Страница 25 из 65
Отдам какому-нибудь ремесленнику типа Шедьяка, не хочу в США торчать дольше необходимого. Необходимое — это свои милые проектики.
— Вот как? Что ж, в этом случае я вынужден поднять цену на права до полутора долларов! — Хохотнул писатель.
— Мистер Кинг, но это же даже не роман, а рассказ! Вы хотите разорить меня? — Поддержал я игру.
Мистер Кинг поржал — на кокаине он там чтоли? — и пошел мне навстречу:
— Хорошо, тогда я готов сделать скидку на любой мой роман! Скажем, 99 центов?
«Зеленую милю»-то он еще не написал? Сразу «Темную Башню» попросить? Не, точно не стану!
— Хочу права на «Туман». Снимать будем в 92 году.
— Это долго, — Покачал головой невидимый мне Стивен Кинг.
— Я критически перегружаю кинотеатры, мистер Кинг. Что ж, если для вас сроки критичны, я, с вашего позволения, сохраню скидочку для одного из ваших будущих романов.
— Ай, ладно, — Махнул рукой все еще невидимый мне писатель: — Если никто не заинтересуется «Туманом» до 92 года, я с радостью отдам его тебе!
— Спасибо, мистер Кинг! — Поблагодарил я и предложил: — Я бы хотел пригласить вас в Японию. 23 июня, на большой турнир.
— С радостью приму ваше приглашение, мистер Одзава! — Охотно согласился мистер Кинг.
— Мы пришлем вам билеты! — Пообещал я: — Спасибо за рассказ, вы не пожалеете.
— Уверен, что так и будет! — Подбодрил меня писатель и отключился.
— Семпаи меня заметили! — Похвастался я секретарю и спросил: — Готов списочек?
— Конечно! — Гордо кивнула Нанако, и протянула мне пару заполненных ее аккуратным почерком листочков.
— Спасибо! — Поблагодарил я и погрузился в список важных имен, которым нужно отправить приглашения на турнир.
Приедут, ясен пень, не все, но позвать-то надо! В списке — только гайдзины, с которыми я успел пообщаться на Оскаре и в Каннах. Приглашения японцам и русским отправит юридическое лицо в виде «Хонды» — для солидности.
— Запиши, пожалуйста, сюда еще Полин Кейл — чисто поглумиться.
— Как коварно! — Хихикнула секретарь, добавляя кинобабку в список.
Телефон зазвонил у меня.
— Да?
— Это я! — Раздался в трубке голос отца: — С нами связалась труппа воздушных акробатов. У них не очень с заказами, поэтому готовы выступить бесплатно.
— Надо брать! — Одобрил я.
Боев будет много, много можно впихнуть и «самодеятельности».
— Угу! — Угукнул батя и отключился.
— Может сразу добавить карликов, великанов и бородатых женщин?
Нанако хихикнула, и отвечать не стала — поняла шутку же.
Студия «Гайнакс» — легкий корм для меня, ибо с момента основания и до второго десятилетия будет претерпевать всевозможные творческие и финансовые муки — вплоть до уголовных дел из-за проблем с налогами. Выкупить эту шарашкину контору — настоящий бальзам для воспаленной совести малолетнего попаданца.
Легендарная студия в эти времена занимает всего несколько офисов в малоэтажном здании на окраине Токио. Настоящий клоповник с плесенью в углах и толстыми тараканами, у входа в который нас встретили Ямагой Хироюки (грустный), Анно Хидэаки (очень грустный), Садамото Ёсиюки (грустный, но лицо держит лучше первых двух), Окада Тосио (такой вид, будто ему давно на все плевать), Савамура Такэси (супер грустный) и Иноуэ Хироаки (насупленный)
Здравствуйте, большая честь, пойдемте вот по этой темной, зловеще скрипящей лестнице. Да, тараканы, а что поделать — здание старое. Да, ишачим в три смены на NHK-G, рисуем сериал про Надю с загадочного моря.
К этому моменту мы зашли в то, что с натяжкой можно было назвать «конференц-залом». Нуарные тучки за окном к этому моменту потемнели совсем и начали заливать столицу дождем. Ямагой-сенсей включил свет — из четырех ламп дневного света на потолке активировалось только две, причем одна безбожно гудела. Приземлившись на скрипнувший стул, спросил, глядя, как присутствующие закуривают:
— Чтобы выиграть тендер, вы сильно раздули бюджет, и теперь у студии проблемы.
Мужики дернулись, но покивали.
