К сожалению, мне пришлось признать, что никакой страсти и интереса на протяжении нескольких лет я не испытывала, выполняя трудовые функции и как итог – физическая и психологическая усталость от учительства. Эта усталость, преследовавшая меня, дополнилась скукой, которую я испытывала, приходя на уроки. Бывает же такое! Работа по привычке? Возможно. Ведь я привыкла к людям, с которыми работала, к образу жизни, который я вела в виду специфики профессии. Но как мне не хватало огня в душе и блеска в глазах! Спустя полгода я поняла, что исчерпала себя на этой работе, мне стали не в радость не только знания географии, но и детки. В один из дней, задав себе вопрос, люблю ли я свою работу, я ответила: «Нет, не люблю». У меня возникло ощущение, будто я живу с человеком, чувства к которому давно остыли. Тем не менее, продолжала работать. Уйти из школы вот так, просто, я не могла. Мне приходилось внутренне бороться с собой, пока, однажды, на нервной почве не заболела. Казалось бы, обычная простуда. Но я так не хотела выходить на работу, что мой больничный растянулся на две недели. Наш завуч, озаботившись моим длящимся болезненным состоянием, позвонила и напросилась в гости. Я немного смутилась – такой практики в нашей школе не было, но согласилась. В тот же день она пришла с тортиком и фруктами. Мы присели на кухне, я нагрела чай. Слово за слово, от одной темы к другой и она меня раскусила. Пришлось рассказать, что устала от работы в школе, но не могу уволиться, предать коллег и всё такое. Поэтому, несмотря ни на что, укреплю здоровье и продолжу исполнять долг. Галина Николаевна, мудрая женщина, меня очень внимательно слушала, а потом говорит: «Леночка, Вы предаёте нашу школу и своих коллег тем, что не любя свою работу, работаете. Если Вы и дальше будете изнурять себя нелюбимым делом, то рано или поздно возненавидите всё, что делаете и нас всех вместе взятых. Будете хуже выполнять, как Вы говорите, свой долг, да чаще болеть. И о Вас постепенно сложится мнение, что Вы – безответственный работник. Не нужно так. К Вам в школе очень хорошо относятся, считают Вас одним из лучших педагогов. Зачем же портить себе репутацию столь изощренным способом? Если Вы уйдете сейчас, о Вас будут вспоминать с теплом, сожалеть о том, что уволился ценный работник. А если нет – думать о Вас будут с презрением, а ваше увольнение, которое всё равно произойдет, воспримут с чувством облегчения. Есть разница? Думаю, есть. В конечном счете, решение принимать Вам, но подумайте над тем, что я сказала». Не могла я не согласиться с Галиной Николаевной. Еще раз всё обдумав, всё же приняла решение: увольняюсь! Конечно, я не сделала это в середине учебного процесса, предупредила директрису, чтобы подыскала мне замену, доработала четверть и со спокойной душой принялась жить по-новому. Ничуть не жалею. Сейчас я занимаюсь любимым делом, а школу, да и весь тот период жизни вспоминаю с теплом в душе. Вот так.
– На самом деле, – дослушав Лену, сказала я, – это очень смелый поступок. Не многие решаются на такое, тем более женщины, которые, по-моему, более консервативны по духу, нежели мужчины.
– Точно-точно, – согласилась со мной Лена. – Я знаю многих дамочек, которые угробили себя такой консервативностью. И это – неправильно, на мой взгляд. Так что, надо нашим помогать!
Лена довольно улыбнулась, взяла из сумочки свой блокнот и записала что-то. Видимо, идею о проведении семинара о профессиональном выгорании.
– Знаешь, – отвлекла я Лену, – мне кажется, не менее интересным будет обсуждение на семинаре проблемы психологической зависимости женщины от мужа и её неспособности в связи с этим противостоять несправедливости в отношениях.
Довольно часто, мужчины, завоевавшие сердце женщины, совершают абсурдные поступки. Уверенность в том, что ОНА никуда не денется, приводит к помутнению рассудка мужчин и по какой-то только им известной причине они смело перегибают палку в своём властвовании, думая, что жена – это неотчуждаемая собственность, право на которую было зарегистрировано в органах ЗАГС. На фоне зависимости женщины, мужчина нередко злоупотребляет положением, может даже прибегать к насилию. Некоторые женщины решаются на развод, а другие – запирают на замок своё достоинство, выбрасывают ключ от него в океан небытия, они отказываются от своей собственной жизни и интересов, быстро теряют вкус к жизни и увядают, так и не дождавшись от мужа-тирана благодарности за самоотречение.