Страница 24 из 40
Он сидел за столом опустив голову на руки. Сердце защемило, ему больно. Вышла тихонько, прикрывая за дверь.
Артем стоял в коридоре уже обутый с накинутой косухой.
— Я позвоню тебе, как доберусь до работы, найди свой телефон пожалуйста, а то мне снова придется прорываться в твой дом.
— Я не против, — слегка улыбнулась подходя ближе. Никогда в себе не замечала кокетку, сейчас же она норовит из меня вылезти через каждую секунду.
Закрыв дверь за парнем пошла на кухне. Со спины подошла к папе, и крепко обняла.
— Ты лучший, пап, и заслуживаешь счастья! Хватит мучить себя, отпусти.
— Никогда не думал, что услышу такие слова от нее. Прожив бок о бок столько лет и подумать не мог, что для нее все это в тягость. И судьбой она своей оказывается не слишком довольна, — хмурясь проговорил папа, растирая виски.
— Я тоже удивлена, пап. Вообще думала, что мы одна из идеальных семей, ну знаешь как в фильмах, поэтому моей состояние сейчас, это полнейший шок. Но мы ж бойцы, правда?
— Правда, дочь! Прорвемся!
Глава 31.2
Мы провели с папой весь день, много разговаривали, смотрели кино, и ели вкусную еду.
— Хороший парень он, — в конце вечера произнёс папа, заметив как я снова глупо улыбаюсь телефону, на очередное сообщение Артёма.
— Да, наверное! Страшно мне пап, доверять кому то страшно, я себе то иногда до конца не доверяю, — улыбнулась, подсев ближе к отцу.
— Это да, но… Доверие должно быть, иначе смысла нету, — заметила, что у него зазвонил телефон, но отклонил вызов. Этот была мама.
— Артём тоже так сказал, и попросил доверять ему, а я… Всё так быстро… Боюсь всё испортить.
— Это нормально, правда. Просто расслабься, ты девочка у меня умная, вы должны больше говорить, это всегда помогает. Общайтесь и делитесь своими мыслями и переживаниями, не держи в себе, ревность, злость, только так сможете построить что-то настоящее. Цените друг друга, дочка. Я же не слепой вижу, как ты на него смотришь, да и он также, — папа хмыкнул, снова отклоняя вызов.
— Мама? — кидаю взгляд на его телефон, он лишь кивает, но видно говорить об этом не хочет.
— Пускай уезжает в Америку, к своему Джоджу, мы и без неё справляемся не плохо, — отвечаю на сообщение Артёма, что сегодня подъезжать не стоит.
— Они расстались, а твоя мама хотела вернуться в семью, — как-то слишком устало проговорил, зажимая переносицу двумя пальцами.
— Чтооо!? — воскликнула, и даже соскочила с дивана.
Для меня это была дикость, как такое вообще возможно? Она бросила нас, уехала к другому мужчине, продержалась месяц, и решила вернуться к отцу. Это уже слишком.
— Пааап, даже не думай, нет! Ты что себя не уважаешь? Да как так то? Ты меня учишь отношениям, а сам хочешь принять её, после другого мужика? Хочешь ведь? Я вижу, что хочешь. Пожалуйста, зачем ты себя мучаешь?
— Люблю её потому что, проживёшь столько как я поймёшь.
— Но она тебя не любит, иначе не ушла бы к другому, — вижу как кривится его лицо, делаю ему больно, но будет то ещё хуже, в следующий раз. А следующий раз будет, бросила ради другого один раз, бросит и второй раз.
— Ника, — практически прорычал папа в мою сторону, а у меня от обиды полились слезы.
Я дочь своей матери, но её поступок никогда не приму.
Нельзя же так с чувствами человека.
Развернулась и пошла в коридор, обувая кроссовки, мне срочно нужен свежий воздух.
— Вероника, куда? — папа окликает меня в уже дверях.
— Прогуляться, — шепчу и закрываю дверь.
Пускай сам разбирается, если меня не хочет слушать.
Смотрю на свой телефон, звонит мама. Она оказывается умеет набирать мой номер. За прошедший месяц она позвонила столько раз что можно на пальцах сосчитать, причём, одной руки.
— Да, — слишком резко отвечаю, и нервно втягиваю свежий воздух выходя из подъезда.
Прохлада окутывает, остужая нервы. Что стало с моей привычной жизнью за какие то несколько недель?
