Страница 2 из 7
– Полагаю, в этот раз удача оставила меня, – Леди Денель бросила на стол свои карты и закусила губу. – Вы – везучая, сударыня!
– Мисс Удача выбрала меня, – подавила улыбку Пуэлла и ловко спрятала в рукаве карту, – но не думаю, что ее щедрость ограничится мной. Как насчет еще одной партии?
– Давайте, – с живостью заговорила Леди Денель. – Не желаете ли и в этот раз сыграть на безделушку? Или, может, вы готовы предложить что-то поинтереснее?
В глазах женщины вспыхнул интерес. Пуэлла же руководствовалась тактикой: заманить в крупную игру через розыгрыш мелких вещей.
– От себя предлагаю это кольцо, – Пуэлла достала из кармана когда-то давно выигранную безделушку. – Что насчёт вас?
– Пожалуй, – быстро и легко сказала леди Денель, – я передумала. Украшений у меня предостаточно. Лучше поставлю на кон мисс Фелицию, мою компаньонку.
«Живого человека мне еще не доводилось разыгрывать», – промелькнула в голове шулера мысль. Субдола нахмурилась, почуяв неладное.
– Прежде, чем я приму ставку, – осторожно произнесла Пуэлла и окинула пронзительный взглядом леди Денель, – позвольте проявить дерзость: неужели вам не жалко девицу? Человеческая жизнь стоит куда дороже драгоценного украшения.
– Она – моя нищая дальняя родственница, приживалка, – отмахнулась Леди Денель. – Приданого за ней нет, искать ей женихов – сплошные хлопоты. Нет нужды держать её под своей крышей. Мой нрав не позволяет в одночасье обездолить ее, зато я полагаю, с вами у нее будет больше шансов на благополучие. Да и вам не помешает приобрести компаньона, если конечно, вы выиграете.
– Что ж, воля ваша. Попробуем разыграть ставку, – Пуэлла лукаво улыбнулась, спрятав за обманчиво добродушным выражением лица разгоревшийся огонь негодования.
«Как низко поступает эта старуха! Так вершить судьбой несчастной девушки. Ей настолько безразлична мисс Люденс, что она готова отдать ее первому встречному?» – мысленно проговорила Пуэлла.
Конечно, победу одержала Пуэлла, иначе и быть не могло. Отчасти ею двигало стремление освободить компаньонку. Юные создания в руках старух гибнут, как свежесорванные цветы без воды. Пуэлла знала, что тем самым лишала себя полной свободы и спокойствия, но неугасаемый огонёк добродетели терзал ее душу.
Пока Субдола думала, Леди Денель ушла из комнаты и вернулась уже с мисс Люденс. Пуэлла заметила, как молоденькая девица робко отводила взгляд от нее и стояла неестественно прямо.
Субдола внимательно рассмотрела мисс Люденс и после этого сочла, что никогда раньше не видела более красивой девушки: такого же высокого роста и со столь же гармоничными чертами лица. Карие глаза компаньонки источали детскую скромность. Ее белые ручки явно не были знакомы с какой-либо работой. Темно-русые кудрявые волосы мисс Люденс были изящно завязаны ленточкой. Компаньонка показалась Пуэлле совершенным воплощением прекрасного и очаровательного ангела, что спустился с небес. Молодой женщине казалось, что роль компаньонки досталась Фелиции Люденс лишь для того, чтобы с ней дурно обращались, потому что ее бедность при такой красоте и достоинствах не оставляла иного выбора.
Пуэлла заключила, что, по всей видимости, отношения между леди Денель и мисс Люденс были обременительными. Она не могла поставить в вину покровительницу за ее старомодную официальность: та обращалась к компаньонке не иначе, как «Фелиция». Да и в любезном и внимательном отношении мисс Люденс к леди не чувствовалось недовольство. Бывшая опекунша вела себя с Фелицией холодно, с оттенком покровительства, девушка же отвечала ей глубоким поклоном.
Леди Денель представила Пуэллу как некую миссис П. и оставила с ней наедине. Мисс Субдола обольстительно улыбнулась: обручальное кольцо на самом деле никогда не сдавливало ее безымянный палец.
