Страница 11 из 67
Его кабинет находится на пятом этаже с окном, размером в стену. Мебель была сделана по классическим эскизам прошлых столетий, преимущественно из дерева, причём, красного. По мнению отдела психоаналитики, более классические вещи, даже раритетные, способствовали повышению эффективности работы сотрудников, создавая тем самым атмосферу чего-то значимого, сложного. Ещё бы, ведь если посмотреть на рабочий стол Максима, имеющий узорную резьбу и дорогое лакокрасочное покрытие, захочешь за ним сидеть не вылезая. За столом стоял не менее изысканный стул, с которого вообще слезать не хочешь. Максим был пару раз в кабинете начальства, в нём царила атмосфера средневекового дворца, где потолок был высотой более пятнадцати метров и имел роспись, не хуже художественного взгляда Леонардо.
Во всём этом разнообразии «древностей» укромно приютились технологии, как 5D мониторы, кофемашины, генераторы блюд, плазменные светильники и многое другое. Многим сотрудникам такое сочетание говорило о том, что технологии можно внедрить куда угодно, если они будут приносить пользу на своих местах. Тысяча сотрудников и все работали, словно отлаженные часы ювелирной работы. Не всё всегда шло как надо: кто-то заболевал и пропадал на пару дней, кто-то резко увольнялся, кто-то прошёл тест на лояльность и дал дёру в Конкордию, кто-то не справился с проектом или напортачил с расчётами, отправив новую партию дронов не на склад, а в продуктовый магазин… Несмотря ни на что, «система» работала слажено, всевозможные «сбои» уже были просчитаны Инфолинком и всегда, при необходимости, находились резервы.
Церера не стремилась к тотальному контролю, но её подопечные фирмы, корпорации, процветали не зная бед — их было не так уж и много. Ей не нужны были дорогие загородные дома, яхты или пышные светские приёмы, все траты прибыли от Ютека или Луча она всегда расходовала на дело, а не на личную выгоду. Церера из года в год выполняла то обещание, которое дала в первый день захвата власти, наводя пушки и орудия на людей: «Я не желаю вам зла, а хочу улучшить жизнь всех людей, раскрыть потенциал каждого. Каждый важен, каждый будет услышан». Днём и ночью, без отдыха, от неё поступали распоряжения в рамках обещаний, которые она дала. Люди действительно получали жизнь лучше, но получали и рамки строгих, а порой и суровых ограничений.
Недавний сбой электричества отразился и на филиале: в течении минуты были серьёзные сбои во всех системах здания, даже временно пропала связь с центральным управлением Ютека, что находилось в Конкордии. Тем не менее, никто не знал в чём была причина, по крайней мере никаких версий не было. Люди считали, что произошёл сбой на подстанции, туда уже были отправлены ремонтные дроны. У Максима сгорел рабочий моноблок и он ждал того, когда ему доставят новый. Большую часть рабочих данных сотрудники хранили на общем сервере, но в тот момент Максим не успел сохранить свою работу в облако из-за чего сильно нервничал: начинать заново он не хотел и надеялся, что специалисты смогут восстановить его данные. Филиал обладал мощными системами безопасности, в том числе и от перепадов напряжения. Как случился такой инцидент — было непонятно. Самое странное, такое было и раньше, но с куда меньшим ущербом для корпорации. Мнения разделились: одни считали, что мятежники пытаются навредить Ютеку. Другие считали, что виной был обычная неисправность на городской подстанции, либо на центральной станции, что находилась за пределами Новограда. В любом случае, все опасались того, что сбой может повториться.
Новый моноблок обещали доставить ещё с утра, но отдел снабжения сообщил Максиму то, что они зашиваются и нужно подождать ещё часа три — некого к нему послать, все техники были заняты устранением неисправностей по всему зданию. Андрей, его знакомый коллега, который работал в отделе снабжения, предложим ему самому прийти к нему и забрать моноблок, если тот нужен был срочно. Конечно же, Максим не желал терять время и уже семимильными шагами шагал по общему коридору к отделу. Ему на пути часто попадались учёные-лоялисты. Они были встревожены, парочка чуть не врезалась в него, спеша неизвестно куда. В части коридора не было света, где уже работал техник, стоя на стремянке и ремонтируя одну из ламп.
