Страница 13 из 47
— Я… — попытался подобрать слова шинигами, но Ичиго перебил его:
— Ты можешь идти. Я не жду, что ты снимешь маску и представишься.
— Но…
— Я уже говорил, что мне ничего не нужно.
— Хорошо. Спасибо… Как твое имя? — мужчина поднялся и подошел к дверям.
— М? Ичиго К… Ичиго Айзен, — ответил, помедлив, он.
— Ясно. Я запомню. Спасибо, Ичиго.
Ушёл. Ичиго так и не понял, кто он. Нет, был один кандидат, который и серые глаза имел, и во втором отряде бывал, и капитаном становился… Урахара подходил по всем статьям. Но этот фонтан красноречия, который рассказал Ичиго и про второй отряд, и про двенадцатый, и про свою жизнь с рождения, никогда не говорил про такое незабываемое событие, как покушение на себя. Вернее, про подходящее под сегодняшнюю обстановку. А рассказы про покушения во всех отрядах, а порой и от собственного специального, он стороной не обходил. Урахара мог и не рассказать про это. Вот прям про все рассказать, а об этом, наверное, особом, промолчать. Не сходилось.
А возможно, этот шинигами должен был сегодня умереть. А Ичиго спас его, снова нарушив исторический ход событий. Если это так… то теперь будущее должно пойти по другому пути. Ичиго усмехнулся. Оно уже пошло по другому пути, когда он появился здесь.
— Оба твои варианта возможны. К сожалению, я не смог узнать реяцу зампакто твоего подопытного, в то время я был слишком сильно спаян с Пустым. Мне ж…
— Хватит извиняться. В этом нет твоей вины, Зангецу. Не беспокойся об этом.
— Но ты совершил один огромный просчёт. Почему ты не думаешь, что он или несостоявшиеся убийцы не попытаются прикончить тебя? Хорошо, допустим этот шинигами будет слишком благодарен за спасение жизни, но что насчет его начальства?
— Эм… Хе-хе…
— Ты ведь не подумал о таком исходе.
— Так, мне не нравятся нотки «Я же говорил» в твоем голосе!
Зангецу не ответил, но Ичиго отчётливо чувствовал его веселье. Замечательно, теперь ещё одной проблемой больше! Айзен запустил кружкой в открывшуюся дверь.
— Оу, я вижу ты рад меня видеть, — Соске машинально поймал брошенный предмет. — Где смертник?
— Уже живчик. Ушёл, и не спрашивай о нем. Где тебя носил… Воу.
Новая чёрная форма шинигами, а также дополнение в виде очков неприятно отозвалось в душе. Соске улыбнулся и поставил стакан на стол.
— Я теперь пятый офицер пятого отряда. Моей духовной силы было достаточно, чтобы сразу попасть на эту должность. Ну, и возможно потому, что третий офицер, с которым мне пришлось сразиться, даже с шикаем не смог противостоять мне.
— В-вот как. В тебе я не сомневался. Уверен, вскоре ты с легкостью докажешь, что ты не только силён, но и умён.
— О, ты признаешь это, — приподнял бровь Соске. — Мне нужно было стать шинигами, чтобы ты понял это, братец.
— Я всегда признавал это, — отозвался Ичиго. — Очки?
— В последнее время зрение ухудшилось. Возможно, стоило послушать твоего совета и не читать ночью со свечкой.
— Да… Так… ты уходишь?
— Хирако-тайчо сказал, что я должен быть в бараках ночью, но, если у меня не будет заданий, я могу находиться и в Руконгае. Думаю, первое время я должен буду быть на его глазах и показать себя…
— Пришел проститься, — сделал заключение старший.
— Да… — Соске сел рядом с Ичиго. — Ты…
Разговор не клеился. С одной стороны Ичиго не хотелось пускать брата в Готей и позволять истории развиваться, но понимание, что её не остановить, не замедлить, каменным грузом падало на плечи. Чёрт, хоть он и не пытался… почему он не пытался?! А Соске не знал, что говорить единственному родному человеку. Как показать, что тот ему дорог и что он вынужден уйти… Как бы ни хотелось остаться. Младшему Айзену вспомнилось, что желание отправить его в белый город высказал именно старший брат, но у него возникло такое ощущение, что сейчас он бросает свою семью.
— Знаешь… — разбил тишину тихий голос Ичиго, — я думаю, что мы ненадолго расстанемся. Когда у тебя появятся свободные дни, я всегда буду здесь, и мы сможем провести время вместе. Если захочешь, конечно. У тебя ведь могут появиться друзья, которым ты сможешь отдать предпочтение…
— Не мели чепухи. Такого не случится, — отрезал Соске.
— Х-хорошо. Тогда я буду ждать тебя. А потом, когда-нибудь, тоже приду в Готей. В твой отряд, Айзен-тайчо.
