Страница 19 из 105
Иосиф Флавий, иудейский историк.
Разница между Иосифом Флавием и Библией в описании крещения Иоанном Предтечеъ состоит в том, что Иосиф отрицает, что Иоанн крестил ради искупления грехов, в то время как Библия (Марк 1:4) утверждает обратное. Иосиф Флавий пишет также, что Иоанн был казнен по политическим мотивам, а не потому, что осуждал брак Ирода с Иродиадой. Как указывает Брюс, вполне возможно, что Ирод, поместив Иоанна в темницу, преследовал двоякую цель. Что же до расхождений в толковании крещения, то, по мнению Брюса, Евангелие дает более правдоподобный рассказ с точки зрения «историко-религиозной». Более того. Евангелие написано раньше, чем книги Иосифа Флавия, и поэтому отличается большей точностью. В то же время в общих чертах рассказ Иосифа Флавия подтверждает библейское описание.
Иосиф Флавий упоминает Иоанна Крестителя. Стиль, которым написан отрывок, исключает всякую возможность влияния христианства. В нем мы читаем следующее:
«После этого некоторые евреи подумали, что армия Ирода погибла от руки Бога, и что это было справедливой карой за казнь Иоанна, называвшегося Крестителем. Ибо Ирод казнил его, хотя тот был праведным мужем, призывавшим евреев к добродетели, справедливости по отношению Друг к Другу, почтительности к Богу и единению в крещении. Он учил, что крещение угодно Господу, если принимать его не для искупления определенных грехов, но для очищения тела, когда душа уже очищена праведностью. И когда другие собрались вокруг него, ибо были тронуты его словами. Ирод испугался, что его власть убеждения людей, будучи столь великой, может повести к бунту, так как они, казалось, были готовы во всем слушать его совета. И вот он решил, что лучше будет схватить его и казнить до того, как вызовет он волнения в народе, чем сожалеть о беспорядках после того, как бунт уже произойдет. Из-за этих подозрений Ирода Иоанн был в цепях послан в Махаир, крепость, о которой мы говорили выше, и там умерщвлен. Евреи верили, что во имя отмщения за него погибла армия Ирода, ибо Бог хотел наказать этого царя».
Татиан (ок. 170 г.) расположил Писания в определенном порядке, создав первую «гармонию Евангелий» под названием Диатессарон («из четырех частей»).
АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ ОТКРЫТИЯ
Нельсон Глюк, известный еврейский археолог, писал: «Можно категорически утверждать, что ни одно археологическое открытие еще никогда не противоречило данным Библии». Он продолжает эту мысль, когда пишет о «почти невероятно точной исторической памяти Библии, в особенности явной, когда она усилена археологическими свидетельствами».
У ильям Ф. Олбрайт, один из самых знаменитых археологов, заявляет:
«Нет никакого сомнения, что археология продолжает подтверждать практически полное соответствие библейских преданий историческим фактам».
Он пишет далее: «Чрезмерный скептицизм, с которым относились к Библии известные исторические школы 18 и 19 века, в некоторых своих частях до сих пор иногда дает о себе знать. Однако время опровергает его все больше и больше. Одно за другим делаются открытия, подтверждающие точность бесчисленных подробностей и укрепляющие признание Библии как исторического источника».
Джон Уарик Монтгомери пишет о типичном затруднении многих современных ученых: «Томас Дробена, сотрудник Американского института исследований Святой Земли, предостерегал, что расхождения между археологией и Библией почти всегда касаются датировки. А это — самая зыбкая область современной археологии, в которой серьезный анализ фактов нередко заменяется псевдонаучной предвзятостью и рассуждениями по методу порочного круга».
Профессор Х. Х. Роули, которого мы цитируем по книге Д. Ф. Уайэмана «Откровение И Библия», заявляет: «Современные ученые относятся к историям патриархов с гораздо большим уважением, чем их предшественники. Но дело здесь не в том, что сегодня мы исходим из более консервативных предпосылок, а лишь в наличии достоверных свидетельств».