Отдел снабжения представлял собой крупный офис и огромный склад, на котором хранилось всё то, что может потребоваться сотрудникам Ютека для работы. Суматоха была там знатная. Максим много раз бывал на складе, но на нём обычно царил порядок и тишина. Сейчас же люди бегали как ненормальные.
— Моноблок я отложил, тебе не придётся идти в этот ужас, — сказал Андрей, подходя к Максиму.
Андрей был невысокого роста, полноватый и большой любитель свитеров, в которых ходил зимой и летом. Он носил очки с толстыми линзами, которые постоянно сползали с его носа. Он был один из руководителей низшего звена по складу с нетипично добродушным характером для такой должности, и что ещё более удивительно — с железным спокойствием, ибо его работа была тем ещё стрессом. По сути он ничем особо не руководил, а следил за тем, чтобы на складе всегда был запас ремонтных деталей или тех же моноблоков для компании.
— Как брат поживает? — любезно спросил он, глядя на суету склада, словно на спокойные волны пляжа. — Слышал об его похищении, сочувствую.
— Он упрямый как трёхрогий баран, — недовольно сказал Максим. — Я могу пристроить его в Ютек, связи есть, но нет, он хочет страдать в полиции даже не являясь полицейским.
— Ох уж эти младшие братья, — снова вздохнул Андрей. — Пока ноги не оторвёт — не поймёт.
Максим недовольно на него посмотрел.
— Шучу-шучу, ноги в больничке ему сделают, если потребуется, в общем. Хотя, я уже не уверен, что и здесь лучше. Люди работают сверх нормы, ты сам вон какой бледный и мешки под глазами такие, словно картошки в них накидал.
— Мне нужно повышение, — буркнул Максим.
— Ценой рассудка? — усмехнулся коллега. — Я сижу на месте, не делаю того, чего не надо и всё в шоколаде.
— Я так не могу, ты же знаешь.
— Да-да, стремись к лучшему и бла бла бла, — сказав, Андрей закатил глаза, а после достал из кармана пончик и начал его есть несмотря на то, что тот был в волокнах шерсти от его свитера.
Максим удивлённо на него посмотрел.
— Что? — спросил Андрей, жуя пончик. — У меня второй завтрак.
Максим забрал моноблок и унёс его к себе в кабинет. Хорошей новостью было то, что специалисты смогли восстановить данные из старого и уже загрузили их в облако, от чего мужчина испытал невероятное облегчение.
Глава 6
Артём вернулся в квартиру Максима, чтобы отоспаться несколько часов в комфорте. Брат как обычно пропадал в Ютеке, а его девушка в Луче на стажировке в отделе биотехнологий по направлению протезирования. Не все люди, потерявшие конечности по тем или иным причинам хотели заказать себе новые. Обычно у них бралось ДНК, и на его основе искусственно выращивалась нужная конечность или орган, а затем шло «пришивание» к телу без оставления шрамов. Такая технология была создана ещё до великой революции, но была засекречена и использовалась среди высшего военного командования. Церера сразу сняла гриф секретности, отдав технологию людям, а лучшие умы её доработали почти до идеала.
Многие люди не хотели получать новую конечность иногда из страха, неких фобий в плане чего-то инородного. Причин было много. Они проходили психологическую комиссию, и если та давала добро, то пациенту разрешался протез. Протезирование было запрещено в свободном доступе по причине того, что люди могли получить тем самым опасные передовые технологии, как увеличенная сила или маскировка оружия. Протезы давались только по медицинским показаниям не только пострадавшим, но и людям, имеющими врождённые отклонения. Очереди на такие операции были большие, людям приходилось ждать месяцами, а то и годами, если не было только угрозы для жизни.
Проспав до вечера, Артём встретился с Гелей на центральной городской площади. Она представляла собой большое открытое пространство, по которому ходило множество людей. В центре стоял блок 5D мониторов, с которых Церера вещала новости, показывала события в городах, а также изредка была лёгкая пропаганда от её лица или от какого-либо светоча. Светочи также выступали вживую на площади один или раз в неделю, принимая вопросы и просьбы граждан для того, что бы передать их Церере. Многие считали это глупостью, ведь считалось, что Церера слышала и видела практически всё, что происходило в городе круглосуточно.