Страница 14 из 36
— Зачем я тебе там? — непонимающе уставилась я на парня.
— Это будет весело, — легкомысленно отозвался он.
Спорить с ним в этот момент было бессмысленно. Если этот кретин вбил себе что-то в голову, то оттуда это уже ничем не вытравить. С тяжелым вздохом я отвернулась к окну и подумала о том, что моя жизнь медленно и верно, катится в бездну к демонам. В самом деле, все планы, которые я построила уже разваливались на части, подобно карточному домику, который пытались возвести на Эвересте. И как бы грустно не было, я четко понимала, обратной дороги больше нет! Как только я переступила порог того дома, я приняла правила игры и подписала договор с самим дьяволам. Продав не только свою душу, но и себя до кучи!
========== Глава 7 ==========
Когда мы вернулись домой, Вит, не обращая на меня никакого внимания рванул в спортзал, который был организован специально для него. Нет… Ну, а что еще я ожидала от богатого придурка? Если за мной наблюдение ведется через браслет, стоимостью, как новенький спорткар. И как ему в голову не приходила мысль, что к такой цаце в довесок должна еще охрана прилагаться? Честное слово, такого нерационального поступка я на своей памяти припомнить не могла. Титул: «Король идиотов» - он смело выиграл с огромным отрывом от ближайших конкурентов.
И пока он выгонял дурь из головы таская железяки, я решила заняться хоть чем-то полезным и нужным. Не буду же я в самом деле нахлебничать? К тому же контракт у меня едва ли не рабский, и лучше пользоваться им так, чтобы минимизировать потери. Лучше я сама найду для себя занятие, соответствующее статусу, чем это сделает мой личный надзиратель. К тому же при Константине, он вряд ли будет что-то делать из ряда вон выходящее. Это же и послужит мне дополнительной страховкой.
Я вынесла весь мусор, убрала на кухне, полила цветы и даже попыталась найти общий язык с дрянной собакой. Похоже та переняла характер у своей хозяйки, о которой в этом доме не принято было говорить так же, как в знаменитой серии о мальчике со шрамом, молчали о главном антагонисте. Вот тут что-то схожее было… Вит наблюдал за мной, не спуская глаз и не стесняясь вставлять свои комментарии и замечания. Меня так и подмывало послать его по адресу, но я сдерживалась, напоминая себе, что ему вскоре все это надоест и он отправит меня домой. В конце трудового дня я разобрала его вещи, книги и тот бардак, который Вит устроил на своем столе.
Как один человек умудрялся доставлять столько проблем я не знала, но покорно разгребала завалы, радуясь, что ничего сверхнеобычного от меня не требовалось. Вечером, совершенно обессиленная, я рухнула на кровать и тихо застонала в подушку. Несмотря ни на что, я смогу пережить этот цирк клоунов и поставлю зарвавшегося придурка на место. Я сильная… Я смогу… По крайней мере, кроме этой мантры у меня по факту больше ничего и не осталось. Так что как-то пришлось мириться с новыми реалиями совместного проживания под одной крышей с узурпатором и тираном-деспотом-маньяком-озабоченным!
Но все же единственный плюс для себя во всей этой ситуации я смогла отыскать. Комната… Она была светлой и большой, со стенами приятного кремового цвета и огромными панорамными окном. В середине была кровать, по бокам от нее две тумбочки, у стены шкаф и дверь в ванную. Просторная и широка, вмещающая еще и рабочую зону и даже диванчик для чтения. После того как отец умер, я и забыла, что быть богатой настолько хорошо! Стянув с себя ненавистный костюм горничной, я надела шорты и свободную майку, которые не стесняли движений и даже давали мнимую свободу в этой крепости из золота и стекла.
Вот только когда я прилегла на диванчик для выполнения курсовой в коридоре раздались знакомые голоса, пусть и не разборчивые, зато хорошо идентифицируемые. Я медленно подошла к двери и чуть приоткрыла ее, высовывая любопытный нос наружу. Чуть дальше по коридору стояли Вит, Гриша и какая-то левая девица, которую я ни разу в жизни в глаза не видела. Хотя дружков нашего оболтуса знал весь институт. Такая же удача, богачи на выпасе со свободным доступом к телу… Когда еще могло так подфартить. Но тут ситуация явно была другая. Гостья была одета в ультракороткое черное облегающее, как вторая кожа, платье едва ниже задницы. Рыжие кудри рассыпалась по плечам, а нарощенные опахала, так и стреляли в парней вопросительно и томно.
