Кержак

— Шесть доз. По одной помощникам и офицеру, две вам и одна наверх как отступные. Я правила помню.

— Прекрасно, приятно иметь с вами дело… Так, не будем терять время! Кто из вас на установку? И кто побудет с малышкой, пока будет отдыхать после процедур?

— Я побуду! — поднял руку Анатолий. — Я ее брат.

— Хорошо. Прошу за мной.

Проводив гостей за полупрозрачную стену, Вильди коснулся пальцем сенсорной панели и пластик полностью окрасился в белый цвет. Затем показал на две открытые капсулы у стены:

— Раздеваемся догола, затем ложимся сюда. Мужчина налево, девочка направо. Мои помощницы сейчас подойдут, проверят общее самочувствие и займутся настройкой. Для вас, господин инженер, процедура займет около часа. Плюс еще час восстанавливающей терапии, чтобы тройник прижился и базы адаптировались под выбранную посадочную площадку. На девочку потратим примерно четыре часа, затем еще четыре на общее наблюдение и введение стабилизирующих растворов. Плюс диагностика, как успешно встала «мама». Модель новая, не требует лежать в капсуле сутки. Но пользоваться сможете как обычно — через два дня… Питание малышке за нас счет, а вот молодому человеку…

— У меня с собой, — махнул рюкзаком Толя.

— Какой предусмотрительный, — поморщился доктор. Видимо, на питании здесь тоже зарабатывали, как и на всем остальном. — Хорошо. Значит, раздеваться и ложиться. Я пока проверю, все ли готово.

Снимая одежду на стул рядом с капсулой, Иван тихо спросил у мальчика:

— А что за дозы в качестве премии? Наркота?

— Не, стимуляторы для омоложения. Можно или себе воткнуть у медиков, или загнать на рынке. Раньше под полсотни стоили, сейчас наверняка дороже. Главное — никакого криминала. За наркоту по башке дадут, а это купят и еще попросят.

— Понятно. Значит, с нас Гарди сверху сдерет не так много, как я думал. Хотя, что обижаться. Медиков нашел, «маму» Лиссе поставим раньше, чем планировали. И потом всем кагалом на Шестерку, размяться… Все. Я готов.

Через четыре часа Иван вместе с Бактом сидели в кабинете криминального босса. На стол выкладывались коробки, свертки, пачки пищевого рациона.

— Значит, слушайте сюда, умники. У вас неделя, чтобы мозги на место поставить. Я как раз за это время с шаттлом разберусь и пилота организую. Затем еще неделя — на уточнение деталей, закупку топлива, кислорода и всего недостающего.

— Шеф, а почему неделя? — не удержался от реплики ремонтник.

— Потому что, Бакт, мы не в Центральных секторах сидим. Нам надо будет кого положено подмазать, разрешение на вылет согласовать, затем таможне глаза закрыть, чтобы по возвращению не лютовали. И еще всякие интересные штуки, о которых у вас голова не должна болеть, это мои проблемы. Ваша проблема — это вернуться не просто живыми, не угробив корабль, а с добычей. Понятно?

— Да.

— Вот и хорошо. Кержак, эта половина тебе. Жратва, одежда поприличнее, легкие скафы. Когда базу инженерную прошерстишь, разберешься, как пользоваться. И детей научишь… Вот еще голокуб с запасной «таблеткой». Там схема Шестерки. Красным помечены отсеки, которые во время катастрофы пострадали. То, что удалось хоть как-то перепроверить и подтвердить… Последнее. Семью свою получишь вечером, Рах парней пришлет, те проводят домой. Не забывай, что я простил двадцать штук, которые тебе идиоты в башку всадили. Но на этом подарки закончились. С этим вопросов нет?

— Нет… Через неделю, когда с шаттлом станет понятно, можно нам команду погонять в доке, в условиях невесомости? Для слаживания, так сказать.

— Погонять?.. Неплохая мысль. Я уточню у посредника, который нам птичку пришлет. Может быть он разрешит. Все равно там ангар без дела простаивает, какая ему разница — или один пилот будет дюзы пинать, или еще пятеро станут башкой об железки биться. Главное, не загнитесь во время подготовки. Атмосфера в доке есть, а вот с освещение и гравитацию не обещаю.