— Могу выкупить «Гайнакс», покрыв долги, но придется переехать в Уцуномию. Студия расформирована не будет, вольетесь в нашу аниме-империю как есть, но бухгалтеров и юристов я поставлю своих, уж извините. Творческая свобода — в рамках разумного, но мультик про Надю придется закончить — не хочу ссориться с Миядзаки-сенсеем. Бюджет под это выдадим, это же хорошее, красивое аниме, и я бы хотел, чтобы именно таким оно и осталось.
Мужики задумались.
— Но в течение двух лет конкретно вы, — Обратился я к вздрогнувшему Анно-сенсею: — Должны будете вывернуть жанр «меха» наизнанку.
— Что? — Удивился грустный культовый персонаж.
— У вас же две ноги, Анно-сенсей!
Сенсей насупился, а его соратники укоризненно посмотрели на меня. Пофигу — сядет же на зп и будет прокрастинировать, знаю я этих сильно творческих. Увы, без стоящего над душой корпоративного дрона очень много проектов не увидело бы свет.
— Мы подумаем, Одзава-сенсей! — На правах президента потешной конторы ответил Савамуру Такэси.
— Думайте! — Кивнул я и поднялся на ноги.
Проходя мимо Анно-сенсея, зловеще прошептал ему:
— Полезай в робота, Синдзи!
Удовлетворенно отметив мелькнувшую в глазах культового персонажа тень Матрицы, попрощался с мужиками, и мы с Нанако отправились к вертолету, по пути позвонив Хатте-сенсей с просьбой прикупить соседнее офисное здание.
Сегодня мы с Хэруки ночуем в Малом доме, поэтому, вернувшись из Токио, переоделся и двинулся за ней, настраиваясь на грустный разговор. Нельзя не рассказать про Окаду! Лучшая девочка открыла сама — уже готовая, в джинсах и зеленой футболке — японский май набирает обороты, и на улице уже прямо тепло.
— Привет! — Поприветствовал я ее, привычно обнимая в прихожей.
— Привет! — Улыбнулась она в ответ, «чмокнула», крикнула в глубину дома, что ушла, и мы вышли на улицу.
— Что с тобой? Ты какой-то напряженный! — Проницательно спросила Хэруки, провожая взглядом фургон, отчаливший от дома наших соседей — последний оплот на «нашем» сегменте улицы пал, и теперь чужих здесь не останется — прямо за забором поселится какой-то батин коллега из «Хонды», а на «въезде» и «выезде» с завтрашнего дня появится по патрульной машине с копами. Вот так, тихо и незаметно, мы и отжали в личное пользование кусочек Уцуномии.
— Надо поговорить об Окаде, — Кивнул я.
— Хм? — Подняла бровки девушка.
Набрав воздуха в грудь, подробно поведал ей обо всем уже случившемся:
— …Прости, что из-за трусости довел проблему до такой вот стадии.
— Но ты же ей все объяснил, — Пожала плечами девушка: — Кроме того — ничего не сделал. Или это ты так просишь у меня разрешения спать со всеми подряд? — Злобненько фыркнула она: — Давно пора — к тебе уже выстроилась целая очередь!
— Вовсе нет, — Спокойно покачал я головой: — Твое разрешение мне не нужно, потому что я не хочу! Рассказал я тебе все это, во-первых, потому, что обещал быть с тобой честным.
Недовольная Хэруки кивнула — принимается, мол.
— Во-вторых: я надеялся на какой-нибудь девичий совет.
Хэруки улыбнулась и кивнула уже энергичнее.
— Ну и в-третьих: у меня есть заветная мечта, в которой Хэруки-сенсей…
— Сенсей, хе-хе!..
— …Возьмет эту проблему на себя, прибрав последствия за слабохарактерным мной!
— Хитрый! — Захихикала Хэруки, обняла меня и заметила: — Ты — слишком добрый для того, кем пытаешься стать!
— Я над этим работаю, — Вздохнул я.
— Одолжишь мне Нанако на пару дней? Как дочь психиатров, она могла бы быть полезна! — Попросила она.
— Забирай, — Кивнул я: — Все равно у меня из дел в ближайшие дни только тренировки да консерватория.
— Хорошо, что хотя бы она не создает проблем, — Вздохнула лучшая девочка.
— Нанако — большая молодец, — Кивнул я: — Очень старается.
— И совсем не дает тебе поводов, верно?
— Верно! — Машинально согласился я: — Ведет себя в полном соответствии с профессиональной этикой.