Страница 34 из 97
Глава 21
Первыми ко мне подошли парни, получившие роли Тибальда и Меркуцио. Их волновало только одно — какой будет сцена поединка между героями. Оказывается, парни уже начали ставить бой, но по его ходу им требовалось обмениваться репликами. Они придумали несколько и записали для меня в надежде, что я вставлю их в переделанный вариант пьесы.
— Посмотрю, что подойдёт, — сказал я, пробежав текст глазами. — Была, правда, идея сделать поединок не на мечах, а на пистолетах…
Это я нарочно сказал, чтобы парни разнесли остальным, что ко мне нужно подходить — от греха подальше. Они, конечно, перепугались и принялись убеждать меня, что клинки гораздо зрелищнее. Через пару минут я дал им одержать верх. Заручившись моим обещанием, что мечи останутся, они ушли. Однако, как я и рассчитывал, вслед за ними начали являться остальные. Все были слегка обеспокоены тем, насколько сильно изменятся их роли. Тем более, что я прозрачно намекнул паре человек, что вместо Монтекки и Капулетти будут члены Зелёного и Серого кланов. Мне наперебой предлагали, какие именно роды можно использовать, но тут я проявил твёрдость: сказал, что фамилии будут вымышленными. Не хватало ещё настроить против себя каких-нибудь конкретных баронов.
Одним из последних подошёл парень, игравший Ромео. Вернее, теперь уже Романа. Имена я тоже заменил. Попросил дать посмотреть, что я сделал с его текстом. Естественно, пришлось ответить, что он ещё не готов.
— Ты же понимаешь, — говорил я, постукивая ручкой по толстой тетради, — что у тебя главная роль. К материалу приходится подходить со всей ответственностью.
— Да-да, самой собой, — кивал мой собеседник, жадно поглядывая на тетрадь, где, как он думал, находятся записи. — Но ты ведь не уберёшь любовные сцены? Оставишь речь Ромео под балконом Джульетты?
— А тебе это важно?
— Ещё бы!
— Почему? Ты что, влюблён в Лиду Молчанову?
Парень досадливо поморщился. Даже отмахнулся.
— Да нет, конечно, какое там! И вообще, она с Андреем встречается. Нет, мне нужно, чтоб другие девчонки увидели меня в этой роли и втюрились! А без любовных сцен эффект будет совсем не тот.
— Ладно, оставлю, — милостиво согласился я, хоть ничего такого удалять и не собирался. — Единственное, подумываю о хэппи-энде.
— Как это?! Они ж в конце умирают!
— Я в курсе. Но хочу сделать по-другому. Никто ведь не ожидает, что пьеса может закончиться не так, как в книге.
Парень озадаченно почесал затылок.
— Тебе, наверное, лучше обсудить это с Ариной Фёдоровной. Заранее. Мне кажется, она не одобрит.
— Поговорю. Когда придумаю альтернативный финал, чтоб было, что предложить. А с кем встречается Лида?
— С Андреем, сказал же.
— Это который?
— Да бывший наш сценарист. Ты его видел. С фиолетовыми волосами. Второй сын барона Лукьянова.
— А, понял. У него что-то с рукой случилось.
— Угу. Упал где-нибудь, а врёт, что на тренировке повредил.
— Странно, что его лекарь не исцелил. Травма-то ерундовая.
— Лекарь есть не у каждого рода. Это птицы редкие. Ради растяжения или ушиба никто одалживать не будет.
Ах, вот оно что. Будем иметь в виду.
— Понятно, — сказал я. — И что, серьёзно у них?
— У Лукьянова с Лидой? А кто их знает? С прошлого года встречаются. Только вряд ли поженятся.
— Почему?
Парень пожал плечами.
— Да нет их родам особого смысла объединяться. Я думаю, Лиду выдадут за кого-нибудь из Серого или Жёлтого клана. А вообще, мне без разницы. Ты-то зачем спрашиваешь? Хочешь к ней подкатить?
— Нет. Я просто так. К слову пришлось.
— Это правильно. Лучше к ней не лезть. Андрей от этого прямо бешеный делается. Один парень тут попытался с ней подружиться, так он его чуть не отметелил.
— Не Зилов случайно? — спросил я, едва вспомнив фамилию красноволосого, которого парень нашей «звезды» зажимал на лестнице.
— Ага, он самый. Юрка. Тот теперь даже близко не подходит.
Ох, и тяжко придётся фиолетовому. Потому что я-то очень даже близко планирую подойти. Настолько, чтобы достать до Лидиного папаши.
— Значит, оставишь монологи? — спросил «Ромео». — Слово?
— Не обещаю, что они будут звучать один в один, но да, в любви признаешься в лучшем виде. Зрительницам понравится.
Парень удовлетворённо просиял.
— Вот спасибо! А то я уж волноваться начал. Говорят, ты там прямо всё переделываешь.
— Врут. Но кое-что меняю, конечно. Сегодня вот хочу поработать над ролью Джульетты. Юлии, то есть.
Наверняка он передаст это партнёрше. Не знаю даже, кем надо быть, чтоб удержаться и не прийти узнать, чем мои планы грозят главной женской роли.
И, конечно, Молчанова не выдержала. Думаю, она и раньше прибежала бы, если б не выпендривалась. А так подошла на пятой перемене. В компании двух подружек. Самых преданных, видимо. Которые не разболтают, потому что побоятся оказаться отлучёнными от лучезарной особы.
— Привет, — кивнула Лида, глядя на меня одновременно с тревогой и досадой на себя за то, что вообще припёрлась что-то выспрашивать. Да, нелегко, наверное, ей было. Такая внутренняя борьба! — Тебя же Коля зовут, верно?
— Николай, да, — ответил я и спокойно уставился ей в глаза, ожидая продолжения.
Пусть осознает, что перед ней не просто новичок, который младше её на год, а барон Скуратов. Сама-то она всего лишь княжна. Глава клана её отец или нет, по сравнению со мной она стоит на аристократической лестнице гораздо ниже.
— Хм… Я слышала, ты здорово переделываешь пьесу. Ну, чтобы осовременить.
— Ага. Есть такое. Как раз сегодня над твоей ролью планирую поработать.
Девушка нахмурилась.
— И что ты…эм-м… собираешься с ней сделать?
— Ничего кардинального, наверное. Но пара идей есть.
— Когда мы увидим готовый текст? Мне нужно роль учить.
— Думаю, скоро. А что, у тебя есть пожелания по роли? Я могу их учесть.
Молчанова заметно воодушевилась.
— Вообще-то, если честно, есть. Я подумала, что, раз ты всё равно переделываешь, то можно кое-что добавить.
— С удовольствием обсудил бы это. Когда у тебя будет время. Уверен, ты отлично понимаешь, что хочет увидеть зритель.
Вот так, пусть почувствует себя звездой.
Лида просияла, хоть и постаралась это скрыть. Получилось у неё плохо, ясное дело. Самомнение просто так не спрячешь.
Она важно кивнула.
— Почему бы тебе не заехать ко мне домой на днях? — предложила она. — Например, завтра часов в пять. Я как раз буду свободна.
Ясно: хочет успеть накидать ещё идей.
— Дай подумать, — я закатил глаза к потолку, словно прикидывая, насколько плотный у меня график. — Хм, нет, не получится. Буду работать над ролью священника. Но послезавтра, наверное, смогу.