Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 48 из 60

– Атье? – переспросил Свахили.

– Совершенно верно, – сухо ответил Клетус. – Разве вы не сказали мне, что он собирается сюда?

– Да, – ответил Свахили.

Это была правда. Как ни странно, Свахили принимал участие в судьбе только что вступившего в армию дорсайцев, неподготовленного Атье. Это участие было вызвано скорее любопытством, чем сочувствием, ибо если когда-либо существовали два полярно противоположных человека, то это были майор Свахили и Билл Атье. Майор намного превосходил всех прошедших переподготовку, как солдат, так и офицеров, овладев лучше других приемами самоконтроля. Однако, было совершенно ясно, что он не из тех, кто позволит сочувствию влиять на суждение. Он взглянул на Клетуса с мрачной улыбкой.

– Ну, конечно, раз он будет с вами, сэр... – проговорил он.

– Все время, – спокойно ответил Клетус. – Как я понимаю, вы не имеете ничего против Арва?

– Нет, сэр. – Свахили перевел глаза на высокого молодого командира, и в них появилось что-то очень близкое к одобрению.

– Хорошо, – сказал Клетус. – Тогда можете быть свободны. Мы с вами встретимся здесь через час после обеда.

– Да.

Свахили вышел. Клетус повернулся к двери и увидел, что Арвид все еще там и стоит почти на его дороге. Клетус остановился.

– Что-нибудь случилось, Арв? – спросил он.

– Сэр, – начал Арвид, но, похоже, был не в состоянии продолжать.

Клетус не предпринял никаких попыток помочь ему. Он просто стоял и ждал.

– Сэр, – снова начал Арвид. – Я по-прежнему ваш адъютант, не так ли?

– Конечно, – подтвердил Клетус.

– Тогда, – лицо Арвида напряглось и слегка побледнело, – можно мне спросить, почему во время операции с вами будет Атье, а не я?

Клетус холодно посмотрел на него. Арвид держал очень напряженно, и его правое плечо все еще чуть-чуть сутулилось, это стягивал кожу шрам на месте ожога, полученного у общежития в Бахалле, когда он защищал Клетуса от ньюлендских партизан.

– Нет, командир, – медленно сказал Клетус, – вы не можете спрашивать меня, почему я решил, что мне сделать, сейчас и когда-либо в будущем.

Их взгляды встретились.

– Это понятно? – спросил Клетус через мгновение.

Арвид напрягся еще больше. Его взгляд переместился на какое-то пятно на стене.

– Да, сэр, – ответил он.

Арвид повернулся и вышел. Клетус вздохнул и также вышел из комнаты, направившись к себе, чтобы пообедать в одиночестве.

В девять утра на следующий день он стоял с Биллом Атье в пяти милях от опушки леса, когда к нему подошел Свахили и протянул металлический футляр размером со спичечный коробок с картой внутри. Клетус сунул его в карман своей серо-голубой походной формы.

– Она сориентирована? – уточнил он у Свахили.

Майор кивнул:





– В качестве исходной точки выбран лагерь. Остальные члены отряда уже выступили, по два-три человека, как вы приказали. Капитан и я готовы следовать за ними.

– Хорошо. Мы с Биллом тоже выступаем. Увидимся в условленном месте, в пяти милях ниже Вотершеда, примерно через девяносто часов.

– Мы там будем, сэр, – бросив быстрый, немного насмешливый взгляд на Атье, Свахили повернулся и ушел.

Клетус покрутил карту на ладони, пока под прозрачным окошком не появилась иголочка компаса. Затем нажал на кнопку сбоку, иголочка метнулась по часовой стрелке градусов на сорок и остановилась, указывая на север, в сторону леса. Клетус посмотрел в этом направлении, выбрал самое дальнее из тех, что он видел, дерево и сориентировался на него. Затем поднес смотровое окошко карты к глазу и посмотрел в него. Внутри он увидел рельефное изображение территории, вплоть до Вотершеда. Красная линия отмечала выбранный маршрут. Нажав другую кнопку, он приблизил изображение, чтобы подробно изучить первые шесть миль. Это был чистый лес, без болотистых участков, которые пришлось бы обходить или преодолевать.

– Пошли, – кивнул он через плечо Атье.

