Страница 13 из 58
Может, в том, что раньше они светились гораздо сильнее? Неужто у них садится батарейка? Вроде не похоже…
Я удачно простреливаю кабану глаз и вижу, как на мгновение вспыхивает символ у него на груди. И тогда меня осеняет.
— Мало дамага! — кричу киборгу. — Надо, чтобы они засветились!
Киборг ничего не отвечает, но по тому, как он заряжает ягуару промеж ушей, я понимаю, что он меня услышал. Пытаюсь последовать его примеру, но с моим оружием это куда сложнее. Значит, нужно повышать меткость. Попадание в глаза или в символ бесконечности гарантированно заставляет их полыхнуть. Видимо, так мне показывают повышенный урон. По уму надо бы стрелять только туда, но получается у меня не очень. Кабан двигается слишком быстро, а чуть я притормаживаю, тут же меня достаёт. Пока мне удавалось избежать серьёзного урона, но шкала здоровья потихоньку тает. Запрыгиваю на крышу, чтобы спокойно прицелиться, — кабан разворачивается к киборгу. Которому вообще-то следует беречь силы, а не сражаться против двух врагов.
Что же делать?
В этот момент мы оказываемся с киборгом совсем рядом.
— Меняемся! — командую я по наитию, и он понимает меня без объяснений. Я стреляю в ягуара, а Твой Папка переключается на кабана. Бесполезно: дурной кошак уже почти дошёл до кондиции и не собирается оставлять киборга в покое. И мои выстрелы ему по барабану. Ну почти.
К счастью, кабану, чтобы наконец запылать, много урона не требуется.
Мы поворачиваем к мосту, до которого осталось всего ничего, и дружно офигеваем. С него спрыгивает на «нашу» сторону разлома первый паук. Первый — из огромной армии, которая, кажется, собралась тут со всего города.
Чтобы открутить нам головы, не иначе!
Паучья лавина накатывает так быстро, что мы не успеваем убраться с её пути. К счастью, ягуара с кабаном она тоже куда-то унесла. Киборг сражается как бешеный — бьёт руками, ногами, головой. Я тоже не отстаю, хотя верчусь как уж на сковородке. Почему-то мне кажется, что «Шкет» по паукам теперь работает эффективнее. Или это просто я к нему приноровился?
Пропускаю момент, когда киборг замедляет движения и валится на дорожное покрытие. Пауки радостно набрасываются на него всем скопом. Он вяло шевелится, пытаясь отбиться. Но, кажется, это бесполезно.
«Ваш сокомандник покидает локацию через 30, 29, 28... Желаете выйти и начать селекцию заново?»
Нет, конечно! Пробиваюсь к нему, сам не зная зачем. Но мне почему-то не хочется, чтобы его разорвали так же, как Сильвера. Хотя пауки скорее затопчут.
— …ро! — вдруг раздаётся в моей голове. Мне кажется, или я слышу голос Найта?!
Глава 6. Наперегонки со смертью
Поначалу мне кажется, что у меня глюки. Но слова Найта звучат слишком живо, а командный тон буквально заставляет подчиняться. Странно, подобные фокусы на меня почти никогда не действовали, что здорово бесило учителей и начальников.
Впрочем, на рефлексию и самоанализ как обычно нет времени.
— …энергоядро! Дай ему энергоядро!
Не сразу вспоминаю, о каком ядре идёт речь, ведь прямо в этот момент новая волна пауков оттесняет меня от киборга. Град ударов обрушивается со всех сторон, и я остро осознаю, что даже если совет Найта хорош, у меня всё равно не получится им воспользоваться. Мой «Шкет» и так-то не ахти, а против толпы он и вовсе бесполезен. Поэтому вместо нормального сражения мне приходится расшвыривать пауков чуть ли не пинками, без конца получая урон от их атак. Каждая по отдельности погоды не делает, но сейчас их настолько много, что шкала здоровья, о которой до этого я даже не вспоминал, начинает заметно проседать. И что хуже — время, отмеренное киборгу, утекает сквозь пальцы!
Рядом со мной приземляется ягуар, подминая под себя нескольких пауков. Его глаза и символ на груди пылают так, что больно глазам. По ходу, вынесут меня даже чуть раньше, чем киборга.
