Страница 28 из 99
Через минуту Эбби вновь появилась в студии. Рядом с ней стоял Ник Озборн, который выглядел весьма растерянно.
- Мы пригласили всех ребят. В течение всего дня вы будете вместе вести эфир, общаться и говорить о Генри, - сказала Эбби.
- Честно говоря, я потрясен, - признался Ник, тяжело вздохнув. – Наверное, это хорошая идея. Один я бы не справился сегодня.
Тейлор окинула его беглым взглядом: Ник Озборн явно был не из тех, кто надолго врезается в память. Все в нем было как бы в самый раз – среднего роста, обычной комплекции, не красавец, но и отталкивающей его внешность нельзя было назвать. Одет просто и опрятно. Обычный мужчина средних лет.
– Мы всё понимаем, – пришла ему на помощь Тейлор. – У нас есть немного времени до начала эфира, поэтому… Может быть, кофе? Это поможет прийти в себя.
Через пять минут они уже пили горячий напиток из белых керамических кружек. Рик сидел за пультом управления, Ник – за столом рядом с Тейлор.
Пили молча. Каждый думал о своем, пока Тейлор не решилась нарушить повисшую тишину. Она обратилась к Нику:
– Получается, ты такой же давний радиолюбитель, как и все, кто здесь работает, – это прозвучало как полувопрос, полуутверждение.
Возможно, момент был выбран не самый удачный для того, чтобы вести праздные разговоры, однако Тейлор сочла, что лучше говорить хотя бы о чем-нибудь, нежели просто сидеть, погрузившись в свои мрачные мысли. К тому же, вина Генри относительно угроз в ее сторону пока не доказана, и у нее еще есть повод подозревать всех вокруг. Так почему бы не воспользоваться моментом и не попытаться узнать коллегу получше?
Она наблюдала за реакцией Ника и заметила, что он чуть расслабился и даже слегка улыбнулся ее реплике.
– Да. Я всегда хотел работать на радио – правда, не определился, кем именно. Я неплохо разбираюсь в электронике и компьютерах, а подростком увлекался аудиотехникой. Я сам из маленького городка в Техасе. Сбежал оттуда, когда мне стукнуло шестнадцать. Пару лет кружил по стране с рюкзаком за спиной, останавливаясь то тут, то там, нанимался на небольшие радиостанции. Кем только не работал – от мальчика на побегушках до техника по звуку.
Тейлор тронул его искренний рассказ, однако она решила пойти дальше.
– А что побудило тебя податься в Чикаго? – осторожно спросила она.
– Это был риск. Я знал, что пытаюсь пробиться в высшую лигу. Чикаго забит радиостанциями. Я стал бы работать даже бесплатно, лишь бы поучиться у них и показать, что могу сам. Мне повезло. Генри дал мне шанс… - Ник вздохнул.
– У Генри нюх на таланты, – заметил Рик и многозначительно посмотрел на Тейлор.
Она лишь слабо улыбнулась в ответ и снова посмотрела на Ника.
- Да, сочувствую всем нам… Вы дружили с Генри?
– Мы общались, но больше - по работе, хотя несколько раз ездили вместе в загородный гольф-клуб, - сухо ответил он, сделав глоток кофе, затем добавил: - У меня здесь не так много друзей, да и от моей семьи почти никого не осталось.
- Но, я надеюсь, твоя девушка поддержит тебя в эту трудную минуту, – произнес Рик.
Ник замер и посмотрел на Тейлор, словно ища спасения. Кажется, он совсем не был готов к подобным разговорам.
– Рик! – Тейлор сурово взглянула на своего режиссера за неуместное замечание.
Она повернулась к Нику:
– Не обращай на него внимания. Ему нравится изучать любовную жизнь других. Наверное, для сравнения.
– Нет. Сравнивать мне ни к чему, – ответил Рик. – А Тейлор, оказывается, может разговаривать и о любовной стороне жизни…
– Забудь об этом, – оборвала она его. – Это совсем не моя тема.
– Ага, значит, все же что-то происходит!
– Рик, прекрати, – Тейлор встала и посмотрела на свои часы. – Обрати внимание на время. Пора начинать.
– Тейлор, – голос Рика, серьезный, не поддразнивающий, остановил ее, и она вопросительно взглянула на него. – Серьезно это у тебя или нет, но я рад, что ты не одна.
