Страница 66 из 80
Глава шестнадцатая. А принцессу нам и даром не надо
Глава шестнадцатая. А принцессу нам и даром не надо.
В которой главн ы й герой сначала обретает себя, а потом и цель в жизни, после чего получает стейк прожарки мидл и на чем свет стоит костерит свою приемную мать, предполагая, что та может стать на пути к руке и сердцу принцессы, которая, положив руку на сердце, ему и даром не нужна
Андрей медленно бродил по кривым Московским улочкам, рассчитывая натолкнуться то ли на ломбард, то ли на отделение банка, с тем чтобы прояснить ситуацию с золотыми монетами. На самом деле он, в первую очередь, просто с любопытством глазел вокруг, впитывая в себя странную атмосферу такого знакомого и в то же время совершенно чужого города. Нечто похожее — двух, трехэтажные особнячки , окруженные небольшими садиками и невысокими оградками, он раньше видел разве что в некоторых городах Европы, давно сменивших свое амплуа из мест, где люди работали для того, чтобы жить, в туристические центры, население которых существовало в соответствии с принципом — лучшая работа это жизнь в свое удовольствие.
И если с современными вертолетами, лопасти которых были изготовлены из композитов на основе углеволокна, в Империи, в которой большая часть населения до сих пор оставалась крепостными крестьянами , обутыми в лапти и питающимися в основном пареной брюквой, он еще как-то смог примириться, то эта пасторальная лубочная картина медленно гуляющих многочисленных праздных горожан грозила существенно подорвать его психику. Да он даже наличие в этом мире магии и тварей Зенона принял практически без последствий для своего душевного здоровья. Но глядя на все это мирное, спокойное и умиротворенное, Андрей впервые для себя самым нутром осознал, что такое когнитивный диссонанс. Тот самый, на который он ранее, между делом, неоднократно ссылался, не слишком-то вдаваясь в детали, а что это на самом деле значит.
Не слишком понятно, чем бы закончилась для Андрея эта борьба между реальным миром и нежеланием его принимать, ежели бы в дело не вмешалась третья сила в лице Фагота. На этот раз молодой смилодон не стал размениваться на всякие там экивоки в виде стакана чая, пусть даже с лимоном, и оглушил Андрея увесистым мыслеобразом здоровенного куска сырого мяса. Когнитивный диссонанс не выдержал такого увесистого аргумента и Андрей, встряхнув головой, направился в ближайшую ресторацию, скрывающуюся под лаконичной вывеской: «ТрактирЪ» .
Улица, на которой он оказался в этот раз, отличалась от других значительной шириной проезжей части, по которой цокали копытами лошади, тянущие изысканные коляски, в которых сидели роскошно одетые дамы под зонтиками, сопровождаемые джентльменами, вооруженными массивными тростями вместо шпаг и цилиндрами, заменяющими рыцарские шлемы. Во всяком случае взгляды, которые бросали эти господа на окружающих, однозначно свидетельствовали, что они готовы биться за своих дам до последней капли крови у этих самых дам. И все бы было нечего, вот только время от времени мимо колясок пролетали стремительными тенями, демонстрируя хищные обводы, самые настоящие автомобили, способные составить достойную конкуренцию Феррари и Мазерати прежнего мира Андрея.
И с этим можно было бы при желании смириться. Вот только еще бы понять, как нахождение столь несовместимых транспортных средств на одной проезжей части не приводит к регулярным ДТП и почему лошади и горожане так спокойно реагируют на продукт автопрома следующего века. Ну ситуацию с лошадьми еще можно было бы при желании объяснить. Они животные умные. Но вот люди...? Разве что каждое изделие продвинутой техномагии снабжено амулетами, навроде тех, которые делает Любава. Когда окружающие вроде как и все видят, и все слышат, но вместе с тем пропускают необычное мимо своего сознания.
Окончательно для себя решив, что в мире, по утверждению ближайшего друга Горация, существуют многочисленные загадки, на которые определенно указывал этот самый лучший друг, используя благозвучный эвфемизм: «что и не снились нашим мудрецам», да хотя бы простейшие примеры: «Есть ли жизнь на Марсе?», или, допустим,: «Нахрена сам Андрей мучается дурью, вместо того, чтобы накормить Фагота вкусной и здоровой пищей?», Белов расслабился и поднявшись на второй этаж ресторации, представляющий из себя полуоткрытую террасу, частично нависающую над пешеходной частью, занял столик прямо у невысокого парапета.
Он огляделся вокруг и понял — это оно!
Андрея как будто отпустила пружина , державшая его в напряжении все последние дни. Именно это место станет его любимым, после того, как он завершит свои дела в Березовке и вернется в Столицу для продолжения учебы. Сюда он станет приходить по выходным, для того, чтобы просто сидеть на этой террасе и любоваться тем, как внизу, у него под ногами струится, кипит жизнью и бурлил страстями живой поток. Снующие по улице люди, спешащие экипажи и мобили, свистки полицейских, крики извозчиков, топот копыт и гудки клаксонов. Все это создавало фантастическое ощущение, словно сидишь в ложе театра и смотришь премьеру удивительной, захватывающей пьесы.
Может быть впервые за последние двадцать лет своей жизни, Андрей почувствовал себя живым. Все, что происходило с ним в этом мире до того, казалось не настоящим. Как будто бы он со стороны наблюдал, как кто-то другой, чужой, отыгрывал роль, строго прописанную в чужом же сценарии.
И вот сейчас, внезапно, почувствовал желание стать не только зрителем, но и действующим лицом этой пьесы.
Внутри помещения не было гомонящей толпы. Только десяток аккуратных столиков с приставными венскими стульями, пара посетителей в дальнем углу, официант и девушка у барной стойки. Несколько напольных ваз с цветами. И потрясающий вид сверху, который буквально заворожил. Андрей понял, что ему нравится этот мир. Нравится эта терраса. Нравится девушка бариста. Здесь так превосходно думалось.
- Этак я скоро и на девочек в коротеньких юбках стану заглядываться, - развеселился Андрей. - Неужели на меня так повлияло юное тело? В таком случае непонятно, почему так надолго затянулся период адаптации? Считай два месяца тут, а торкнуло только сейчас.
Похоже и Фагот почувствовал, что с его напарником не все в порядке. Но не углубляясь в детали решил действовать по проверенной ранее схеме. Мыслеобраз куска сырого мяса на этот раз в своими размерами напоминал освежеванную тушу то ли очень большого быка, то ли мамонта средних размеров.