Страница 48 из 137
Светило солнышко, пели птички, на цветочной грядке весело жужжал шмель… Андрей хмуро смотрел на горделиво молчащий круг призыва.
— Ты издеваешься? — у него задергался глаз.
— У мужчин это бывает, — пожала плечами Жозель.
И тут же заработала подозрительный взгляд Андрея.
— Ты научилась пошлым шуткам?
— Каким еще пошлым шуткам? — удивилась мисс Алая. — Я про то, что мужчинам сложнее освоить призыв. Да и у воинов с магией часто поначалу все сложно… А ты про что там подумал⁈
— Про то, что иногда не стоит, когда надо… и стоит, когда не надо.
—… — Жозель прикрыла глаза и помассировала веки, заодно стараясь унять румянец на лице. — Притворюсь, что не слышала этого. Мда. Чем больше узнаю тебя и твоих подруг, тем меньше во мне веры в Высшие Силы.
— И правильно, не верь им, — кивнул Вестник. — Они там все те еще суки. Ну, кроме Санти. Дочурка — няшка. Ладно, все фигня, давай по новой…
Стерев круг призыва, Андрей начал снова… и снова… и снова…
— АААААА!!! — на двадцать седьмой раз нервы Вестника не выдержали и, прежде чем Жозель успела вмешаться, он бухнул в призыв чистейшей маны Истинной Бездны. — СУКА, ИЛИ ТЫ ЯВИШЬСЯ НА МОЙ ПРИЗЫВ, ИЛИ Я СПУЩУСЬ ВНИЗ И НАЧНУ…
БУМ!!!
Посреди круга призыва в остаточных всполохах черного тумана стояла девочка лет десяти-двенадцати в черном готичном платьице, с длинными черными волосами, кукольным личиком и прищуренными алыми глазками, что злобно сверкали из-под челки.
— Ну, привет, мамочка.
— Ээээ… Привет, Тайша. Пока, Тайш…
Договорить он не успел. Следующие пару минут Жозель в ступоре наблюдала за тем, как Вестника медленно заглатывала появившаяся у него под ногами здоровенная пасть, но тот не пытался вырваться, а с виноватым видом слушал отчитывающую его «дочурку», которую кривым призывом оторвал от важных дел. Почему дочь называла его «мамой», она так и не поняла.
В итоге, голос мисс Алая решила подать только тогда, когда макушка Вестника скрылась в пасти и та нырнула обратно на план Тени.
— Простите пожалуйста, но я вынуждена обратиться с вопросом… — осторожно начала преподавательница, но была прервана небрежным взмахом руки.
— Да не волнуйся, смертная, ничего этому идиоту не будет. Просто щас вывалится где-нибудь в случайном месте в радиусе пары сотен километров. Его вообще жрать невозможно — даже кусок дерьма на вкус и тот приятней будет. Все, бывай, и не подпускай этого кобеля к своей постели.
В следующую секунду девочка исчезла, а на небольшом полигоне вновь стало тихо. Жозель еще какое-то время постояла, ожидая непонятно чего, а после мысленно плюнула (физически сплюнуть ей не позволяло воспитание) и пошла в кабинет директора, дабы раскрутить ту на премиальную бутылочку элитной выпивки.
В коротком тупиковом переулке раздался грохот и отборный мат — чье-то тело упало с высоты третьего этажа в кучу старого подгнившего мусора, напугав окружающих крыс. Наконец Буревестник закончил то ли богохульства, то ли планы сексуального характера на ближайшую встречу с некоторыми бессмертными сущностями, после чего тяжело поднялся на ноги и скептически осмотрел свой костюм. К счастью, упал он на спину и Балахончик волей-неволей принял на себя всю грязь, от которой в данный момент спешно избавлялся.
— Ладно, могло быть и хуже, — в конечном итоге решил Андрей. — Могла явиться не Тайша, а её батя. Вот тогда просто лекцией и броском в сторону мусорки точно бы не отделался. И вообще, где это я?
Выйдя из переулка, он нашел ближайший указатель улицы, но название было ему не знакомо. Проверка астральной связи с Нэнси и Чешуйкой показали, что он в пределах города — во всяком случае, до них было около пяти километров. Зато вот отклик от Черной и Красной реплик был необычно близко — всего каких-то пятьсот метров. Учитывая, что он утром «обновил» призыв и сдал бойцов Шварцу — инквизитору, занимающемуся делом о вампирском клане Людвигов, то можно сделать вывод, что где-то рядом проходит операция церковников.
— Ориме вроде бы была подчиненной Томаса, — вспомнил Вестник. — И соответственно, должна быть с ним… Зайти пообщаться, что ли? Может, и подсоблю заодно, все равно девочки с Ытем возятся. Хе, монстр-страус-алконавт-суицидник, блин. Какой только херни во Вселенной не водится.
Поправив воротник, Андрей направился в сторону сигнала, идущего от своих реплик, насвистывая песенку про зайцев и траву и постукивая тростью по старой и уже порядком раздолбанной мостовой.
Цель он нашел сразу. Вообще, трудно было пройти мимо обветшалого кирпичного здания какого-то завода, перекрытого со всех сторон городской стражей и сотрудниками инквизитория. Небольшая толпа зевак, держащаяся на почтительном расстоянии, прилагалась.
— Пожалуйста, не подходите ближе, — при попытке приблизиться, путь Андрею загородил стражник лет тридцати с таким лицом, словно уже трое суток не спал. — Идет операция инквизитория, а это опасно.
— Да я как бы в курсе, — улыбнулся ему Вестник. — Инквизитор Томас Шварц или экзорцистка Ориме тут присутствуют?
— Эээммм… — да, стражник явно давно не спал, потому как любое нешаблонное действие вызывало у него короткое зависание.
— Сир Андрэ, — в этот момент из толпы одинаково одетых церковников выскочила названная экзорцистка. — Черная предупредила меня, что Вы приближаетесь. И, честно говоря, вы как раз вовремя.
— Что, все так плохо, что даже реплики не справляются? — удивился Вестник.
— Не плохо, а сложно, — вздохнула девушка. — В общем, идемте, сами увидите.
Вслед за Ориме он вошел под крышу бывшего завода и оттуда спустился в подвал. Открывшийся вид был… неприглядным.
— Родная, дорогая моему маленькому черному сердечку бойня, — грустно улыбнулся Андрей, осматривая раскиданные по полутемному помещению трупы разной степени целостности, а также следы от когтей, пуль и заклинаний. — Йоу, Красная!
— Явился, — махнула рукой стоящая рядом с инквизитором Томасом реплика. — Чё это ты? Вроде ж магию хотел с Алой изучать?
— Так изучал, — вздохнул Вестник, с кислой миной потерев шею. — Сначала ни хрена не получалось, а потом по ошибке призвал Тайшу.
— Оу… Ну, извиняй, сочувствовать не буду, — фыркнула Красная.
— Так что у вас за проблемы? — перевел Андрей взгляд на тактично молчавшего Шварца.
— Вот это, — вместо объяснений тот указал на дальнюю стену.