Страница 22 из 40
— А я сына пошла искать, — снова этот взгляд на моё подбитое лицо.
— А сын твой видимо искал кулак подходящий под его лицо, — засмеялся отец, я не удержался и слегка улыбнулся, хотя в пору было тоже смеяться над ситуацией, но разбитая губа, сдерживала порыв.
— И чего это вы тут смеётесь в такую рань, — заспанная сестрёнка появилась на кухне, ну вот, вся семья в сборе, — вау, вот это тебя отметелили, — приподняв брови, подошла в плотную, тыкая пальцами в меня, проверяя где болит.
— Ну вот и ладненько, всем доброе утро, жрать хочу, и мне по делам надо, — потрепав мелкую по голове, под её улюлюканье, уселся аккуратно за стол.
Наконец-то внимание перешло младшей, а на столе появилась еда.
Набив живот до отвала, на скорую руку принял душ, и собрался в университет. Мне бы морду в порядок привести, подлечить чутка, но ждать ещё несколько дней, чтобы увидеть Нику, желания не было. Пацаны поржут и успокоятся, а мне жизненно необходимо узнать почему эта вредная колючка меня игнорирует.
Закинув таблетку, которую дала мама, вышел в гостиную.
— Отец, как дела с Одинцовым? Помощь нужна?
— Не переживай, сын. Эта гнида за всё ответит, я тебе обещаю, своё вернём ещё и сверху заплатят, помнишь дядь Гошу, он так высоко забрался, и так во время встретился, поделился с ним ситуацией, он сказал поможет, мы этой твари воздух перекроем, бизнес его на щепки разберём, так дела не делаются, как он поступил с нами, пускай теперь отвечает.
— Рад слышать, пап. Не переусердствуй главное, своё забери, чужого нам не надо, сами заработаем, а ему я уверен прилетит по заслугам, не стоит руки марать об это дерьмо.
— Может ты и прав, сынок, — похлопал меня по плечу и пошёл наверх, а я вышел на улицу.
Сегодня от пасмурной погоды не осталось и следа, солнце нещадно палило на небе, но ветер был прохладный, но в общей сложности было очень даже приятно находится на свежем воздухе.
Конец сентября давал о себе знать. Посмотрел на машину, но желания садится за её руль не появилось. Железный конь стоял рядом, притягивая взгляд. Натянул шлем, может потом и пожалею, когда действие таблетки закончится, но это будет потом, сезон уже заканчивается, и потом получится сесть только весной. Грех не прокатится в такую погоду.
Мотор отозвался глубоким рыком, хорош, сто шестьдесят три лошадки моего Харлея, явно застоялись. Пора вас выгулять. Натягиваю чёрный хламину шлем, и сажусь резко газуя.
— Вооот так! — взревел вместе с мотором.
Глава 29.2
— Эй Новиков!?
Подзываю парня на парковке, он же вьется около моей девочки, может видел ее сегодня. Снимаю шлем, и поворачиваюсь лицом.
— Ойё, кто это тебе так подправил? — окидывая внимательным взглядом лицо.
— Видел Веронику? — проигнорировал вопрос, перешел сразу к делам насущным, некогда мне язык чесать.
— А должен?
— Ты ж трешься около нее, как кот мартовский, вот и спрашиваю, — сам сказал, сам взбесился, — и не лезь к ней, понял?
— Тебя забыл спросить, — Серый закатил глаза, явно намереваясь уйти.
— Тебе подоходчивее объяснить может? — подошел вплотную, вкладывая в голос всю сталь.
— Так это ты кому то уже пытался объяснить, — обводя лицо пальцем в воздухе проговорил парень, — и как успехи?
— Серый, не зазнавайся, тебя уж точно одной левой умотаю, — процедил сквозь зубы.
— Ладно уж, одной левой, давай хотя бы правой.
— Хочешь узнать? — схватил Новикова за грудки.
— Да хорош, Север, не трогал я ее, нравится, да, но отвечать взаимностью она мне не собиралась, хорошая девчонка, приятно с ней поговорить, есть о чем, мозговитая, не то что эти, — махнул в сторону двух проходящих мимо расфуфыренных куриц.
— Вот и ладно, — психанув, помчался искать ее группу.
как психованный влетел в кабинет посреди пары. Толпа студентов уставилась во все глаза, Марго с надеждой во взгляде приподняла свой зад со стула, но наткнувшись на мой холодный взгляд, осела.
