Страница 9 из 73
– И куда же мы пойдем? – спросила она, стараясь сохранять спокойствие.
Он показал рукой на застекленные двери:
– Сначала на террасу, а там посмотрим.
Не оборачиваясь – Сара не хотела видеть устремленные на нее, исполненные надежды взгляды родителей, – она направилась вместе с Чарли к двустворчатым дверям. Выйдя на воздух, Сара запахнула на груди теплую шаль и, взяв Чарли под руку, стала прогуливаться с ним по мощенной каменными плитами открытой террасе.
– В отличие от других дам вы, похоже, не слишком любите светские развлечения, – заметил он.
Сара пожала плечами.
– Я продолжаю выезжать в свет. Но восторг от первых балов уже прошел. Наши домашние вечеринки порой вызывают у меня больше приятных эмоций, чем светские рауты. За внешним блеском часто скрывается пустота. Меня убивает бесцельное времяпрепровождение.
Чарли удивленно поднял брови, но промолчал. Они повернули за угол и продолжили путь по участку террасы, который шел вдоль южного фасада здания.
– Вы, наверное, знаете этот дом не хуже, чем я.
– Сомневаюсь, что кто-нибудь знает его так же хорошо, как вы. Если только Джереми… – сказала Сара, но тут же покачала головой: – Впрочем, пожалуй, нет. Вы выросли здесь, это ваш дом, и вы с детства знали, что он перейдет к вам по наследству. Джереми тоже живет здесь, но все же это не его дом. Я уверена, что вы хорошо, знаете каждый уголок этого здания – от подвала до-чердака.
Чарли усмехнулся:
– Вы правы. Я облазил этот дом сверху донизу и всегда знал, что он принадлежит мне.
Остановившись у двустворчатых застекленных дверей, которые вели с террасы в одну из комнат, он распахнул их и поманил Сару за собой.
– Это библиотека, – промолвила она. – Я несколько лет не была здесь. – Переступив порог, она огляделась вокруг. – Вы сделали ремонт в этом помещении? – Чарли кивнул.
– Раньше, до замужества Алатеи, здесь находились ее владения. А потом библиотека стала моей любимой комнатой. Я часами просиживал здесь. Отец почему-то редко заходил сюда.
Сара огляделась. Произошедшие перемены бросались в глаза. Изящные вазочки, лампы и безделушки, которые украшали это помещение во времена Алатеи, исчезли. Теперь здесь царила мужская атмосфера. В библиотеке стояли темно-коричневые кожаные кресла и массивные книжные шкафы красного дерева. На окнах висели тяжелые портьеры из зеленого бархата. Однако ощущение роскоши осталось прежним. Над камином в золоченой раме висел живописный портрет одного из предков графа, на специальной подставке стояли хрустальные графины с напитками, а у двери Сара увидела большую старинную напольную вазу.
– Узнаю этот письменный стол, – сказала Сара. Массивный, украшенный причудливой резьбой стол стоял и дальнем конце комнаты. Его поверхность была тщательно отполирована. Однако разбросанные по нему бумаги, перья и карандаши свидетельствовали о том, что хозяин дома здесь часто работает.
Из сада тянуло сыростью и прохладой, и Чарли закрыл двери. В камине, отделанном мрамором, весело потрескивая, горел огонь. Пляшущие языки пламени бросали отблески на новый ковер с коричневато-зеленым узором и кожаные корешки книг с золотым тиснением, которые стояли на полках.
Сара долго, как зачарованная, осматривала обстановку библиотеки. Наконец она, повернувшись, взглянула на Чарли. Он стоял у одной из трех выходивших на террасу застекленных дверей и смотрел на залитую лунным светом лужайку, за которой блестел южный рукав озера.
Сара, осторожно ступая, подошла к нему.
Повернув вполоборота голову, Чарли взглянул на нее и тихо проникновенным голосом спросил:
– Вы хотите стать хозяйкой всего, этого?
Он имел в виду дом, усадьбу, все свое родовое поместье. Но Сара претендовала на большее.
Их взгляды встретились, и Сару охватил трепет. У нее был готов ответ на вопрос Чарли, но в какие слова облечь его?
– Да, – промолвила она, – но… мне этого недостаточно.
Он нахмурился:
– Чего же еще вы хотите?