Мерилл Унгер подчеркивает: «Та роль, которую играет в исследованиях как Нового, так и Ветхого Завета археология, и которая заключается в ускорении научных изысканий, уравновешивании критических теорий, иллюстрировании, прояснении, дополнении и доказательствах подлинности исторических и культурных подробностей, представляет собой едва ли не самое яркое обещание будущих успехов в изучении Священного Писания».
Миллар Барроуэ из Йельского университета отмечает: «Археология во многих случаях опровергла взгляды современных критиков, показав, что эти взгляды основаны на ложных допущениях и искусственных схемах исторического развития. Вклад археологии совершенно реален и его не следует преуменьшать».
Ф. Ф. Брюс пишет: «Если подозрения в неточности Луки опровергаются какими-то свидетельствами типа надписей, то законно будет считать, что археология подтверждает данные Нового Завета».
Ученый добавляет, что «по большей части услуга, которую оказала археология исследователям Нового Завета, состоит в прояснении обстоятельств того времени, так что мы можем читать записи с большим пониманием, более полно сознавая их ценность. А обстоятельства эти принадлежат 1 веку. Новозаветные, рассказы просто не вписываются в контекст 2 века».
Итоги вышесказанному подводит Меррил Унгер: «Ветхозаветная археология заново открыла целые народы, воскресила важные племена и самым поразительным образом заполнила исторические пробелы, неизмеримо обогатив наши знания фона, на котором разворачивались библейские события».
Уильям Олбрайт продолжает: «По мере того, как на критическое изучение Библии все больше и больше влияют обширные новые материалы но древнему Ближнему Востоку, можно ожидать неуклонного роста уважения к историческому значению тех отрывков и подробностей в Ветхом и Новом Заветах, которые сейчас являются предметом пренебрежения или недоверия».
Барроуэ раскрывает причины, по которым так распространено чрезмерное неверие: «Неоправданный скептицизм многих богословов либеральной школы вызван не тщательной оценкой доступных данных, но предубеждением против сверхъестественного».
Йельский археолог дополняет это мнение: «В целом, однако, работа археологов безусловно укрепила доверие к надежности библейских материалов. Не один археолог обнаружил, что его уважение к Библии укрепилось после раскопок в Палестине».
«В общем и целом, полученные на сегодняшний день археологические свидетельства, в особенности дополнительные, и более старые рукописи книг Библии, усиливают наше доверие к точности, с которой библейский текст передавался через века».
Сэр Фредерик Кеньон говорит: «Вполне законно можно утверждать, таким образом, что по отношению к той части Ветхого Завета, против которой была прежде всего направлена сокрушительная критика второй половины XIX века, археологические свидетельства восстановили авторитетность текста, а также увеличили его ценность, сделав его более понятным за счет новых знаний об историческом фоне и обстоятельствах. Археология еще не сказала своего последнего слова; но даже те результаты, которые уже достигнуты, подтверждают то, что говорит вера, т. е. то, что Библия может только выиграть от расширения наших знаний».
Археологи получилиогромное количество данных, подтверждающих правильность масоретского текста.
Бернард Рамм пишет о так называемой «печати Иеремии»: «Археология также располагает свидетельствами, подчеркивающими точность масоретского текста. «Печать Иеремии» — это печать для маркировки смоляных пробок винных бутылей, относящаяся к I или II веку от Р. Х. На ней написаны слова из книги Иеремии 48:11, в общем совпадающие с масоретским текстом. Эта печать «… говорит о той точности, с которой передавался текст от времени изготовления печати до эпохи, когда были изготовлены рукописи». Более того, масоретский текст, дошедший до наших дней, подтверждается так называемым «папирусом Робертса» (II век до Р. Х.) и «Нэшским папирусом» (Олбрайт датирует его, самое позднее, 100 г. до Р. Х.)"