Гриша и девушка что-то обсуждали, а Вит стоял рядом и тихо возмущался, что для этого индивида было как-то не особо свойственно и от того дико подозрительно. В желудке скрутился тугой узел, и я припомнила его обещание взять меня с ними в клуб. Бог милостивый, хотя бы от этого убереги и не погуби душу невинную. Молитв в этой ситуации явно было мало, но ничего толкового в голову все равно не лезло. Он был без майки, но я впервые заметила татуировку у него чуть ниже ключиц — небольшая черная мышь с хвостом, загнутым в инициал буквы «А». Интересно, кому же оная была посвящена?
Внезапно, девушка вся взвилась, и влепила Грише такую пощечину, что тот даже среагировать не успел. Красотка от такого еще сильнее распалилась, заверещала что-то на французском и развернувшись умчалась, громко цокая огромными каблучищами по дорогому паркету. Вит на это лишь громко расхохотался и посмотрел на собственного друга, стоявшего с перекошенным от гнева и раздражения лицом. Видимо, это что-то из ряда вон выходящее, коли они так странно отреагировали на все события.
— Вот дрянь! — прошипел Гриша, потирая щеку, когда они с Витом подошли к двери его комнаты. — Надо было ее сразу бросать, как только начала мнить себя царевной. Подумаешь… Таких на дороге пруд пруди и еще три прицепа соберется.
— Сам виноват, — пожал плечами парень. — Скажи спасибо, что она тебе по самому ценному не зарядила. А то с таким характером не удивительно.
— Да пошла она к черту! — резко выплюнул Гриня и резко саданул по стене. — Мы и так встречались полмесяца, куда еще с расставанием тянуть? Как-будто она на самом деле надеялась стать постоянной? Дура! Хватит с меня таких идиоток на сегодня. Может выпьем, чего день зря губить из-за полоумных баб?
— Пошли уж, друг сердечный, дезинфицировать раны твоей души, — хмыкнул Вит.
— И, кстати, где твоя рабыня? — неожиданно вспомнил тот про мое существование.
— Она занята, — неожиданно хмуро отозвался Вит.
— Что ж, наведаюсь-ка я к ней, — закатал рукава на рубашки Гриша. — Пожелаю сладких снов или не совсем сладких.
— Оставь ее в покое, — махнул рукой Вит.
— Какой же ты собственник, Гривцов, — заржал блондин. — Я же говорил, ее на всех хватит!
— Хватит, тут вопросов нет, — пожал плечами мой Господин, — вот только видеть ее тухлое лицо в пятницу вечером я не особо хочу. Так-то в планах у нас клуб и ее сестрички. Вот там приятно посмотреть и спереди, и сзади.
— Это ты, пожалуй, прав, — согласился второй.
Про меня благополучно забыли, а я бросилась строчить сообщение близняшкам. Черт с ним! Этих двоих не так жалко, как саму себя. Тут настоящие джунгли, в которых властвовал лишь один закон: кто выжил – тот и прав! Покончив со всеми первостепенными задачами, я прижалась к двери ванной комнаты и медленно сползла по ней спиной. Сердце в груди стучало как бешеное. Казалось еще немного, и оно выскочит из груди. Если они на самом деле задумают что-то недоброе, я же просто не успею сбежать. Для меня их интерес, смерти подобен!
Нет, пока Гриша здесь, я не могла расслабиться и начать заниматься. Один Виталя это еще предсказуемо, хоть в какой-то степени, а на пару с Гриней… Чуяла моя задница такие приключения, которые мне даже в самом диком кошмаре привидеться не могли. Но, несмотря на внутреннее беспокойство, я все же задремала на диванчике, обложившись книгами со всех сторон. Но неожиданно кто-то прикоснулся к моему лицу и провел практически в невесомой ласке до выреза на бесформенной футболке.
Я мелко вздрогнула, пытаясь понять – сон это или реальность? Теплые пальцы пробежали по щеке, губам и снова погладили по волосам, путаясь и цепляя ночные колтуны. Я улыбнулась во сне, вспоминая, как в детстве точно так же мама гладила меня по голове. Но все же, кое-что меня настораживало. Аромат… Запах духов был мне незнаком. Пусть и приятный, но он дразнил нос и от него хотелось чхать. Я не могла припомнить того, кто обладал столь тяжелым, мускусным парфюмом с горькими нотками восточных пряностей.