– Чего я хочу? – задумчиво переспросила она, и тут вдруг ее осенило. Сара поняла, как объяснить Чарли, чего она ждет от брака с ним. – Когда вы вкладываете деньги в какое-нибудь дело, вы хотите, чтобы оно было безопасным и надежным, но вместе с тем оно должно увлекать вас, быть вам по душе, ради этого вы готовы пойти на риск. Только в этом случае вы получите моральное удовлетворение, ощутите радость. От брака я хочу того же самого. – Она сделала паузу. – Мне нужны не только надежность и уверенность в завтрашнем дне, но и… – Сара осеклась, не находя подходящих слов. Помолчав и собравшись с мыслями, она продолжала: – Я хочу бурных эмоций, острых ощущений, полноты бытия, риска, приносящего удовлетворение. Я хочу быть счастливой.
Чарли не верил ушам. Он привык скрывать свои чувства, и поэтому ни один мускул не дрогнул на его лице, хотя слова Сары потрясли его до глубины души. Она была невинным созданием, девственницей, в этом Чарли не сомневался. Но требования, которые Сара предъявляла к браку, означали лишь одно – она хотела страстных отношений, приносящих удовлетворение и блаженство.
Стало быть, стараясь лучше узнать Чарли, она одновременно оценивала его, пыталась понять, сможет ли он заронить в ней искру страсти, сделать ее счастливой, способен ли он на сильные чувства.
Чарли был не готов к такому испытанию, но не стал спорить с Сарой.
– Я не вижу никаких препятствий на пути исполнения ваших желаний, – усмехнувшись, промолвил он.
Сара нахмурилась.
– Вы в этом уверены?
Этот вопрос был вызван робостью Сары. Она была не уверена прежде всего в себе, Сара сомневалась, что способна воспламенить в нем страсть.
Если принять во внимание репутацию Чарли, то ее сомнения были вполне обоснованными. Но Чарли искренне верил, что сможет дать ей блаженство.
Чарли осторожно обнял Сару, стараясь не испугать, не взволновать ее. Его ладони легли на талию Сары, и он привлек ее к себе.
Сара не знала, как реагировать на его действия. Чарли чувствовал, что она сжалась, как дикий своенравный зверек, не привыкший к человеку. Она была чиста и непорочна, и это возбуждало Чарли. Он хотел ее, его охватило непреодолимое желание овладеть ею.
Но он сумел безжалостно подавить свои инстинкты.
– Я смогу дать вам то, чего вы хотите, – заявил он.
Она провела кончиком языка по пересохшим от волнений губам, не спуская с него широко распахнутых васильковых глаз.
– Я…
– О, прекрасно понимаю, что прежде чем вы согласитесь стать моей женой, вы должны убедиться в моей способности дать вам счастье.
Чарли с трудом заставил себя отвести глаза от ее сочных алых губ.
Лицо Сары озарилось радостной улыбкой.
– Как хорошо, что вы понимаете меня.
Чарли склонил голову.
– Я уже сказал, что не вижу препятствий, которые могли бы помешать осуществлению вашей мечты.
Последние слова он прошептал, приблизившись к ее губам. Ресницы Сары затрепетали. Чарли осторожно коснулся ее туб, а затем припал к ним в жадном поцелуе, который должен был успокоить ее девичий испуг и унять бившую ее дрожь.
Поцелуй Чарли становился все более страстным, и Сара сначала робко, а потом все смелее отвечала ему. У нее были нежные податливые губы. У Чарли перехватило дыхание, когда он провел кончиком языка по нижней губе Сары и она впустила его внутрь.
Его язык стал исследовать теплую пещеру ее рта. Несмотря на свою опытность, Чарли испытывал небывалое волнение. Его возбуждение нарастало. Дрожь пробегала по телу Чарли. Сара отвечала на его ласки, и это доставляло ему ни с чем не сравнимое наслаждение.
У Сары кружилась голова, ее мысли путались. Бешено колотившееся сердце, казалось, готово было выпрыгнуть из груди. Чем дольше длился поцелуй, тем сильнее становилось волнение Сары. Магия обольщения сводила ее с ума, и вскоре она погрузилась в полузабытье.
Ласки Чарли опьяняли ее, по телу Сары разлилась сладкая пега. У нее подкашивались колени. Губы ее пылали, и теперь она уверенна и дерзко отвечала на поцелуи Чарли.