Страница 19 из 36
— Спасибо вам, — улыбнулась я ему.
Еще раз улыбнувшись мужчине, припустилась наверх собираться. Забежав в комнату, начала торопливо переодеваться. Блузка… Юбка… Сумка с конспектами и вперед. Пусть мой нынешний гардероб состоял сплошь из одежды, подобранной Виталей на его сугубо личный вкус, я еже не возражала. Я не столько хотела на учебу, сколько не хотела быть в долгу у Вита за отлично сданную лабораторную работу. А в том, что он договорится с профессором не за себя, а за меня, я не сомневалась. Да и к тому же, в четырех стенах было еще хуже. Воспоминания давили и все ужасы пережитого дня вновь оживали.
Я вышла из комнаты, спустилась вниз, и поспешила к двери. как и сказал дворецкий, машина уже ожидала меня, вместе с улыбающимся дежурной улыбкой водителем. Поздоровавшись, я устроилась на заднем сиденье и глянула на часы. Всего лишь начало первого, мы как раз успевали к шестой паре и к моей пятерке, которую я заслужу сама, своими силами. Я еще докажу этому пустоголовому идиоту, что меня с контрольной не разлучит даже смерть!
Воспоминания об Анатолии больно грызли души, я почувствовала, как энтузиазма у меня поубавилось. Я безумно переживала за все сказанное им вчера. Неужели я не заслуживала любви и понимания? Почему он обошелся со мной подобным образом? Даже если ему нужно было заполучить мое внимание ради собственной выгоды, разве не нашлось у него более здравых и правильных вариантов? Он слишком сильно ранил мою бедную душу, и мне было неловко, стыдно и очень больно за саму себя. Словно я и вправду проклята!
В университет я попала только через полтора часа. Мы собрали все пробки обеденной столицы, все светофоры и всех придурков, которым зачем-то выдали права. Сказав охраннике на входе, что по дороге случилось неожиданное явление ежемесячного цикла, из-за чего пришлось возвращаться домой и переодеваться, я проскользнула внутрь. Женщина лишь посетовала на такие злоключения в субботней суете и даже не стала спрашивать пропуск, который отметил за меня Вит. И неудивительно, я ведь никогда не прогуливала и всегда приползала к открытию дверей в любом агрегатном состоянии.
Вообще, я находилась на хорошем счету у профессоров и заместителя декана и очень этим гордилась. Это помогало мне справляться со множеством трудностей, просто отдаваясь в руки заместителю по культурно-массовым мероприятиям. И большинство зачетов мне ставили «автоматом», за красивые глазки и участие в конкурсах. До этого момента моя размеренная жизнь шла просто замечательно, ничто не могло ее пошатнуть, пока в ней словно гром среди ясного неба не появился Виталий Гривцов, собственной долбанутой персоной!
— Слышала, Толя Кобенуев в больнице! — до меня донесся голос одной из девиц.
— Ой, ужас! — всплеснула руками еще одна.
— Кажется, его сильно избили, — протянула еще одна, — ходят слухи, что он что-то с неразлучной парочкой «ГШ» не поделил.
— Бедняга, — охнули позади них фанатки Вита. — И Виталенька, и Гришенька с детства занимались дзюдо, вроде даже нормативы сдавали.
— А я слышала, что джиу-джитсу, — влезла еще одна.
— Такой парень хороший парень и надо было ему угодить под руку этим отбитым на голову придуркам, — фыркнул первый клан сплетниц.
— Да, только слухи ходят, что в этом наша Машенька Промокашенька замешена, — ощетинились девицы из Фан-клуба.
— Эта замухрышка? — тут же объединился весь женский коллектив против одной меня.
— Ее популярные сестренки у себя в соц.сетях жаловались, что эта мымра к себе все внимание перетягивает, — пропела главная, — мол никто не достоин внимания кроме нее самой.
Гордо задрав голову, я лишь звонко фыркнул и прошла мимо этой толпы безмозглых куриц. Девицы резко замолкли, но проводили меня негодующими взглядами. Выйдя в коридор, я почувствовала, что снова начинаю оживать. Злость и ярость поднимались в груди бушующей волной и толкали дальше. Обидно, когда о тебе думают, как о какой-то подстилке, не понимая, что ты жертва обстоятельств и готова поменяться с любой из них, хоть сейчас. Глубоко вздохнув, я подняла глаза и оторопела. Передо мной стоял кошмар моих очей.