— Не загадывай так далеко, — ответил с улыбкой тот.
— Кто-то уже не так уверен в своих силах? — ехидно поинтересовался Ичиго.
— Я полностью уверен в себе. Хорошо, брат. Ты пообещал мне.
— Конечно, брат, — тихо сказал старший Айзен. — Ведь я всегда буду на твоей стороне.
— Я запомню это.
Комментарий к Часть 8
Конец марта, автор наконец написал главу. Глава была написана еще в феврале, но постоянно переписывалась. Мои герои переживали это раз двадцать в разных интерпретациях.
Тем, кому интересно знать, автор сдал все экзамены хорошо! Профессиональный английский пришлось пересдавать, но я сумел вытянуть на хорошую отметку =)
========== Часть 9 ==========
Никогда не отказывай в помощи. Говори с наивной улыбкой. Будь дружелюбен. Не демонстрируй свою настоящую силу, прячь её. Не рассказывай о себе. Простые правила, которым Айзен следовал в Академии. И в новом отряде. Ведь окружающие всегда будут бояться и завидовать сильному, презирать и насмехаться над слабым. И пытаться уничтожить всех, кто от них отличается. Любой, кто жил в дальних районах Руконгая знает это. Любой, кто жил в восьмидесятом районе привычен к подобному.
Готей 13. Основа военной мощи Общества душ… Сборище кровожадных убийц и другой грязи, на самом деле. Взять хотя бы одиннадцатый отряд, который был наполнен преступниками самых разных мастей, Соске заметил даже пару знакомых лиц, часто бывавших в восьмидесятом районе в поисках лёгкой наживы. Но были и исключения в виде тринадцатого, который создавал ощущение нахождения в хосписе. А ведь по идее, такая атмосфера должна быть присуща четвёртому отряду, но там царило странное умиротворение. Правда, Унохана-тайчо заставляла бояться себя даже одиннадцатый отряд…
Пятый отряд действительно был одним из самых спокойных. Просто потому что капитану не было до него дела. Хирако настолько редко появлялся на тренировках отряда, что впору бы фанфары в честь такого события заказывать. Ещё реже он занимался делами отряда, что вызывало недовольство не только Соске, но и других офицеров, на чьи хрупкие плечики и легла забота обо всех этих делах. Как отвечал сам Шинджи на осторожные расспросы: “Даже если ты сочувствуешь своим подчинённым, ты не сможешь угодить всем. Делай всё, как знаешь сам. И если люди за тобой не пойдут, значит, эта работа просто не для тебя”. Такое отношение к собственным подчиненным выводило Соске из себя. Но ведь обычного идиота, каким выставляет себя Хирако, даже владеющего банкаем, не сделали бы капитаном, верно? Айзен пытался понять, найти то, что скрывает в себе капитан. За всё время он уяснил, что тот весьма легкомыслен в серьезных моментах и комичен, а также дерзок к окружающим. Однако несмотря на это, он весьма проницателен по отношению к другим людям. Обычно.
Подозрительность по отношению к себе Соске не мог обосновать. Слова Хирако, что он жуткий, были не то чтобы неприятны, скорее, непоняты Айзеном. Чем же он может быть так страшен? Единственные его желания: дослужиться до капитана, жить в достатке и рядом с братом. Пожалуй, последнее было самым важным.
Год. Год службы, за который встретиться с Ичиго удалось лишь пару жалких раз, и то ненадолго. Было бы проще, если бы старший тоже был шинигами, да только Соске не хотелось, чтобы брат стал частью этого рассадника лицемерия. Это место совсем отличалось от рассказов Ичиго. Знал ли тот правду, или же искренне верил в маску, носимую всем белым городом? Соске не верил в то, что брат отправил бы его сюда, зная об истинной сути вещей. Как же он тосковал по нему…
Ичиго просил его завести друзей… Но быть ближе к стаду не являлось мечтой Айзена. Большинство было безмозглым скотом, поодиночке слабым, но вместе легко уничтожающим любого с отличным от их мнением. Хоть в Готее официально запрещено убивать, но что происходит во время операций, никто не видит. Подумаешь, одним трупом рядового больше, одним меньше. Всегда можно списать лишнее тело на нападение Пустых. Капитаны редко обращали на подобное внимание.* Поэтому, даже спустя все это время, самым близким для Соске оставался только брат, который принимал его любым, от которого точно можно было не ждать удара в спину. Ему безумно хотелось вернуться домой, быть ближе к Ичиго, чувствовать его реяцу, которая теплым коконом спрятала бы его от всего мира. Чувствовать себя в безопасности. Снова быть ребенком, для которого первоуровневое кидо уже было чудом, а главным счастьем было проснуться ранним утром от запаха свежеиспеченного пирога, который Ичиго бы достал только для него. Но это было невозможным, поэтому Соске с трудом прогонял подобные желания.