Страница 24 из 49
Глаза бегали по строчкам страницы в интернете с результатами поиска. Какое многообразие: поэзия, актерское мастерство, дизайн одежды, мыловарение, живопись…
– Хочу писать картины! – вырвалось из моих уст.
Полная энтузиазма я позвонила мужу с просьбой после работы поехать со мной в магазин для закупки соответствующих принадлежностей. Несколько удивившись моей просьбе, муж согласился, предупредив, что сможет свозить меня только после трех часов дня. Меня такой вариант вполне устраивал.
Словно голодный зверь я накинулась на краски, кисти, карандаши, разбавители, холсты, мольберт. Корзина была полна товарами, как моя душа – радостью, в отличие от кошелька, которому грозило опустошение. Не смутившись судьбой последнего, я прихватила с полки в магазине ещё одно развлечение «Рисуем по номерам». Предвкушая ощущение счастья от возможности окунуться в детство, я не заметила, как мы приехали домой.
Наспех перекусив, я поднялась в кабинет и села раскрашивать картинки, так сказать, решила начать с малого. Увлекательное, это оказалось занятие. В первый же день, погрузившись в раскрашивание натюрморта в виде подсолнухов в вазе, мне так и не удалось лечь спать. К пяти часам вечера следующего дня я любовалась первой работой. «Чудесно! – подумала я. – Эта картина будет радовать мой глаз в кухне». С чувством исполненного долга, извинившись перед мужем за глубокое погружение в новые для меня ощущения, я отправилась в кровать с твердым убеждением, что буду спать как убитая до самого утра. Отнюдь.
Открываю глаза. Темно. Включаю свет. Милого нет рядом. Смотрю на часы. «Не может быть, только начало третьего!». Сон сняло как рукой. «Ну что ж, – смирилась я, – буду бодрствовать». Легко и непринужденно я встала, приняла контрастный душ, пожелала спокойной ночи супругу, который к тому времени только шёл отдыхать, попила чай с бутербродами и вновь принялась за раскрашивание картинок, наслаждаясь современной классической музыкой.
Так продолжалось около недели. Я ложилась спать в пять-шесть часов вечера, а вставала в два-три часа ночи. Невероятно, но такой режим сна и бодрствования придавал мне гораздо больше сил и лёгкости в пробуждении, чем это было ранее. Никогда бы не подумала, что такое могло произойти со мной. На протяжении многих лет я работала до утра и спала до полудня. А тут такие изменения! Засомневавшись в «нормальности» своего нового режима, я кинулась искать информацию в интернете и удивилась, когда узнала, что теперешний сон лучше восстанавливает мои силы. Истинно, самый полезный сон – сон до полуночи. Хм!
Как бы великолепно не было моё самочувствие в этот период времени, я прекрасно понимала, что жить так мне попросту не позволят обстоятельства. Я знала, что февральские каникулы вот-вот закончатся, начнутся занятия в институте, которые длятся иногда до позднего вечера, и мой новый режим будет нарушен. Не дожидаясь удара со стороны образовательной системы, я потихоньку смещала график, выбрав такой, соблюдая который удовлетворяла бы личные и профессиональные интересы. С пяти до шести утра – подъём, с девяти до десяти часов вечера – отбой.
Чудесно вписавшись в новый режим (рано вставать и рано ложиться спать), я была удовлетворена и благодарна этой случайности. Как-то меня спросила родственница:
– А что можно делать в такую рань?
– Всё то же самое, что и в любое другое время, но только с лёгкостью и быстрее, – ответила я.
А что же с живописью – напрашивается вопрос. Только в том и была её роль, чтобы побудить меня изменить режим сна и бодрствования? Конечно, нет. Поэтому вернусь к этому волшебному увлечению, к которому я пристрастилась благодаря Николаю.
Первая моя работа масляными красками, как и предполагалось, была наивна и неуклюжа. Кроме того, я как чёрт измазалась краской, а запах разбавителя распространился по всему дому. Но, несмотря на нюансы, мне нравился мой рисунок. На фоне тёмно-синего неба по тёмно-синему морю плыл корабль. Плыл он от ураганного ветра и смерча к чему-то светлому. Жёлтый цвет раздуваемых парусов придавал этому новому, хорошему месту, куда направлялся корабль, оттенки радости, доброты и тепла. Посмотрев на свою первую картину маслом, стало ясно: я на верном пути.
