Страница 8 из 14
— Непрофильная госпитализация, — промолвил Трунов свой вердикт. И как сказал, а? Каждое слово — прям в металле отлито.
— Но ведь в данном случае, — начал возражать Спиваченко, — на первое место…
— Есть же у пациента диагноз, коллега, — последнее слово он процедил так презрительно, что даже мне не по себе стало слегонца. — Вот, русским по белому написано: “Дебильность, эретичная форма”. Вот и везите по профилю. Не понимаю, — он картинно откинулся на спинку стула, — почему я должен вам это объяснять? Ну эти, — он как-то небрежно махнул рукой в угол, где стояли мы с Капитоновой, — с них что взять? Но вы должны…
— Ты что сказал, сморчок?! Кого дебилом назвал?
Ого, у нас произошла незаметная подмена матери пациента. Испуганную и слегка растерянную женщину заменила натуральная тигрица. В глазах блеск, руки сомкнуты в кулаки. Похоже, Трунов только что весьма сильно задел ее чувства.
— Извините? — Андрей Борисович поднял голову, посмотрел на женщину.
— Фамилия? — гаркнула дама. Похоже, строить подчиненных она умела. Даже мне захотелось встать по стойке “смирно”.
— Трунов, Андрей Борисович, заведующий отделением наркологии.
Похоже, парень уже понял, что гонор проявлять надо было немного в другом месте. Мне показалось, или у него руки трясутся?
— Сорока пяти нет еще? Завтра в военкомат вызовут, санинструктором служить будешь, — уже совершенно спокойным голосом сообщила она Трунову. — Вот доктора, — женщина показала на нашу компанию, — приехали, всё как надо сделали, успокоили, в больницу привезли. А тут… Здесь меня жди! — приказала она наркологу и куда-то ушла. Неужели к главному врачу? Вот это поворот сюжета!
Слегка запоздало Трунов скомандовал госпитализировать Витю, с любопытством взирающего на всё это, и собрался покинуть нас. Наверное, двинуться в том же направлении, что и дама, гасить конфликт. Когда нарколог проходил мимо нас, у меня в заднице заиграло детство и я быстренько пропел ему строчки из непонятно как всплывшей в памяти песни:
Сейчас она, красивая и смелая,
Дорогу перейдёт,
Потом вот это самое с козлом своим проделает…
Трунов убежал, даже не оглянулся, а я наклонился к Спиваченко:
— Мамаша у нас кто?
— Генеральша. Точнее даже маршальша. Вдова, но похоже связи остались. — потом вздохнул и добавил философское: “Каждая муха на своей кучке говна — королева”.
На базу вернулись, сели пить чай. Надо же стресс залить. Народ ожидаемо обсуждал новые постановления партии и правительства — в СССР внезапно увеличили пенсии, отпуска по беременности и уходу за ребенком. С младенцем теперь можно сидеть до года, на половине зарплаты. В декрет — пожалуйста, уходи за 70 дней до родов. ЦКБэшные дамы разумеется, возбудились на эту тему, Спиваченко мне на ухо прошептал: “За Афган задабривают народ”.
Я удивленно посмотрел на доктора. Оказывается, у нас тут есть свои фрондеры?
Свое мнение по этому поводу я решил не высказывать — хватило споров с диссидентами на подстанции у Лебензона. Плюс всё равно наступят девяностые и эти постановления партии и правительства — пойдут прахом.
Я же сел в уголок и открыл импортную литературу “про сияние”. Надо язык совершенствовать, чтобы не плавать на уровне “май нэйм из Вася” и “лэт ми спик фром май харт”. А хорошая книга этому способствует. То, что я знаю чем кончится, не страшно, детали сюжета всё равно из головы вылетели. Интересно, а впоследствии Кингу прилетело от БЛМ за картонный персонаж негра, работающего паршивым поваром в “Сиянии”?
Капитонова попыталась завести светскую беседу, уточнив, на английском ли книга. Но я только невежливо угукнул и она отстала. Вдруг услышал знакомую фамилию. Вроде как даже свою. Диспетчера зачем-то звали. Пошел, оказалось, надо немедленно перезвонить домой.
Что-то стряслось? Мало того что Аня позвонила на работу, так еще и воспользовалась самым аварийным номером, возле которого в записной книжке было написано “только в самом крайнем случае”. Я побежал к аппарату и отогнал от него наших кумушек воплем “Мне очень сильно надо!”.
— Аня, что случилось? — крикнул я в трубку, едва прервались гудки вызова.
— Давид звонил, просил срочно передать. Только одно слово: “Нашли!”.