Страница 40 из 44
- Я видел, - подтверждает Марк. - И ничего не сказал Лизе.
- Почему? - задерживаю дыхание. Сердце колотится в груди, сбивается с ритма.
- А зачем ей об этом знать? - Марк жмет плечами. - Ты ошиблась, Анюта, и ты сожалеешь, - вкрадчивым голосом внушает он мне. - Тебя соблазнили, заставили, ты этого не хотела.
- Не так все было.
- Было именно так, - он поднимает с подлокотника мою руку, сплетает наши пальцы. - Ты юна и неопытна. А он взрослый мужик. Еще и несвободный. Воспользовался твоей глупостью.
И отымел меня - мысленно заканчиваю.
Смотрю на Марка, и верить в такое не хочу.
Не стал бы Кирилл.
Пусть я наивная, но ведь не дура, в конце концов. Я видела и чувствовала, что это серьезно.
- Понимаешь, Анюта, - Марк поворачивает ключ в зажигании. Кратко пожимает мою руку и отпускает, перемещает ладони на руль. - В жизни всякое случается. И нужно учиться прощать близких людей, их же так мало, а мир огромный. Я тебя прощаю. И хочу, чтобы ты знала - мои чувства к тебе не изменились. Я по-прежнему настроен жениться. Ведь признайся, - он выезжает со двора и слегка поворачивается - ты же не беременна?
Подавленно качаю головой.
- Это главное, - с удовлетворением кивает Марк. - Торопиться некуда. Будет у нас ребенок, и не один.
- Не будет, - смотрю на улицу, на деревья и магазины, что проносятся мимо. - Я тебе все сказала вчера.
- Ты была неубедительна.
- То, что я кольцом в тебя швырнула недостаточно убедительно?
- Аня.
- Что, Марк? - ладонью бью по двери. - Иди ты со своими сказками, - запальчиво выговариваю. - Не хочу я. Куда ты меня везешь?
- Пообедаем, - сухо отзывается он.
- Не хочу есть.
- Хватит капризничать.
- Выпусти меня из машины, - все сильнее распаляюсь, не сказал он мне ничего нового, ерунду он городит, да разве может мужчина, который любит, вот так спокойно, холодно обсуждать, что его любимая провела ночь с другим? - Марк!
- Тихо сиди! - рявкает он.
Глотаю возмущение, что на языке вертится.
Такого я от него еще не слышала.
Недоверчиво разглядываю его напряженный профиль и понимаю, что шутки кончились, Марку надоело сюсюкать со мной, он сам на пределе, едва держится.
- Куда ты меня везешь? - негромко повторяю вопрос.
- Обедать.
Едем молча.
Бросаю осторожный взгляд на экран телефона.
Сообщений нет, и непредвидится, похоже, Марк подтверждает мои мысли голосом, в который вернулась мягкость.
- Ему незачем разводиться, Аня. Зачем ему это? Кто ты такая? Студентка. Живешь на деньги родителей. Зависишь от них во всем. Его жена - профессор. Шикарная женщина. Плюс ко всему - твоя мать. Тебе самой-то не стыдно?
В горле встает ком.
От ветра глаза слезятся. Или от его слов. Или от собственных чувств, которые наружу рвутся, черной паутиной, они вяжут меня по рукам.
Ведь Марк прав, мне должно быть стыдно за свой поступок. Одно дело - влюбиться в Виконта.
Другое - в Кирилла.
- Все люди совершают ошибки, милая, - успокаивает меня Марк. С проспекта сворачивает во дворы, дорога знакомая, он катит к своему дому. - Вот увидишь, Анюта, пройдет время, - вещает он. - И ты будешь вспоминать этот урок. Как полезный. Как жизненно-важный.
Он паркуется напротив длинной девятиэтажки.
Отстегивает ремень безопасности.
Поворачивается на меня и улыбается.
- Вчера ночью грустил. По городу катался. Еды набрал в ресторане, полный холодильник. Пообедаем дома. Идешь? - он подмигивает и выбирается на улицу.
Дома.
Заторможенно отстегиваю ремень.
Выхожу из машины.
Идти мне некуда все равно.
Плетусь за Марком.
Вместе заходим в подъезд, в лифте поднимаемся на последний этаж. Марк отпирает квартиру, пропускает меня вперед.
- А! - ладонью бьет себя по лбу. - Телефон в машине оставил.
Он хлопает дверью.
И в замке ворочается ключ, запирая меня.
Отбрасываю дрель и беру с дивана молоток. Стучу по личинке.
Заглядываю.
