Неуязвимый!

...

..

.

Из пелены кровавого тумана и ярости меня вырвало ощущение узнавания и какой-то неправильности, кажется, кто-то звал меня по имени... нет, по прозвищу.

Я осознал себя парящим в полуметре над землёй в развалинах того, что недавно было крупным зданием. Возможно - мне на глаза попался покрытый позолотой обломок шпиля, фрагменты предыдущих дней пронеслись перед глазами - да, точно - это был замок. Самый настоящий замок, в недра которого я пробился силой, как и в сотни других до этого.

Я держал за шею существо с зелёной кожей. Флаксанец. Существо задыхалось и смотрело на меня полными ужаса и слёз глазами. И что тут такого неправильного? Всего-лишь ещё один, из тысяч, а может и миллионов, что уже пали от моей руки - я едва ли могу сказать точное число.

Я начал вспоминать: убийства, разрушение, насилие, кровь, много крови... Хотя всё это словно бы происходило не со мной. Словно бы я стал сторонним наблюдателем в своём теле. «Я» сменилось на «он» и этот «он» был другим. Воспоминания, словно кровавый калейдоскоп, пронеслись перед моим внутренним взором. Эти упоение насилием и собственной жестокостью были мне несвойственны. Это... слишком похоже на отца.

Вот дерьмо!

Я таки понял, в чём неправильность ситуации: существо, трепыхающееся в моём руке, оно было женского пола и с огромным, непропорциональным фигуре, пузом. Беременная женщина. Пальцы сами собой разжались, что я же творю?!

- Отвали от неё! - вдруг раздался откуда-то слева и сверху знакомый голос.

Я несколько растерялся, услышав вполне чистый английский в другом мире, и пропустил подлый удар в спину. Ну как удар. Нападавший не ограничился лишь ударом, но вцепился в меня клещом и потащил прочь от замка и будущей мамаши, что чудом избежала своей очереди на конвейере смерти.

Летающие флаксанцы мне ещё не попадались. И с такими по человеческими белыми руками, и говорящие на чистом английском...

Я как раз закинул руку за голову и схватил неизвестного за волосы, когда мы наконец мы врезались в одну из скал, которыми изобиловала поверхность этой суровой планеты. Весь обозримый мир обратился каменно-пыльным крошевом, а затем просто пылью - мы пробили скалу насквозь и взрыли моим лицом сухую почву - но я не только не разжал хватки, но и отодрал от себя назойливого клопа.

Тело в свободных - вроде балахона или типа того - одеждах послушно долбанулось об землю, а затем получило удар ногой куда-то в район лица. Обычный человек или флаксанец после такого стал бы месивом костей и плоти, но этот выдержал. Крепкий. Сильный. Умеет летать. Человек. Знает английский. Но сражается на стороне врага. Я в замешательстве.

«Кто ты, чёрт подери?»

Я хотел было как следует хлопнуть в ладоши, чтобы разогнать порывом ветра пыль и увидеть его лицо, но вспомнил, что сталось с моей левой рукой... блядь!

Даже таинственный незнакомец отошёл для меня на второй план.

Я отгрыз собственную кисть! Не сказать, чтобы этот поступок не был оправдан в той ситуации, но... никаких «но», блядь, - это просто пиздец. Лицо, глаз, рука, грудь - воспоминания о жутких увечьях, полученных в том бою обрушились на мою больную голову. Да я был словно жертва зомби-вируса! Да и сейчас выгляжу не сильно лучше. Одежда - жалкие остатки того костюма, что сотворила для меня Ева - вся изодрана, оплавлена, а через пропалены отлично видны ещё не зажившие шрамы и ожоги. Я ощупал лицо: неровно стянутая кожа обтягивала свежий хрящ на переносице, да и под левым веком, недавно отросшим, тоже не пустота, хотя этот глаз пока ещё незрячий. Дыра в груди уже и вовсе почти заросла, хотя это место несколько... мягкое - сросшиеся куски прожжённого ребра ещё не обрели нужной жесткости. А вот рука...

