Воин

— Ха-ха! — сказал Ариман. — Какая у тебя извращенная фантазия. Зачем переводить молоко?

Мятежный маг пожал плечами.

— Да… — изобразив задумчивость, протянул Ариман. — Ты в плену, а твой незадачливый союзник даже не пытается освободить тебя. Он забился в щель подобно крысе. А, может быть, он уже далеко от Заоблачного Замка? Слышишь, как стало тихо. — Бог тьмы замолчал, и все трое прислушались. Действительно, громовые удары, весь день сотрясавшие Замок, прекратились. Лишь где-то вдалеке визжали еще сражающиеся демоны. Ариман еле слышно, словно боясь разбудить тишину, вкрадчиво спросил:

— Кстати, кто он?

— Не знаю, — ответил Кермуз, бросив быстрый взгляд на улыбчивую маску, скрывающую лицо.

— Напрасно ты упорствуешь. Ведь не будешь же ты отрицать, что это нападение — дело твоих рук. Ведь это ты организовал и привел сюда демонов. Как тебе удалось пробраться в Замок незамеченным?

Мятежный маг налил себе еще вина.

— Ты плохо следишь за телепортационными каналами.

— Наверно. Но все же тебе кто-то помог.

— Наверно, — не стал спорить Кермуз.

— И чего же ты добивался? Хотел разрушить Замок? — Маг кивнул головой. — Захватить Источник? — Ответ вновь был утвердительным. — Но ведь ты не умеешь управлять им.

— Невелика премудрость. А кроме того, это умеет делать мой напарник.

— Кто он? — оставив свой добродушный тон, закричал Ариман. — Леда?!

— Ты помешался, Русий! Она умерла.

Ярость исказила улыбку Ахурамазды, сделав ее ужасной.

— Не-ет! Она обманула всех нас! Я чувствую ее незримое присутствие! Она здесь! Она где-то рядом! Она с тобой?!

— Ее здесь нет, — ответил Кермуз и рассеянно добавил, всматриваясь в побледневшее лицо Заратустры:

— Не знаю… У Командора, кажется, есть похожий артефакт.

— Но я ощущаю присутствие не артефакта, а человека! Говори, кто он, твой союзник, иначе я предам тебя самой лютой смерти, какая только существует на свете!

Кермуз наигранно зевнул.

— Я же сказал тебе, что не знаю его. Мне лишь известно, что он отшельник, живущий в мертвом городе Дур-Шаррукин. Я познакомился с ним примерно цикл назад. Он обладает огромной силой и ненавидит тебя. Но я не знаю его имени и никогда не видел его лица. Он прячет свое лицо под капюшоном. Я не заметил, чтоб он был похож на женщину. Скорей, он похож на тебя и на Командора.

— Сейчас ты умрешь! — зловеще процедил бог тьмы. Кермуз не испугался.

— Что ж, рано или поздно любая игра обречена на поражение, — с поистине философским спокойствием заметил он. — Надеюсь, придет время, когда проиграете и вы.

Ариман дал мятежному магу договорить до конца и лишь после этого поднялся. Вставая, он ненароком задел недопитый бокал, и по белому шелку плаща расползлись кровавые пятна.

— Дурная примета, — без тени улыбки заметил Кермуз.

Ариман зарычал.

— Гумий, он твой!

Заратустра, не проронивший за все это время ни единого слова, молча раздвоил посох. Блеснуло игольчатое острие.

— Симпатичная штучка, — сказал Кермуз, также поднимаясь. Он слегка побледнел, но старался не выдать своего страха. — В нашем ведомстве всегда любили подобные игрушки.

— В последний раз спрашиваю: это Леда?

— А спроси лучше у Гумия! Он наверняка знает!

Это была всего лишь бравада, но она попала точно в цель. Заратустра вздрогнул и поспешил нанести удар. Однако Ариман, успевший заметить, как переменилось лицо его верного мага, перехватил клинок, лишь слегка оцарапавший руку Кермуза.

— Постой, — протянул бог тьмы, заглядывая в глаза Заратустры. — Что тебе известно о Леде?

Неизвестно, что придумал бы Заратустра и как дальше стал изворачиваться Кермуз, но судьба разрубила этот запутанный узел ударом меча Александра. Распахнулись двери, и пред взором Аримана предстали рыжебородые, тесным кольцом окружавшие вооруженного луком человека, увидев которого Ариман ка мгновение позабыл о ненавистной ему женщине, ибо этого человека он ненавидел не меньше.

— Вот так сюрприз! — воскликнул владыка тьмы. — Это же мой друг скиф! Наконец-то ты нашел время посетить мое скромное жилище!

Скилл был спокоен, насколько вообще может быть спокоен человек в его положении.

— Ариман, Отшельник, пришедший уничтожить твое царство, вызывает тебя и твоего мага на честный бой. Кроме того, он требует отпустить человека по имени Кеельсее. Он ждет тебя на плато за стенами Замка.

— Значит, все-таки Леда, — прошипел Ариман. Он посмотрел на Кермуза, потом перевел взгляд на Заратустру. — Я буду там сейчас же. Но вот человек по имени Кеельсее останется в моей тюрьме…

— Мне кажется, Ариман, тебе придется отпустить его, — спокойно, будто говоря с равным, заметил Скилл.

— Это почему же, мой отважный скиф?

Ответ был подобен ослепительной молнии, и эта молния пронзила холодное сердце Аримана.

— Отшельник захватил Тенту!

И трижды повторим, мир полон загадочных существ.

Когда Ариман и Заратустра ушли в Первый Шпиль, чтобы воспользоваться силою Источника, змей остался в телепортационном модуле один. Это был его главный долг — охранять модуль — и змей добросовестно исполнял его. Змей лежал и скучал. Снизу доносился грохот рушащихся стен, змею не было до этого дела. Ему было безразлично все, что не касалось его. Змея звали Карнав…

Мертвецы пали, и Скилл нашел свою Тенту. Он даже не понял, обрадовалась ли она его приходу. Наверно, ведь ей было страшно. На вопрос, где Черный Ветер, нэрси ответила, что он тут же, в Третьем шпиле, в специально созданной для него конюшне. Узнав, что нужно уходить, Тента задумалась. Скилл не придал этому странному обстоятельству особого внимания. Попробуй, поживи среди монстров, которыми переполнен Замок Аримана, и вообще спятишь!..

Многие считали Карнава порождением ада, но это было не так. Его создал Ариман, вернув из необозримого прошлого сложные генетические компоненты и примешав к ним силу земли. Карнав был могуч и практически неуязвим. Серая чешуя, покрывавшая его тело, по прочности превосходила сталь, спиралевидные позвонки могли выдержать удар рухнувшей скалы. Даже огонь и вода не страшили Карнава — в его кожу были встроены биологические терморегуляторы, превращавшие пламень в лед, а легкие трансформировались таким образом, что могли извлекать кислород как из воздуха, так и из воды. Помимо необоримой мощи Ариман наделил своего монстра подобием характера, состоявшего почти сплошь из отвратительных черт — злобы, жестокости, ненависти, кровожадности и коварства. Еще создатель дал ему преданность — преданность Ариману, — но Карнав сумел изжить это качество…