Еще раз стучу.
Отверткой проворачиваю сердцевину.
И толкаю дверь.
Стою на пороге и отряхиваю руки.
В подъезде лампа горит, гудит лифт.
Забрасываю на плечо сумки и шагаю на площадку, прикрываю дверь. По ступенькам сбегаю вниз и смотрю на часы.
Я обещал приехать к обеду, и я опоздал, чертовы Лиза и дверь.
Телефон не реанимировать, она от души по нему потопталась.
Маленькая что-то писала, и теперь, похоже, сходит с ума.
Подхожу к машине, открываю дверь. Бросаю взгляд вниз.
Не верю глазам.
И наклоняюсь.
Усмехаюсь.
Обхожу авто, смотрю на колеса.
Два колеса. Она проколола.
Чокнутая.
Матерюсь и швыряю сумку на капот.
На площадке играют дети. Наблюдаю, как возится в песочнице малышня, и на качелях хихикают подружки. В теньке на лавочке бабульки сидят, сплетничают. С коляской прогуливается девушка.
Тихо и мирно, обычный будний день.
Я только что понял, что женился на сумасшедшей.
Закрываю машину. Забираю сумки, шагаю к выезду со двора. На проспекте иду вдоль дорогие, ловлю машину.
Солнце жарит, не щадит, я еще пока замок вскрывал, вспотел.
Торможу усатого мужика на синем седане и кидаю сумки в салон, сажусь.
- В гостиницу, - называю адрес, сразу протягиваю деньги. - И телефон позвонить. Вот, - добавляю лишнюю купюру.
Мужик протягивает мне поцарапанный смартфон.
Не успеваю номер набрать. Машина едва трогается. И тут же наперерез, визжа тормозами, вылетает знакомая компактная иномарка.
- Вот бл*ть, - матерится водитель. Судорожно сжимает руль и орет в лобое стекло. - Совсем дура?! Куда прешь! - он догадывается открыть окно, высунуть голову.
И орет уже на улицу, кроет матами умственные способности женщины за рулем.
Смотрю на нее. Сидит бледная, лишь губы аллеют. Прическа окончательно растрепалась, волнистые волосы рассыпаны по плечам.
- Подожди, щас вернусь, - говорю водителю. Выбираюсь на улицу и шагаю к ее машине.
Наклоняюсь к открытому окну.
Она закусывает губу и поворачивается на меня. Зрачки расширены, под глазами темные круги от косметики.
- Лиза, - облокачиваюсь на окно. - Ты не в себе. Сама видишь, наверное, да? Давай вызовем скорую.
- Я не понимаю, - невидящим взглядом она смотрит на меня. - Чего тебе надо? Почему не живется спокойно? Неужели так сложно было. Просто дождаться меня. И вечером, спокойно, все обсудить.
- А что обсуждать? Что ты мой телефон разбила? В собственной квартире меня заперла. Колеса на тачке проколола. У дома сидела караулила, - перечисляю. - Я тебя в дурдом закрою, - обещаю и выпрямляюсь.
- Я твою Аню в дурдом сдам, - цедит она в ответ и щурится. - Понял меня? Не будешь жить со мной. Но и с ней тоже не будешь.
- Занятно, - бросаю ей и шагаю к такси.
- Я не шучу, Кирилл, - кричит она в окно. - Я в дурдоме ее запру, ее неедеспособной признают, не будешь ты с ней жить, не будешь!
Сажусь в машину и хлопаю дверью.
- Поехали.
- Ты меня плохо знаешь, Кирилл! - летит крик с улицы. ее несет. - Я вызываю неотложку! - она высовывает руку в окно и вертит в воздухе телефоном. - Все! Все! Нет твоей Ани!
На солнце поблескивает темный лак.
- А у дамочки-то не все дома, - присвистывает водитель. В зеркало смотрит на меня. - Жена твоя?
- Бывшая, - по памяти набираю на экране цифры.
Прижимаю телефон к уху и слушаю гудки.
- У меня тоже такая была, - делится печалью водитель и объезжает Лизу. - Терпел, терпел, дети...жить негде...а потом...
- Да, - звучит в динамике голос Ани.
- Ты где? - выпрямляюсь на сиденье.
- А что? - тон ледяной, из него рвется обида. - Приехал? Час дня, Кирилл. Ты даже не позвонил. Не ответил мне. Ты просто пропал. Бросил меня одну. Ты где?
- Я еду.
- Я не в гостинице.
Она молчит.
Эта пауза мне не нравится. Дышать отчего-то труднее.