— Молодой человек, вам чего? — голос преподши прохрипел, будто она курила сутки напролет.
— Ошибся, — ответил коротко, еще раз окидывая аудитории взглядом.
Её здесь нет. Где ты черт возьми?!
Просидев добрых пол часа на подоконнике, мозговал. Пропускает? На нее это не похоже! Да и меня бы избегать, пропуская учебу, она бы не стала.
Закончилась пара, и толпы учеников начали выходить из аудиторий. Зацепился взглядом за темную копну волос. Это ведь та девчонка, что была с нами в больнице. Может что-то знает.
— Эээй, — кричу как ополоумевший на весь коридор. Обернулись к слову все, включая черноволосую, — ты, ты, — поймав ее взгляд, подошел к ней ближе.
— Я Диана, — представилась девушка щуря черные глаза, — чего тебе Северский?
— Ты Нику не видела? — понял, что представляться мне не обязательно, сразу перешел к делу.
— Видела, вчера, у нее температура поднялась, после пар надеюсь смогу ее проведать.
— Но вчера же нормально все было, никаких признаков простуды, — сжимая кулаки пробубнел скорее сам себе, чем своей собеседнице.
— Евгений Александрович говорит, что это не простуда, — пожала плечами смотря куда то в сторону.
— А что тогда?
— У нее с детства так, когда сильно перенервничает, температура держится пару дней, потом становится легче.
— Боже, я идиот, — но кто же знал, что так бывает?!
— Ага, — кивнула Диана и развернулась как ни в чем не бывало пошла дальше на пары.
Глава 30
Кивнул женщине попридержавшей для меня дверь.
— Спасибо, — крикнул вслед, и зашёл а лифт.
По пути купил цветы, фрукты, конфеты.
Стою под дверьми квартиры и с упорством жму на звонок. Вот черт. А если она спит. Убрал палец с кнопки, которую секунду назад вдавливал в стену, и уткнулся взглядом в дверь.
Слышу как проворачивается ключ в замочной скважине, и дверь открывается. Конечно это не Ника, и даже не Евгений Александрович, которого я ожидал увидеть.
Женщина от тридцати до сорока, с прищуренными глазами прошлась по мне взглядом, и едко хмыкнула. Мама? Генетика у Ники будь здоров, такую ещё подыскать надо. Стройная, с идеальным маникюром и волосами. Макияж уже с утра, никаких тебе халатиков и домашней одежды, брюки и рубашка, туфли на каблуке.
— Нагляделся? Я Ольга Владимировна, дочь Вероники, ты к ней? Или дверью ошибся? — строгий голос, ввёл в ступор, вот вообще не похоже на Нику, просто параллельные вселенные какие то.
— Да, к Нике, можно? — стараюсь быть как можно вежливее.
Как то, с Евгением Александровичем попроще было, в морду дали друг другу, посмеялись, и ладненько.
— О, Артём, я всё думал, когда ж ты появишься, — со смешком в голосе, в коридор зашёл папа Вероники.
— Не поняла, это вы друг друга что ли? — приподняв брови, Ольга Владимировна тыкала в воздухе пальцами на наши подбитые лица.
— Ага, познакомились, — крепко пожал руку мне, забирая пакеты, — проходи, вторая дверь налево, Ника там.
— Интересно, однако у вас, — сделала заключение женщина, закрывая за мной дверь.
— Не думаю, что интереснее, чем у тебя в Америке, — сарказм так и сочился в голосе мужчины и я решил не мешать назревающим баталиям, скинул обувь и прошёл по коридору вглубь квартиры.
Глубоко вздохнул перед дверью, и слегка постучался.
Приоткрыл дверь, оглядывая пространство. В комнате немного пахло медикаментами, и около кровати стола капельница. Чувство вины, затопило по новой.
— Привет, — прошелестела Вероника, — проходи, скоро закончится, — взглядом указала на бутыль с лекарством висящий над кроватью.
Сунул руки в карманы джинс, ступая на ворсистый ковёр.
— Как ты?
Присел рядом с ней на кровать, хотя видел пуфик недалеко от неё. Принципиально выбрал место поближе.
— Уже лучше, — слабо улыбнулась, — а ты как здесь?
— Звонил, писал, искал, думал уж в розыск подавать, — решил пошутить, — а ты здесь, — мотнул головой в сторону лекарств.