Страница 11 из 27
«Эмингон-три, приём», — раздался в эфире голос пилота транспортника.
«Леамин-один, приём. Шлюзы к стыковке готовы», — ответил диспетчер со станции.
Пилот и диспетчер переговаривались короткими фразами, координируя стыковку транспортника и станции. Персиваль включил обзорные камеры, и увидел, как из тьмы космоса приближается бледно сияющее кольцо Эмингона-3. Кольцо медленно вращалось — у транспортника был всего один шанс попасть ровно в шлюзовый модуль, поэтому этот процесс преимущественно доверялся компьютеру. Персиваль улыбнулся, представив, что он, наверное, сможет пристыковать транспортник к станции вручную — если дать ему шанс.
Станция охватила транспортник шлюзовым отсеком, и ворота резко и бесшумно закрылись. Теперь вращаясь вместе со станцией, транспортник прижался к полу, пока воздух наполнял шлюзовую камеру. Вместе с воздухом появлялись звуки — сначала шипение струи, а потом и тихий обыденный стук и лязг механики разгрузки Истребителей. Всё происходило автоматически — рука человека не требовалась для этого процесса; серебристые сферы ухватывались мягкими клешнями и вставлялись в стену шлюза, соприкасающуюся с коридором. Когда Истребители оказались в своих нишах, их капсулы открылись, и Рыцари вставали в полный рост — уже не в шлюзе, но в жилом помещении станции.
Коридор наполнили негромкие разговоры. Рыцари уже собирались расходиться по своим каютам, как тут громом раскатился голос капитана Алери.
— Всем держаться вместе! — Персиваль сурово, но с осязаемым беспокойством оглядел присутствующих, в недоумении обративших на него внимание. — На станции мы одни.
***
Услышав слова Персиваля, Лориан вздрогнул. Через нейру вызвал интерфейс Системы станции и открыл список подключенных к ней: на передаваемом прямо в сознание изображении он увидел имена двадцати пяти Железных Рыцарей, участвовавших в бою — и никого больше. Даже имена пяти пилотов транспортников в списке отсутствовали. И более того, судя по данным Системы, все космические корабли станции отправились в полёт три часа назад. Похоже, все присутствующие сделали то же самое, так как смотрели на Персиваля с пониманием. И капитан произнёс:
— Первая мысль, которая должна прийти вам в голову — случилась ошибка Системы. Но осознайте вторую мысль, и поймёте, что сейчас она для нас более приоритетна: станция захвачена врагом.
Рациональный пессимизм — из вероятных исходов стоит готовиться к наихудшему. И Персиваль, и остальные Рыцари отлично понимали: если они будут готовы к атаке, но тревога была ложной — выживут все; но если они примут более вероятный вариант как рабочий, а опасность окажется реальной — под угрозой окажется судьба пяти отрядов. Выбор был очевиден.
Разум Персиваля работал с утроенной силой. Необходимо было не только обезопасить Рыцарей от врага, скрывающегося в глубине станции, но также суметь продержаться до тех пор, пока к станции не придёт поддержка. И тут Персиваль осознал кое-что, что раньше ускользало от его внимания.
— Капитан Алери, — Лориан холодно посмотрел в глаза Персивалю. — Насколько вероятно, что враг подделал не только голос диспетчера, но и все сигналы, исходящие от станции?
Поддержка не придёт.
Люди просто не узнают, что станция захвачена.
Персиваль мог лишь надеяться, что Франц решит посетить станцию через Систему и заметит подвох. Если кого Атексеты и не смогут обмануть, так это Бога Разума. Однако насколько глубоким способен быть их обман? Было ли ошибкой то, что они не имитировали подключение людей к Системе на станции и выдали своё присутствие, или они намеренно дали Рыцарям подсказку?
Персиваль кивнул Лориану. Лориан кивнул в ответ.
— Первостепенно: всем держаться вместе, — провозгласил Персиваль. — От группы не отставать, вперёд дальше визуального контакта не забегать. Продвигаемся к диспетчерской по главному кольцу, оттуда настроим связь. Каждый момент времени четверо из нас должны через модуль проверять окрестности на предмет аномалий, способных оказаться ловушкой или врагом. При первых признаках усталости дежурного его сменяет тот, кто чувствует в себе силы. Всем остальным быть готовыми в любой момент обороняться и контратаковать. Общаться только голосом, в Систему ничего не передавать. Если есть вопросы, прошу задать их сейчас.