— Вит? — я резко оглянулась, но никого не увидела, да и маневров для отступления у меня не было.
Он стоял, перегораживая мне выход из небольшого бокового коридора. По его глазам можно было сразу же понять, что котенку пришел полный писец. Причем бесповоротный… Поняв, что он сейчас придушит меня прямо тут, я кинулась в пустую аудиторию, надеясь удрать через вторые двери. Правда фокус не удался и меня зажали около тех самых дверей, которые именно сегодня оказались надежно заперты на ключ. Судьба меня точно не собиралась жалеть и делала все для того, чтобы я окончательно спятила.
— Пусти меня! — зашипела я разъяренной кошкой. — Мы опаздываем на лабораторную.
— Я что, непонятно написал? — прошипел он, наклоняясь ко мне. — Ты должна была спокойно сидеть дома и ждать, пока я со всем разберусь. Или для тебя слова твоего господина вообще ничего не значат?
— Мне было хорошо, и Константин вызвал водителя, — возразила я ему. — Как видишь ни температуры, ни головной боли. Я полностью здорова!
— Мне плевать! — его глаза засветились каким-то безумством. — Ты ослушалась меня. Знаешь, что должно последовать за этим?
— Ты же не собираешься придумывать для меня наказание прямо тут? — опасливо спросила я у него.
— Какая ты догадливая девочка, — мягко прошептал Вит.
— Пусти, тут мы на моей территории! — предупредила я, совсем осмелев. — Стоит мне завизжать, и все профессора встанут на мою сторону, а тебя и вовсе вышвырнут. Домогательства весьма серьезное преступление.
— Если не прекратишь мне угрожать, я заставлю тебя кричать по другому поводу, — ухмыльнувшись, прошептал он, практически в самые губы. — И этот метод понравится нам с тобой намного больше. Как считаешь?
— Даже не смей, я по-хорошему тебя предупреждаю, — осознав, что он имел в виду я вспыхнула и тихо прорычала. — Еще один шаг и я закричу!
— Что ж, давай, — хмыкнул он, прижимая меня собой к стене и впиваясь в губы жестким, требовательным поцелуем.
Его рот был настойчивым. Этот раз отличался от всех предыдущих, сегодня в поцелуе чувствовалась не только агрессия, но и дикое, необузданное желание подчинить меня. Я уперлась руками в его грудь, но он даже не пошевелился. Лишь запустил одну пятерню мне в волосы, наклоняя голову так, чтобы удобнее было терзать мои губы. Другой же рукой Вит забрался под блузку со спины и крепко сжал талию, выгибая мое безвольное тело. Я и сама не заметила, как медленно втянулась в эту игру и податливо льнула ближе, зарываясь пальцами в его волосах. И вроде бы это было неправильно и отвратительно, но так сладко, что подкашивались ноги.
— Нет… — яростно зашептала я в полубреде, когда его губы скользнули по моей шее к вырезу блузки. — Вит, погоди, остановись же!
— Почему же? — горячий шепот обжег ухо, а рука парня притянули меня за бедра, заставляя ощутить все его желание. — Нам ведь нравится, зачем все прекращать?
— Лабораторная, — взмолилась я и откинула голову, давая ему больше доступа к телу.
— Гривцов! Климова! Что вы себе позволяете? — раздался возмущенный голос с противоположного конца аудитории. — Вы где должны быть?
Я едва не взвизгнула, узнав голос заместителя декана, а Виту, кажется, было просто наплевать. Он лишь немного отстранился, провел языком по моей нижней губе и медленно обернулся к женщине, улыбаясь так, что у той нервно дернулся глаз. И я даже не поняла по какой причине, то ли от злости и гнева, то ли из-за того, как пошло и многообещающе, Виталя сверкал своими глазищами и кривил губы. Господи, так стыдно мне еще ни разу в жизни не было и быть не могло. Только с ним происходит все это в мой первый раз. Черт!
— Да, Светлана степановна, мы совершенно не должны тут находиться, — лучезарно улыбался он так правдоподобно, — но я ничего не могу с собой поделать, так и хочется ее затискать до помешательства.