— Вероника, где твой отец? — не удивительно, хмыкаю про себя.
— Дома, а я нет, — отрезаю сразу, нет желания разговаривать, после того что услышала, я совсем не знаю свою мать. Она будто стала чужой за этот месяц.
— Вероника, послушай, мне очень нужно поговорить с твоим отцом, мы с ним наделали много ошибок.
— Может быть ты сделала эти ошибки? Он любит тебя, к ты им пользуешься? Как ты так можешь, мам? Он столько для тебя сделал, а ты… Ты правда хочешь вернуться к нему?
— Правда, я скучаю по вам, — тихо прошелестела мать, и мне даже стало немного жаль её.
— До следующего очередного? Мы не перевал мама, мы живые люди, я думаю тебе стоит вернуться в Америку, так и сказала папе.
— Да как ты смеешь? — взвизгнула мама на том конце трубки, — я же тебя воспитывала восемнадцать лет, а сейчас что мать не нужна стала?
— Не переиначивай, мам! Это ты ушла от нас, — обхватила себя одной рукой за плечи, и тихо всхлипнула.
Мокрые дорожки на лице обдувал осенний ветер, а в телефоне повисла оглушающая тишина.
Мне кажется она наконец-то поняла, что я точно не смогу принять её поступка, и наши отношения не станут как прежде.
Мать продолжала обиженно сопеть в трубку, а решила закончить этот разговор, и нажала на отбой.
Прошла за дом, и села на скамейку.
В два клика на брала номер, слушая гудки.
— Скажи, что ты передумала, потому что я уже скучаю, — бодрым голосом заговорил Северский, заставив меня улыбнуться сквозь слезы.
— Я на скамейке за домом, недалеко от детской площадки, — проговорила хлюпая носом.
— Еду, — от радости в его голосе не осталось и следа, ответил серьёзным тоном и скинул вызов.
Не знаю сколько просидела без движения, в голове гудело, а тело уже затекло от сидения на неудобной лавке. Я даже не заметила, как над головой сгустились тучи и начал накрапывать дождь, хотя с утра папа говорил, что погода потрясающая.
Подняла голову к нему, подставляя лицо под мелкие капельки, которые смешивались со слезами. Может я не права, и мне стоит отступить от своей точки зрения, пускай папа пробует снова. Возможно сидящая во сне маленькая девочка, хотела этого, чтобы всё вернулось на круги своя, стало как прежде.
Но ясная голова твердила, как прежде не будет. А если это повторится, то мне придётся во второй раз собирать отца по кусочкам.
Он хороший человек и явно не достоин такого отношения к себе.
— Ника, — широким шагом в мою сторону двигался Артём, заболеешь ведь, дурёха, — обнял меня, крепко прижимая к себе.
— Не хочу домой, — вцепившись в него пальчиками, подняла глаза.
— Пойдём в машину, там теплее, — парень переплел наши пальцы, и повёл в сторону двора.
— Она хочет вернуться, представляешь? Сначала бросила папу ради другого мужчины, меня оставила, а теперь вот. Явление Христа народу, — не выдержала, и на эмоциях выдала, вглядываясь в напряжённое лицо Северского.
Может конечно зря, вовлекаю его в нашу жизнь, и мы не том уровне отношений, когда стоит рассказывать семейные драмы, но я так почувствовала.
— А твой отец как отреагировал? — запуская меня в тёмный салон чёрного внедорожника, спросил Тëма, быстрым шагом обошёл машину и залез на водительское сиденье.
— Я думаю, он позволит ей вернуться, — невесело пожала плечами, — а также думаю, что потом ей снова надоест играть в семью, и она уйдёт, и вот уже тогда я не знаю, что будет.
— Иди сюда, — он открыл руки для объятий и снова прижал меня к себе, — всё будет хорошо.
Его руки блуждали по спине, гладили волосы, массировали шею.
На улице разошёлся не на шутку дождь, тяжёлые капли барабанили по стеклу, сумерки сгущались, а мне наконец то стало спокойнее. Слезы высохли, сменяясь тоской по былому.
Глава 32
— Мне так хорошо с тобой, спокойно, — прошептала в область мощной грудины, втягивая его запах.
— Взаимно, малышка, не хочу тебя сегодня отпускать, — поцеловал в макушку, сжимая в объятиях, так что затрещали косточки.