Вязкое молчание длилось долгие пять секунд. Оглядев присутствующих, Персиваль кивнул и жестом обозначил первых четверых дежурных. Запрограммировав модули на атаку, Рыцари двинулись по закругляющемуся вдоль кольца станции коридору вперёд.
***
— Гидеон, — сверкающие контактными линзами глаза Гвен встретились со взглядом высокого Рыцаря, идущего рядом.
— Здесь начинается наша Война, Гвен, — ответил тот. — Война забирает жизни, а смерть не выбирает жертв. По-настоящему рискуем умереть мы именно здесь.
— Ты помнишь, как говорил мне, что поддерживаешь расщепление сознания уже пять лет? — спросила Гвен. В её голосе, как обычно, не было эмоций — лишь рациональная заинтересованность. Однако…
— Да, помню. А знаешь, почему? — Гидеон вздохнул безрадостно. — Потому что если ты не чувствуешь эмоций, ты не вспомнишь радости под конец. Так я хоть ощущаю, что живу жизнью чуть более вкусной, чем бургер из пенорганики.
— И что бы ты вспомнил, если бы тебе пришлось умереть сейчас?
Гидеон посмотрел на Гвен; на его лице мелькнуло удивление и пропало, растворившись в потоке расщеплённых эмоций. Неужели он сейчас услышал в её голосе дрожь?
Он закрыл глаза.
— Я бы вспомнил день, когда впервые отправился в космос. С самого детства любил, когда перед взором открываются просторы этого мира…
Предавшись воспоминаниям, Гидеон не увидел, как Гвен, пару раз моргнув, сняла с глаз контактные линзы и убрала в пенал.
***
Один из дежурных поднял руку, и Рыцари остановились.
— В комнате справа что-то есть, — едва слышным голосом сказал он. — Оно не движется.
Зормильтоновский модуль позволял чувствовать положение и скорость материи на некотором расстоянии от пользователя; но разрешение его сильно падало с расстоянием, поэтому дежурный мог лишь заметить сквозь стену странный объект, похожий на спутанный в ком канат, но никак не рассмотреть его в деталях.
Персиваль сделал шаг вперёд. Просканировав модулем всю комнату за закрытой дверью, он усилием воли соединил материю двери со стеной — теперь покинуть комнату можно было, только пробив дыру. Жестом призвал всех к молчанию, и Рыцари бесшумным шагом пошли дальше по коридору. Факт присутствия врага на станции получил первое слабое свидетельство.
И тут из-за изгиба коридора показалось нечто чёрное. Оно лежало на полу у стены неподвижно, и издалека казалось застывшими во времени струями нефти. Рыцари остановились, вглядываясь в незнакомый объект, и тут Персиваль сказал:
— Это Атексетская машина. Мы с лордом Зормильтоном изучали такие в лаборатории. Если в ней нет пилота, она не представляет угрозы.
Одно лишь вызывало тревогу — никто из Рыцарей не имел представления, как может выглядеть Атексетский пилот. Будет ли он достаточно большим, чтобы его можно было заметить модулем внутри машины?
Жест Персиваля — и пять Рыцарей выстроились вокруг него, приготовив модули к атаке. Медленно они подходили всё ближе, и всё отчётливей был слышен странный прерывистый скрежет, словно по неровному спилу царапали ногтем. Машина не шевелилась. Но…
— Звук исходит сзади, — проговорил Борс, недобро оглядываясь.
Скрежет прекратился.
«Та!» — раздался короткий выкрик сигнала тревоги, и один за другим вспыхивали звуки разряжаемых атак модулей. «Следи за машиной», — отдал приказ Борсу Персиваль и в три прыжка вернулся к основной группе. «Змеи!» — приглушённо крикнул Лориан, указывая капитану рукой туда, где они оставили запечатанную дверь — и Персиваль увидел, как из отверстия в стене на пол падали словно отрезки верёвки, а затем, скользя сияющим узором по стенам и потолку, стремительно приближались к Рыцарям.
***