Страница 66 из 80
Глава двадцать вторая. Фрейлина Императрицы
Глава двадцать вторая. Фрейлина Императрицы.
Андрея раздражало буквально все. И то , что Фагот нагло дрых, развалившись на соседней полке. И то, что Глаша и Кира весело о чем-то чирикали с молодым Бароном Васильевым, и это убогое купе, не идущее ни в какое сравнение с роскошью Восточного Экспресса, на котором ему довелось в добираться из Красноярска в Москву.
Пытаясь проанализировать свое внутреннее состояние, Андрей с неудовольствием понял, что попытка переложить ответственность за свой внутренний раздрай на собственные высокие морально — этические нормы, не способные примириться со смертью Лейтенанта, не более, чем пошлая отмазка. На самом дели по прошествии суток, ему стало глубоко наплевать на Витольда. И более того, он как никогда был близок к тому, чтобы пойти по неверному пути Фагота и заявить: «Собаке собачья смерть». Ну или что-нибудь в этом же духе, только с добавлением эпитета «Подлый предатель».
Последняя мысль заставила кошака на секунду проснуться и с помощью мыслеречи ехидно поинтересоваться: «
А сам Белов пришел к выводу, что наиболее близкое описание, соответствующее его нынешнему состоянию, прекрасно вписывается в слова великого барда:
А тут, вон, баба на сносях,Гусей некормленных косяк...Но дело даже не в гусях,-А все неладно.
-
После чего отправил в адрес Андрея образ смайлика с высунутым языком и демонстративно захрапел. Притом что коты храпеть не умеют. Это Андрей твердо знал.
— Имей ввиду, — окончательно озверел Андрей. — Еще раз посмеешь рыться у меня в голове без моего на то разрешения, освою с помощью Третьего Глаза Ментальный Контроль, думаю зеленая энергия это позволяет, и заставлю тебя выступать на детских утренниках. Будешь как дельфин носом мячики подбрасывать и на задних лапах ходить.
Фагот обиженно рыкнул, но вступать в пререкания с разъяренным напарником не стал. А просто сделал вид, что крепко спит и просто никаких угроз не слышит. Правда храпеть при этом перестал.
А Андрей немного успокоившись, принялся копаться у себя внутри, с тем, чтобы обнаружить первопричину своего паршивого настроения. В самом же деле, не считать же таковой веселое хихиканье девиц за дверью купе.
Как не странно эта самая первопричина, как ей и положено, лежала на поверхности. Андрей отчетливо осознал, что все это время двигался в русле, целей и желаний других людей. Сначала Колдуна и отца Сидора. Потом Лохматого и Любавы. Чуть позже в игру вступили родственники: Граф Разумков и мать Белова — Ирина Вяземская. К самостоятельным решениям он мог причислить разве что побег в Зенон, да и тот вряд ли можно отнести к осознанным решениям. Так, скорее этакая необдуманная выходка, спровоцированная гормональным всплеском юного тела.
Краткий анализ показал, что гордится своим умом и сообразительностью, а так же аналитическими способностями и многолетним опытом ранее прожитой жизни, бывшему кризис-менеджеру, мягко говоря, не приходится. Все что он успел совершить за это время под стать разве что юнцу, в теле которого он сейчас и прибывает.
О чем говорить, если прибывая в новом для себя мире, он до сих пор самостоятельно не смог заработать ни копейки. Все его доходы сводились либо к подаркам со стороны родственников, либо появлялись вследствие банальной мародерки. Особого ума для того, чтобы забрать артефакты с тела убиенного Барона Сувиркина , либо прихватить тот же Алхимический Куб вместе с Амулетом Правды из горящей скобяной лавки Изи Рабиновича, не понадобилось. Во и сейчас, в его распоряжении находятся Поднебесовки, доставшиеся Андрею вместе с другими вещами Белова, да еще те деньги, которые он просто отобрал у Карла Генриховича. И лозунг «Грабь награбленное» вряд ли может служить ему оправданием. Не в части всевозможных угрызений совести, в данный момент это меньше всего Андрея беспокоило, а в разрезе того, что он демонстрирует свою полную профессиональную несостоятельность в качестве человека, способного одним лишь своим умом обеспечить достойный уровень жизни.
— Еще немного таких приключений, — обличал себя Андрей, — и мне придется смирится с тем фактом, что мой удел кистень и разбой на большой дороге. Поскольку на большее я совершенно не способен.
К тому же в последнее время Андрей пришел к выводу, что стол тщательно лелеемая им идея по созданию первой в Империи финансовой пирамиды, утратила в его глазах большую часть своей привлекательности. Во всяком случае на фоне бизнеса, организованного Незнакомкой, она смотрелась откровенно блекло.
Конечно, контрабанда из Березовки в Канаду, поставленная на поток, будет давать некоторую копейку. Но рассчитывать на что-то серьезное не приходится. Так, копейки на брошки для Глаши и Киры. Это не те деньги, которые бы позволили ему чувствовать себя в Империи достаточно уверенно. Нужно было что-то принципиально новое, поскольку конкурировать с местными на их поле Андрей был не готов.
Вопрос о том зачем ему нужны деньги, вернее зачем ему нужны огромные деньги, Андрей даже не рассматривал. Ответ на этот вопрос ему представлялся очевидным. Он хотел прожить свою новую жизнь, дарованную ему невесть за какие заслуги, это при том, что объективно говоря эти самые заслуги у него напрочь отсутствовали, в статусе человека самостоятельно принимающего решения касательно своей судьбы.
Всякие глупости, типа того, что он Избранный и должен выполнить в этой своей новой жизни некую великую миссию, Андрей посылал лесом. Твердо придерживаясь жизненной позиции: «Кому должен — прощаю». И если бы внезапно перед ним встала дилемма: шагать по пути указанном свыше в заданном направлении, либо отказаться от нежданного подарка, Андрей бы демонстративно развернулся и пошел бы прямо в противоположную сторону. Всяких командиров и нагибаторов он в своей прежней жизни насмотрелся.
Так что приоритет личной свободы был в его понимании абсолютным.