Я потрогал повязку, что удерживала кисть на месте. Ничего не чувствую, кажется, следов заживления нет, но она, по крайней мере, не начала гнить, хотя прошло уже немало времени - от недели до месяца, точнее пока сказать не могу - а это уже хороший знак.

Понятия не имею каковы пределы регенерации вилтрумитов. Однозначно лучше, чем у людей, но насколько? Дыра в груди и глаз похоже заживут сами собой - хотя не факт, что глаз будет функциональным - но можно ли регенерировать утраченную конечность или приживить обратно оторванную? Вообще, механизм регенерации у людей есть, и, что весьма удивительно, работает примерно также как у ящериц, отращивающих новый хвост, со всеми теми же этапами. Правда ограничивается эта регенерация лишь небольшими фрагментами ушей и одной, первой, фалангой пальца.

Мне бы сейчас в больничку, на Земле, под наблюдением врачей - а может и отец чего посоветовал бы - а не вот это вот всё.

Тем временем пыль практически рассеялась, и я смог получше рассмотреть фигуру незнакомца. То, что я поначалу принял за балахон на деле оказалось роскошными белыми с красной вышивкой одеяниями - что-то среднее между мантией и греческой тогой. Сейчас красные письмена и узоры дополнялось серыми и коричневыми разводами от грязи и пыли. Лицо чужака скрывал капюшон, который он не иначе как накинул пока оседала пыль, ибо в ходе полёта и короткой стычки он у него наверняка должен был слететь.

- Постой! Нам нет нужды сражаться... - он поднял руки в примирительном жесте, и снова идеальный английский.

- Ты... - узнал я голос.

Глава 36

С театральной неспешностью он скинул с головы капюшон. Это смотрелось бы лучше, если бы его борода не была вся измазана в грязи после нашей жесткой посадки. Хотя, и так я был весьма огорошен личностью напавшего. Вот у кого я точно не ожидал тут увидеть, так это президента Соединённых Штатов Америки. Я подозревал - и отчасти надеялся - что отец мог бы под влиянием эмоций ринуться в портал за мной, но не этот бессмертный.

Но в одном он прав: сражение и впрямь стоит отложить, до выяснения обстоятельств.

- Ты как тут оказался? - продолжил свою прошлую реплику я. - Вы смогли открыть проход? Сесил послал тебя за мной?

- За тобой? - удивился уже Бессмертный, словно услышал что-то смешное. И правда, с чего бы ему так рисковать собой ради незнакомого пацана? Что-то я ляпнул, не подумав. - Нет, парень, я тут дольше тебя, намного дольше. Во время сражения в Нью-Йорке... - он поморщился, вспомнив что-то неприятное, - в общем, так получилось, что оказался среди схваченных пленников.

Да, я помню, как его почти словили в сети и тыкая копьями в мягкие места пытались вывести из строя. Но ведь я вытащил его тогда... этого оказалось недостаточно? Впрочем, сейчас важнее другое.

- Тебя взяли в плен? - я окинул его явно не тюремные одеяния взглядом.

Что-то не сходится: какого хера он тогда атаковал меня... защищал ту флаксанку?

- Это долгая история... - он шагнул ко мне, всё ещё держа руки на виду, тем самым как бы показывая свои мирные намерения. - Полгода прошло... многое поменялось за это время.

- Полгода? - не поверил своим ушам я. - Нет, этого не может быть...

До меня только сейчас дошло, что всё это время, пока я буйствовал, потеряв себя, отец оставался там на Земле. Что если он начал претворять в жизнь свой грёбанный план по захвату планеты? Что если, вернувшись, я застану свой дом поглощённым войной - в то, что Земля сдастся без боя я не верил -Мама, Ева, Уил... они уже могут быть мертвы. Особенно Ева, она ведь героиня, чёрт возьми, одна из немногих кто в теории может что-то противопоставить отцу. Стэдман, если будет такая необходимость, не преминет использовать её, не спроста же расспрашивал о возможности влиять на меня при помощи церебро.

- Точно, ты же не знаешь ещё... - опомнился Бессмертный. - Позволь мне рассказать тебе всё по порядку.

Оглянувшись вокруг, он нашёл крупный булыжник, на который и уместил свой зад, предложив мне сделать то же самое на соседнем.