Страница 278 из 285
Энергия в окружающем пространстве пришла в самый настоящий хаос, из бесчисленных невидимых простым людям разломов начала вливаться энергия из десятков планов бытия и небытия, существующих на самом деле и ещё лишь формирующихся реальностей. Энергия пришла в такой хаос, что если бы она имела собственную волю и несла цель разрушения, то если бы не уничтожила мир, то хорошо так изменила расположение материков и дала рождение новым континентам.
Крыша здания, на которую всё это время валил дождь, просто упала.
Вместе же с этим не выдержала и формация, из-за чего сотни обезумевших мастеров, не обращавших никакого внимания на то, что происходило с миром и уж тем более на застывшего неподвижно Ан Хаяна, проломились вперёд.
Они не успели накинуться на беззащитных монахов: Ан Хаян сделал новый взмах мечом. Этот, казалось бы, простой взмах создал в пространстве волны, из которых буквально материализовались бесконечные, тонкие нити, что моментально натянулись, словно струны.
Они обматывали собой всё и всех, мгновенно обездвижив обе армии.
Тело Ан Хаяна, застывшее в центре образовавшейся паутины, неестественно выгнулось, после чего по пространству прошла новая волна, заставив все бесчисленные нити задрожать.
Звон.
Казалось, его на секунду, под симфонию землетрясения, услышали все.
Это было последнее, что они услышали прежде чем попадали, отправившись в тихий, мирный сон. Где-то высоко в небе уже расходилось гигантское облако, что собиралось покрыть весь Мурим и немного помочь ему до момента, пока гадость, которой поразили мир, исчезнет, а разломы в пространстве, — пусть не полностью, — закроются.
Землетрясение, по крайней мере, в наших краях, медленно начало успокаиваться, а вместе с ним и весь мир.
Ночная Цикада, один из тех, кто так и не отправился в сладкий сон, блаженно прикрыл глаза, чувствуя, как у него начала уходить земля из-под ног, будь то буквально или фигурально.
Он собирался посвятить этому моменту не одну и не две песни.
Из тени осторожно выполз Хван Мун Су, едва не напоровшись на материализовавшиеся нити, что тут же попытались проникнуть к нему в… теневой разлом. Парню стоило огромных усилий сдержать удивление.
— Хён? Моя помощь уже не нужна?..
Из его тени послышалось недовольное ворчание, явно направленное на не самого желанного главу. Чуть дальше послышался храп представителей клана Железного Тела, решивших отдохнуть на телах бесчисленных мастеров Альянса. Ким Бо Гён дрых громче всех.
Ан Хаян открыл глаза. Ничего не говоря, он повернул голову на маячившего возле него ворона.
— Наведаемся в культ проведать одну пыль?
Ответом ему стало злобное карканье. Парень подхватил видимую невооруженным взглядом нить своего, пожалуй, ближайшего подчинённого, после чего их тела смазались между мирами.
Натянутые струной нити начали медленно исчезать, и лишь маленькие бесчисленные иллюзорные паучки, что медленно начали расползаться по всему миру, напоминали о том, что здесь только что что-то было.
Шёл я не быстро и не медленно. Лес, полный ловушек, через который бежала кормилица, был для меня одновременно и каким-то абсурдно родным, и вместе с этим — чужим, жутким, неправильным и уродливым.
Воспоминание о культе у меня остались смазанные, но узнать я его мог из тысяч.
— Меня напрягает, что у нас с пылью настолько похожее представление о планировке и архитектуре, — пробормотал я себе под нос, остановившись у больших, чёрных ворот.
Духовные нити мне говорили, что культ не пустовал и даже больше — сейчас за мной пытались следить, однако никто нападать не собирался. В принципе, с их стороны это было бы гигантской глупостью.
Кажется, тонизирующий эффект от жаркого поцелуя настоятельницы храма-клептоманки помог моему телу чуть быстрее перестроиться, а источнику — расшириться достаточно, чтобы я взял ещё один виток в развитии. Особых, каких-то фундаментальных изменений я не чувствовал, ибо моё сознание и так уже вышло за все возможные рамки, да и заемная сила, по большей части, начала покидать тело, лишая меня всей той лёгкости, что я смог на несколько жалких мгновений ощутить, однако…
Сомневаюсь, что теперь разучусь плести паутину, накладывая нематериальное на материальное, сомневаюсь, что разучусь накладывать иллюзорное на реальное, сомневаюсь, что перестану слышать звон междумирья…
Меня совершенно не удивляло, что междумирье и, в частности, нити для меня звучат, как звон миллионов колокольчиков.
Приятный звук. Совсем не раздражает, оставаясь где-то фоновым шумом на краю сознания. Он теперь будем со мной всегда.
Не доставая из ножен меч, махнул на гигантские ворота рукой, словно избавляясь от мошки. Ворота намёк поняли и решили уйти в декрет, вылетев из петель в незабываемый отпуск.
— А где звон? — спросил я у летавшего надо мной ворона, чем-то напоминающего предвестника смерти.
«Вы имеете в виду, колокола, прекрасный Божественный Небесный Демон?»
— Да.
«Смею предположить, что их убрали из-за повышенной боевой готовности, — умостившись мне на плечо, задумчиво протянул старый извращенец. — Мне жаль, но меня самого давно не было в культе».
— Ясно.
Коротко кивнув, неспешно направился вперёд, чувствуя, слыша звон реальности и видя колебания духовных нитей, как за мной наблюдают десятки глаз.
На секунду задумался, после чего остановился и поднял взгляд на покрытое густым белым облаком небо.
— На колени.
Мой короткий приказ заставил беспорядочные духовные нити вокруг меня натянуться, мигом притянув ко мне с десяток культистов, что попали в мою паутину в тот момент, когда я их почувствовал. Мужчины, не имея возможности сопротивляться, практически мгновенно оказались на коленях.
— Так вы встречаете главу? — хмыкнул иронично.
«Глупцы».
Ворон… кхм, закаркал как-то стрёмно-насмешливо, что прозвучало настолько неестественно, что даже мне немного настрой сбило.
К моему удивлению, сориентировались мужчины быстро:
— ВО СЛАВУ ЧЁРНЫХ НЕБЕС!!!
— ВО СЛАВУ ЧЁРНЫХ НЕБЕС!!!
— ВО СЛАВУ ЧЁРНЫХ НЕБЕС!!!
Проигнорировав их фанатичный ор, задумавшись над тем, что небеса лучше пускай будут белыми, чем чёрными, и об этом нужно будет потом подумать на досуге, направился дальше.
Я не шёл строго вперёд, позволив себе устроить небольшую прогулку, наслаждаясь видами. Позволить, судя по личным ощущениям, мог: сила настоятельницы уходила крайне медленно, основа явно теплилась не в физическом теле.