Моя вторая картина – пейзаж – была намного лучше, третья – ещё лучше… Я с интересом осваивала искусство масляного письма, смотрела видео с советами художников, мастер-классы, читала соответствующие заметки и статьи, с удовольствием пересматривала галереи картин в интернете. Всё свободное время я уделяла живописи. После пробуждения я старалась как можно быстрее завершить все рабочие и домашние дела, дабы вернуться к хобби. Надо же, оказалось, что работа может занимать не так много времени!
Коллекция картин пополнялась. Супруг радовался вместе со мной неожиданному творческому озарению и предлагал наиболее удачными картинами украсить стены в нашем доме, от чего, правда, я скромно отнекивалась. Выставлять труды для обозрения гостей не хотелось.
В один из рабочих дней, пользуясь образовавшимся «окном» в расписании занятий, я решила посетить один из музеев живописи, который был расположен поблизости института.
В музее изобразительных искусств посетителей практически не было. Меня радужно встретили при входе, кассирша с довольной улыбкой продала билет, предложили мини экскурсию, от чего я любезно отказалась. Посещение этого учреждения имело другую цель – мне хотелось рассмотреть произведения поближе. Кто бы мог подумать, что у меня будут вызывать интерес мазки художника! Раньше я становилась подальше от холста, чтобы узреть во всей красе произведение живописи, теперь же мне нужно было, что называется, его пощупать, потрогать, причем как в прямом, так и в переносном смысле.
Почти час я ходила по залам музея от одной экспозиции к другой, внимательно рассматривая детали художественных работ.
– Добрый день!
Рядом со мной стоял мужчина, лет сорока, невысокого роста, с красивыми голубыми глазами. Борода, которая очень шла незнакомцу, была аккуратно стрижена. Он был опрятно, без шика одет.
– Здравствуйте! – взгляд мужчины меня немного смутил. Его глаза блестели как-то по-особенному. – Я так увлеклась изучением картин, что вовсе не заметила, как Вы вошли в зал.
– Давно пишите картины? – поинтересовался тот.
– С чего Вы взяли, что я пишу?
– Это видно. Обычный посетитель иначе смотрит на картину. Начинающий художник – совсем другое дело. Он словно клад ищет в ней. Так тщательно разглядывать мелочи нужно только тем, кто сам творит. Вы будто стараетесь запомнить, как автор картины изобразил листочек на дереве, как он положил на холст теневые, чем он пренебрёг, что подчеркнул. В общем, Вы учитесь по наглядному пособию, а не удовлетворяете эстетические потребности.
Я, конечно, понимала, что моё ознакомление с работами художников несколько иное. Но что б вот так бросалась в глаза цель прихода в музей! Мне стало неловко. Я отвела взгляд, неискренне улыбнувшись незнакомцу, и пошла в другой зал.
– Вас огорчает то, что мне удалось увидеть? – не отступал мужчина.
– Нет, вовсе нет. – На самом деле, чувства были иные. Это был явно не тот случай, когда хотелось, чтобы за мной подсматривали. – Впрочем, не буду лукавить. Да, я немного огорчена.
– Не хотел, прошу прощения. – Мужчина подошёл к картине, которую я пристально разглядывала. – Кстати, я пришёл сюда за тем же, что и Вы. Писать маслом – моё хобби. С некоторых пор. Я стал рисовать по совету своего друга – профессионального художника. Мы с ним знакомы с детства. Он всегда упрекал меня в серьезности и однобокости взгляда на мир. Когда-то я был тверд в своих целях, строг к себе и к людям, требовал от себя и других невозможного, пока, однажды, проснувшись утром, не понял, что я одинок в своём маленьком мире с идеальными представлениями о нём.
Я посмотрела на незнакомца другими глазами. «Родственная душа!» – проскользнула мысль.
– Милена! Меня зовут Милена!
– Очень приятно. Макс!