– Меня зовут Субдола Пуэлла, – спокойно начала молодая женщина, – я – твоя новая покровительница. В этом городе меня называют миссис П., но нам с тобой предстоит более тесно познакомиться. Будет моей компаньонкой.
Фелиция оживилась. Она минуту суетливо оттягивала ленточку на платье, а затем тихим голосом произнесла:
– Здравствуйте, госпожа Пуэлла. В городке о вас говорят не так давно, но всегда положительно. Особенно господин, что представил вас нам.
Мисс Люденс бросила свой взгляд на платье Пуэллы.
– Позвольте мне похвалить ваш вкус, – смущенно проговорила Фелиция. – Знаете, ваше платье имеет настолько насыщенный цвет, словно море на картинах.
Пуэлла взглянула на свою юбку. Цвет ее платье был правда изумительным, но никогда молодая женщина не видела, чтобы соленые бурные воды были столь сини.
– Ты никогда не видела море? – спросила Пуэлла. – Упускать такое чудо природы – истинный грех.
– Увы, но леди Денель не переносит морские прогулки. Она считает их опасным, а я ей не верю, – нахмурив брови, сказала мисс Люденс, но потом осторожно взглянула в глаза Субдоле и спросила: – Скажите, вы были там?
Пуэлла кивнула, а Фелиция вдруг подошла поближе и присела возле кресла, на котором сидела молодая женщина.
– Прошу, расскажите! – искренне вопросила компаньонка.
Пуэлла удивленно взглянула на девушку. Субдола привыкла к одиночеству: таков был удел искусного игрока. Теперь же все изменилось: Фелиция Люденс перешла в ее компаньонки. Ранее Пуэлле не доводилось заботиться о ком-то, кроме себя, теперь же в её руках было хрупкое существо, чьим пределом путешествий была улица для променада.
«Бедняжка, она совершенно не знает о реальной жизни! – думала Пуэлла. – Вряд ли она читала что-то полезнее нравственного наставления. Не видеть море – какое упущение! Кажется, нужно показать ей светские удовольствия, земные радости и увеселения».
Средства позволяли Пуэлле и Фелиции проживать в гостинице на въезде в город. Гостиница располагалась среди густого леса, у чистого озера. Пуэлла решила для начала получше узнать забавное приобретение по имени Фелиция, а уже затем подыскивать игроков. Субдоле было интересно, насколько полезна будет для нее новая ноша.
Вдвоем они проводили дни и вечера. Как скоро Пуэлла привыкала к новой компаньонке, тем чаще Фелиция досаждала ее расспросами.
– Госпожа, – обратилась она к ней, – скажите, как долго мы будем путешествовать? А как же муж? А семья? Они разрешают разъезжать по свету в одиночестве?
Пуэлла лукаво улыбнулась милой глупости, которую так искренне лепетала ее компаньонка. Однако вопрос Фелиции требовал от мисс Субдолы осторожности в ответе. Всякие варианты перебрались у нее в голове. Компрометировать себя, выдавая правду, в глазах компаньонки виделось Пуэлле ненужным делом.
– Я живу постоянными разъездами, – отвлеченно ответила Пуэлла, – и не питаю привязанности ни к родному дому, ни к какому-либо обществу, ибо душа моя постоянно ищет новых впечатлений.
Фелиция заулыбалась, румянец сильнее заиграл на ее изящном личике: ранее ей не доводилось встречать столь самостоятельных особ. В сознании мисс Люденс теплилась мысль, что к ней снизошла очень любезная покровительница, потому девушка разразилась новым интересом к Субдоле.
– Вы достойны похвалы, раз служите опорой самой для себя, но как насчёт денег? Разве вас никто не обеспечивает?
Пуэлла минуту подбирала тот ответ, который бы не унизил ее достоинства и при этом не выдал ее плутовства. Все это время она сохраняла любезный вид: когда она улыбалась, то улыбка ее всегда получалась обольстительной.
– У меня нет мотивов, побуждающих вступить в брак. Если меня поразили недуги любви, то это было бы совершенно другое дело. А влюбляться мне не свойственно – такова моя природа. А совершать грубый денежный расчёт браком равняется для меня надругательству над моим самолюбием… Полученное наследство позволяет мне жить без бед и нужды.