Она неопределенно кивнула, снова опустилась в кресло и надела наушники.
***
Из короткого тревожного сна его вырвал до боли знакомый голос. Троттл открыл глаза и чуть приподнялся. Вокруг была все та же лаконичная обстановка камеры временного задержания в полицейском участке, а он лежал на жесткой койке, явно не подходящей его росту и комплекции. Он едва помещался на ней, и, возможно, было бы правильнее устроиться на полу, если бы он не был таким ледяным.
- После музыкальной композиции мы вновь возвращаемся к нашему разговору. Напоминаю, что в студии для вас сегодня работают Тейлор Хилл и Ник Озборн. Сегодня четверг, 29 мая… - это был голос Тейлор, звучащий из радиоприемника, установленного, видимо, где-то в коридоре.
«Ник Озборн…» - Троттл резко сел и принялся шарить по карманам, пока не извлек на свет сложенный вчетверо лист бумаги, на котором аккуратным почерком Тейлор были перечислены имена всех ведущих радиостанции с указанием времени работы в эфире.
- Ник Озборн. Пятнадцать-пятнадцать – девятнадцать-ноль-ноль… - вслух повторил он.
Пока что он плохо понимал, для чего попросил Тейлор написать этот список, однако периодически просматривал его, словно пытаясь обнаружить там ответ на мучивший его вопрос. Словно это каким-то образом было связано с тем, что с ней происходит.
От размышлений его отвлек глубокий бас дежурного офицера.
- И все-таки я сперва должен разобраться, в чем дело!
Троттл повернул голову и не поверил своим глазам: перед решеткой камеры стояла Чарли, а рядом с ней высокий коренастый служитель порядка. Троттл едва не воскликнул: «Чарли?! Что ты здесь делаешь?», но вовремя заметил, что на ней светло-голубая униформа медсестры, а в руке – металлический кейс, в котором обычно медицинские работники переносят мини-лабораторию для взятия анализов и проб. Да и взгляд Чарли красноречивее любых слов говорил о том, что сейчас ему лучше помалкивать.
Троттл продолжал недоуменно наблюдать за тем, как полицейский, гремя ключами и громко сопя, недоверчиво смотрел на Чарли, а она хотя и старалась сохранять невозмутимый вид, все же сильно нервничала, и Троттл чувствовал это.
Он уже догадался по ее маскараду, что она пришла сюда с целью вытащить его, что это было частью плана, придуманного ею и Винни с Модо, хотя и смутно представлял, насколько это возможно – чтобы вот так любой мог явиться в полицейский участок и под видом медперсонала умыкнуть заключенного из камеры.
- Повторяю вам: я из Института исследований генетических патологий и мутаций, - проговорила Чарли и посмотрела на офицера. – Нам поступило сообщение, что у вас находится человек с редким синдромом. Нам необходимо его обследовать, поэтому я здесь, чтобы забрать его для проведения всех необходимых анализов.
- Это я помню, но… Как вы сказали, ваше имя, мисс…? – офицер, видимо, продолжая сомневаться, заглянул в свои записи, прикрепленные к пластиковому планшету.
- Мисс Дэвис, - ответила Чарли. – Могу снова предъявить вам свои документы.
- Но у меня здесь сказано, что приедет некая доктор Харпер из отдела судебной медицины, - возразил офицер и подозрительно посмотрел на Чарли.
- Вероятно, была допущена неточность, - осторожно предположила девушка и сверкнула своими изумрудными глазами. – Простите, офицер, но я очень тороплюсь. Вы же не хотите, чтобы у вас из-за проволочек со мной были проблемы с начальством? Откройте, пожалуйста, камеру. Мистер ван Драйв должен поехать со мной на осмотр в наш центр. Я беру его под свою ответственность. Где нужно расписаться?
Полицейский, казалось, засомневался еще больше. Его взгляд забегал. Чарли заметила это и снова заговорила, чуть понизив голос:
- Офицер, вы понимаете, насколько серьезной является проблема? – она покосилась на Троттла. – Этот человек, скорее всего, носитель опасного вируса, который может вызвать страшную эпидемию. Любые контакты с людьми будут способствовать распространению болезни с бешеной скоростью. Мы рискуем жизнью и здоровьем жителей Чикаго!