Остров

— Так, — сказал он, вытирая липкие губы, — мы трое, — он ткнул пальцем в Одрония и Крека, — пойдем на разведку. Ксерий и робот останутся здесь.

— А почему я?! — возмутился порядком захмелевший Ксерий, но Лесс жестко отрезал:

— Потому что ты пьян и хорош лишь в качестве живой мишени!

— Полуживой, — хмыкнул Одроний.

— Ладно, змеелов, — обиделся Ксерий, — проваливай!

Разведчики неслышно растворились в зеленой листве. Первым крался Крек. Каждый раз, наблюдая за крадущимся по лесу сыном дикаря, Лесс поражался, насколько точны и отточены его движения. Ни малейшего шума, ни шороха, ни даже колебания воздуха дыханием. Юный дикарь словно растворялся в природе, сливался с ней. А ведь его этому никто не учил! Никто, кроме природы. Стараясь подражать каждому движению Крека, Лесс неслышно крался по его следам. Внезапно Крек остановился и упреждающе поднял руку.

— Я их слышу, — разобрал Лесс тихое движение губ.

— Где они? — глазами спросил Лесе.

Крек безмолвно показал рукой на кусты.

Приблизившись к ним, Лесс действительно услышал какие-то вопли, пробивающиеся сквозь мерный грохот волн. Крек ужом начал пробираться сквозь колючие заросли. Лесс и озирающийся в поисках змей Одроний последовали его примеру.

Потеряв изрядные куски одежды, все трое очутились над обрывом и увидели лежащий на песке корабль. Волны опрокинули его на бок. Каждая новая волна заливала трюмы и нижнюю палубу. Оттуда доносились истошные крики людей.

— Почему они не покинут корабль? — удивился Одроний.

— Они прикованы. Это рабы. Но меня очень интересует, куда же девалась команда.

— Может быть, они утонули?

— Вряд ли. Иначе как бы корабль мог попасть в эту бухту? Крек тронул плечо Лесса и указал на следы, ведущие вглубь острова.

— Ты прав, — кивнул головой атлант. — Они бросили рабов на произвол судьбы, а сами отошли на безопасное расстояние. Кажется, я знаю, чей это корабль.

— Кеельсее?

— Точно. На парусе — его красный бык.

— Стоит ли убивать людей Кеельсее?

— Мы не можем делать никаких исключений. Остров Смерти должен оставаться тайной, окутанной бездной мрака. Это — залог силы Атлантиды, ее последний козырь. И во имя этого мы должны убить всех, даже этих беспомощных рабов, хотя мне их жаль.

— А неплохо бы было иметь на острове дополнительную прислугу, свой огородик, сад, — мечтательно протянул Одроний.

Глаза Крека сверкнули.

— Потише, — пробурчал Лесс, — парень все слышит. И ты можешь когда-нибудь проснуться со свернутой шеей.

— Он не посмеет поднять руку на атланта! — вскинул голову Одроний.

— Кто его знает? — Лесс обернулся к лежавшему слева Креку — Куда ведут следы?

— На тот холм.

Лесс проследил указанное смуглой рукой направление и решил:

— Окружаем и уничтожаем. Крек, беги к Ксерию. Отрежьте им путь вглубь острова. Мы атакуем с моря.

Крек кивнул и растворился в зелени леса. Проверив бластеры, атланты осторожно спустились на тропинку, протоптанную босыми ногами. Следы были свежие. Они пахли раздавленной травой. День был ясный. Он пах кровью.

Грохот и дикие предсмертные вопли заставили вскочить Эмансера, лежавшего в расщелине неподалеку от корабля. Кемтянин понял, что с моряками случилась какая-то беда. Первым его побуждением было кинуться на помощь. Он уже вылез из расщелины и собрался бежать к клубящемуся пламенем холму, но крики и грохот внезапно прекратились. Пришла Смерть! Остров Смерти принял новую жертву! Эмансер лег на дно расщелины и стал негромко читать загробную молитву:

— Приди, Великий Ра, освети землю cвоим огненным светом и забери меня на суд Свой. Пусть будет он скорым и справедливым…

Сверху послышался легкий шорох. Эмансер поднял голову и увидел человека, облаченного в странную, закрывающую все тело, одежду. В руках незнакомца было копье с блестящим, как смерть, наконечником. Секунду они смотрели в глаза друг другу. Затем человек откликнулся на чей-то зов и исчез. Выдохнув запертый в груди воздух, Эмансер судорожно пополз к морю. Сын моряка привык искать спасение в море и сейчас лихорадочно полз к своему родному дому. Наверху послышались голоса. Мореход сжался в комок. Неужели конец? Но голоса, звучавшие неподалеку, не приближались. Язык был незнаком Эмансеру. Собравшись с духом, он медленно высунул голову из-за камня. На скале, возвышающейся над бухтой, стоял огромный исполин; тело его сверкало на солнце матовым блеском. «Белый титан?» — мелькнуло в голове Эмансера. Рядом с исполином стояли три огромных человека, одетых в такие же странные одежды, как и тот, что видел Эмансера. Он, кстати, стоял рядом и безразлично оглядывал пляж. Он был меньше тех трех, а Эмансер мог пройти у него под рукой. «Должно быть, это боги Острова Смерти! — решил Эмансер. — Боги Смерти. Сет и его Слуги, несущие боль и смерть». Эмансер уронил голову на руки и вознес горячую молитву Богу солнца светлоликому Ра. Гороподобный, закованный в металлические доспехи, Сет поднял блестящую трубку. Она изринула огненный гром, расколовший корабль на части. Крики сгорающих заживо людей потонули в грохоте волн. Боги продолжали стоять на скале. Один из них сунул в рот белую палочку, испустившую негустой светлый дымок. Убедившись, что никто из рабов не уцелел, боги развернулись и исчезли за гребнем скалы.

Эмансер лежал долго. Лишь когда солнце исчезло за скалами, он решился выйти из своего убежища и подойти к месту, где недавно лежал корабль. Море почти успокоилось. Боги моря и зла сговорились между собой и уничтожили корабль и заточенных на нем людей. На берегу валялись мелкие обломки. Серые грязные волны лениво бросались оторванной головой одного из рабов. Эмансер повидал на своем веку многое, но от этого зрелища ему стало нехорошо. Забыв о мучившем его чувстве голода, он желал лишь одного — бежать от этого проклятого места. Но куда? Где-то за скалами его ждали враги: невидимые и могущественные. Пьющие кровь и вдыхающие запахи свежегорелого мяса. Но ведь он не мальчишка, он сможет встретить Смерть с открытыми глазами! Эмансер выпрямился и начал решительно взбираться на холм, куда когда-то ушли Бантушу и воины.