Ягуар лязгает металлическими клыками и… Без разбору полосует когтищами всех, до кого дотягивается! И хорошо, что это оказались пауки, а не я! Рядом слышатся повизгивания кабана и глухие удары — хрюшка не желает уступать своему приятелю в кровожадности и вовсю таранит пауков. Они, не будь дураки, соображают, что таким макаром их популяции вот-вот придёт конец, и обращаются против тех, кто наносит им больше урона.
Неужто это наш шанс?!
Я бухаюсь на колени рядом с поверженным товарищем, который уже даже не шевелится.
«…сокомандник покидает локацию через 6, 5, 4…»
Вытаскиваю ядро из кармана и, будто меня кто-то подталкивает, кладу его в центр грудной клетки киборга — прямо на реактор, туда, где почти погасло его собственное энергоядро. И… ничего не происходит!
Сорян, Папка, я пытался…
Бесконечную секунду спустя замечаю, что черепашье ядро начинает слегка вибрировать и разогреваться.
«…2, 1…»
Как масло в горячее молоко ядро неохотно проваливается через слабеющее силовое поле внутрь реактора и липнет к собственной «батарейке» киборга, сливаясь с ней. Мгновение спустя из реактора бьёт луч света.
Ожидаю почему-то, что сейчас у киборга запустится режим самоуничтожения, но тут свет гаснет, Твой Папка бодро вскакивает и бросается в кучу пауков, под которой успели затеряться кабан с ягуаром. Он смертоносным вихрем врывается в нестройные вражеские ряды, сея хаос и разрушение. Голыми руками разрывает пауков на куски, расшвыривая лапы и туловища в разные стороны.
Если кто-то хочет поработать — кто я такой, чтобы ему мешать? С удовольствием наблюдаю, как убийственная троица из кабана, ягуара и киборга разбирается с осточертевшими пауками. И только когда остатки былого воинства в панике разбегаются, ярость охотников обрушивается на моего сопартийца.
Тот встречает таран кабана на подлёте — и со страшной силой бьёт кулаком ему промеж ушей. Хрюшка впечатывается пятачком в землю и на мгновение зависает. Киборг мгновенно переключается на ягуара, который уже тянет к нему свои когтистые лапищи. Недолго думая, мой недобрый товарищ хватается за эти лапы и раскручивает визжащего кота будто в центрифуге. Сносит его тушей едва успевшего подняться кабана и примеривается забросить его куда-нибудь подальше.
— В разлом! Бросай в разлом! — ору я, вспомнив, что ягуар туда уже проваливался. А значит выбраться оттуда ему будет непросто!
Киборг меня услышал — мне даже кажется, что за визором маски полыхнули свирепой радостью его глаза. Ягуар на бреющем отправляется по месту назначения. Изворачивается в воздухе, целляется когтями за край разлома… Но с громким мявом летит вниз.
Пришедший в себя кабан на всех парах несётся к киборгу. Тот легко уворачивается и незамысловато пинает надоедливое животное под оторванный хвост. Кабан ласточкой — если можно так сказать про эту злую тушу — отправляется вслед за своим приятелем.
И наступает тишина.
Киборг озирается по сторонам в поисках оставшихся врагов, но теперь на этой стороне разлома остались только мы. Оглядываю поле боя и присвистываю:
— Иван Васильевич проявляет агрессию, да? — киваю на разодранных в клочья пауков.
Киборг стягивает с себя маску и недоверчиво смотрит на меня. Лицо у него совершенно обычное, человеческое, только механические глаза сияют бирюзой.
— Откуда узнал? — ошарашенно спрашивает он.
— Что узнал?
— Моё настоящее имя…
— Имя? Что ты имеешь в ви… — наконец соображаю и начинаю ржать. Киборг хмурится, и я стараюсь взять себя в руки. Ещё чего не хватало — ссориться с чуваком, в одиночку заборовшим ягуара. — Да о чём ты, я случайно угадал! Знаешь ведь, был такой царь, Иван Васильевич. Известная личность, суровый дядька, все дела…
Киборг заметно расслабляется, но сомневаться не перестаёт:
— Никогда о таком царе не слышал. Ты сам это придумал?
До меня доходит, что в другом мире история может сильно отличаться от нашей:
— Да в книжке одной прочитал, ничего особенного. Пошли лучше на лифт глянем — теперь нам ничего не помешает.