Положив карту в карман, он рысцой побежал вперед. Атье последовал за ним. Первые два часа они молча бежали бок о бок, окутанные мраком и тишиной северного ньютонианского леса. В лесу не было ни птиц, ни насекомых, только в болотах и озерах жили рыбоподобные амфибии. Похожие на иголки листья росли на самых верхушках деревьев, ниже были только гладкие стволы. Земля была покрыта толстым слоем почерневших мертвых листьев, опавших за многие годы. То тут, то там пугающие и неожиданно возникали густые заросли больших кроваво-красных листьев, фута в четыре длиною, растущих прямо из игольчатого покрывала и указывавших на источник, вокруг которого почва была более влажной.

Через два часа они сменили ритм движения и каждые пять минут бега стали чередовать с быстрой ходьбой. Раз в час они останавливались на пятиминутный отдых и падали, растянувшись во весь рост, на мягкий толстый лесной ковер, даже не снимая с себя легкое снаряжение, которое несли на плечах.

Первые полчаса им приходилось прилагать усилия, но потом они разогрелись, сердце забилось медленнее, а дыхание стало спокойнее. И вскоре казалось, что они могут двигаться таким образом бесконечно долго.

Клетус шел или бежал автоматически, его мысли были далеко, сосредоточившись на решении ближайших проблем. И даже когда он время от времени останавливался и сверялся с компасом на карте, то делал это чуть ли не рефлекторно.

Из этого состояния его вывела темнота, которая начала сгущаться вокруг них. Ньютонианское солнце, скрытое двойным экраном из листвы и высоких, постоянно висевших над планетой туч, которые придавали небу его обычный мрачный металлический цвет, садилось.

– Пора поесть, – сказал Клетус.

Он направился к ровной площадке у основания огромного дерева, плюхнулся на землю, скрестил ноги и прислонился спиной к стволу. Затем сбросил снаряжение. Атье присоединился к нему.

– Как вы? – спросил Клетус.

– Отлично, сэр, – пробормотал Атье.

Он действительно выглядел неплохо, и Клетуса это обрадовало. На лице Атье выступили маленькие капельки пота, но его дыхание было глубоким и ровным. Они разделили на секции металлический термос и сорвали пломбу, чтобы начался разогрев пищи. К тому времени, когда содержимое термоса стало достаточно горячим и можно было приступать к еде, темнота вокруг них окончательно сгустилась.

– Через полчаса появятся луны, – сказал Клетус в темноту – в ту сторону, где сидел Атье, – постарайтесь пока немного поспать, если сможете.

Клетус лег на иголки и заставил свое тело расслабиться. Через несколько секунд появилось знакомое ощущение парения. Затем ему показалось, что секунд на тридцать он куда-то провалился, а когда открыл глаза, то увидел, что сквозь листву над головой просвечивает новый бледный свет.

Он был в сотни раз слабее, чем дневной, но уже было видно, куда идти.

Вскоре, наверно, станет, еще светлее, подумал он, так как по крайней мере четыре из пяти ньютонианских лун должны появиться на ночном небе.

– Пошли, – сказал Клетус.

Минуту спустя они с Атье снова бежали рысцой к намеченной цели.

Карта, которой пользовался Клетус, имела подсветку, и он продолжал сверяться с ней. Теперь на ней параллельно красной линии, обозначавшей их маршрут, на расстоянии немногим более тридцати одной мили от исходной точки, пролегла черная линия. За следующие девять часов своего ночного путешествия, которое прерывалось каждый час только пятиминутным отдыхом и один раз – остановкой для того, чтобы поесть, они покрыли еще двадцать шесть миль. К этому времени стало опасным. Они в последний раз поели и, растянувшись на мягкой лесной постели, погрузившись в глубокий сон.

Когда будильник на руке Клетуса разбудил их, хронометр показал, что прошло уже больше двух часов светлой части суток. Они поднялись позавтракали и побежали вперед.

За первые четыре часа они преодолели значительное расстояние, фактически продвигаясь даже немного быстрее, чем в первый день. Но около полудня они вступили в район болот и трясин, заросших большими красными листьями и какими-то новыми лианоподобными растениями, похожими на огромные толстые зеленые веревки, которые свисали с нижних веток деревьев и, извиваясь, тянулись по земле иногда на целые мили.