Кержак

— «Мама» почти у всех станционных. Втыкают один раз, мне родители сделали. Лиссе не успели. Но чипы привозили из Федерации, сами не производим. Слишком сложная штука. Час на установку, через пару дней можно пользоваться. Без него — коммуникатор не подцепить, к корабельным искинам не подключиться. Пощупай шею — у основания затылка плотная такая полоска — это установленная «мама». На нее жестко забивают основной школьный набор: язык, чуть-чуть по математике, законам системы, историю и всякое разное. Потом за полгода прогоняют в классах школы еще раз — чтобы ты пользоваться загруженными знаниями мог.

— А без этого никак?

— Как иначе? — удивился Блоха. — Вот представь, что у тебя лежит пачка листов со схемами ремонта какого-нибудь дрона. Тебе сначала надо их все просмотреть, изучить — чтобы понять, что у тебя вообще есть. Сложные куски — разобрать в деталях. Никто у тебя знания не отнимет, но они мертвым грузом в голове. Поэтому или сам в свободное время разбираешься, будто по каталогу библиотеки шаришь. Или в классе, с учителем. Там основные точки показывают, ты добираешь недостающее и на лабораторках практику доделываешь. Зато потом — в любой момент можно выдернуть нужный кусок.

— Вот значит что, — обрадовался Иван. — Похоже, у меня в «маму» залито куча разного по железкам, надо пока это прошерстить хорошенько… А если чего-то не хватает?

— «Маму» не переделать. Как базовые знания залили — все, навсегда прошито. Есть небольшой буфер, куда с комма подгрузить какую-нибудь мелочевку можно, но это так, побаловаться. Кто работать устраивается, тот уже тройник покупает. Это внешний гелевый чип с двумя слотами расширения. Больше не воткнуть — «мама» сгорит и мозги спалишь окончательно. Зато на трешку можно цеплять любые базы. Конечно, их придется осваивать, но без них никуда. Пилоты ставят корабельные наборы, навигацию и топологию для дальних прыжков. Кто рядом с планетой мотается — те Пилотирование, конкретную модель корабля и часто Аналитику, чтобы сложные расчеты делать.

— Самому не посчитать?

— Пространственные метрики, смеешься? — Блоха улыбнулся. — Не, без вариантов. Ты пойми. Человек — он не может большую часть информации в голове держать, слишком сложно. Поэтому ты подцепляешь специализированный чип, а сам вместо придатка болтаешься рядом. Принимаешь решения, потоками данных управляешь, результаты так или иначе используешь. Но все сложное — в гелевый кристалл через «маму» слил, за пару секунд ответ получил. Надо профиль сменить — одну «базу» с тройника в медблоке снял, другую поставил. Через сутки адаптации можно использовать. Конечно, что-то в голове остается, поэтому близкие по смыслу профессии легче переключаются. И опорные точки с подключенных кристаллов в «маме» хранятся. Поэтому если через год-другой зацепился заново — то сразу все изученное доступно снова.

— А почему просто компьютер не заставить работать?

— Искины урезаны сильно. Они дважды пытались перешагнуть ступень развития до личной свободы. Поэтому сейчас любая железяка на кораблях без человека — мертвый груз. Обычные автоматы стоят по жизнеобеспечению и наборы программ без возможности развития. Сначала кажется, что почти с разумным общаешься, но потом понимаешь, что это иллюзия. Так и живем — чип купил, на тройник воткнул, на следующий день уже можешь пахать. Снял — и словно раздетый, чего-то не хватает.

— Понял. Каталог у тебя остается. Книгу на полку поставил — любые схемы недоступны. Обратно в руки взял — сиди, пользуйся…

— Точно… Я в четыре года мечтал пилотом стать. Отец подрабатывал на малом боте, монтажником на сборке или ремонтировал станции снаружи. Поэтому многое прочел, пока доступ к местной Сети был. А какие там фильмы лежат про пиратов и поиски сокровищ… Эх…

Поднявшись, мальчишка отряхнул замызганные штаны и заявил:

— Засиделись мы тут. Пойдем, попробуем чего подзаработать. Обед уже скоро, а мы с пустыми руками.