Страница 95 из 121
— Думаю, — произнёс председатель, — в этой ситуации самое правильное взять паузу. Объявляю перерыв. Просьба лидеров фракций подойти по вопросу переноса голосования в кабинет председателя. — Стук молоточком, после чего трансляция шла ещё несколько секунд, было видно, как оставшиеся сенаторы повскакивали с мест и начали что-то обсуждать, иногда громко крича, а после камеры показали вид сенатской площади и творящийся там беспредел — «мясо», наконец, дрогуло, и отступало быстро, правда пока ещё огрызаясь от наступающих фанатов. Но я понял, дело сделано. Наконец, камеры выцелили девочку-журналистку перед зданием, но с противоположной от площади стороны, что-то там вещающую про настроение, про всеобщее непонимание, что происходит, и, наконец, диктор — женщина с более умным лицом, серьёзно, но растеряно что-то там начала вещать про вынужденный перенос голосования по причине прорыва «хулиганов с улицы» в зал заседания. Главная мысль: «Мы следим за ситуацией». «А сейчас передаю слово нашему корреспонденту с площади Независимости, где совсем недавно также закончились столкновения спортивных фанатов и активистов-республиканцев…»
Всё, пошла вода. Дальше можно не слушать.
Активировал линию Сирены:
— Привет ещё раз. Твои мысли?
— Мысли? — Она довольно усмехнулась. Обожравшаяся сметаны киса, не иначе. — Если они упрутся, Лея распустит их со спокойной совестью, вообще не напрягаясь.
— А без этого концерта распустила бы с неспокойной. — поддел я.
— Ну, тогда это выглядело бы как диктатура и захват власти, — пояснила очевидное она. — А так плохой Сенат не хочет слышать мнения достаточно большой части населения, которое, не пылая любовью к её величеству, выступает против их глупых инициатив. Инициатив предательских! — выделила она. — Предающих интересы Венеры, как страны. Мы вытащили ситуацию, Хуан! Спасибо тебе. Я бы так красиво не смогла. Конечно, получается, ты опять взялся за старое, но главное эффективность.
— И давно ты изменила это мнение? — подленько усмехнулся я. — Помнится, в «Натюрморте» считала иначе. Мои попытки играть одними и теми же методами восприняла как личное оскорбление.
— Хуан, давай зароем тот топор войны? — устало вздохнула её превосходительство. — У нас одна цель, и один враг. И ты доказал, что умеешь удивлять. И сейчас начнётся самое сложное, и ты сам перед началом мне на это намекнул.
— Да, сеньоры не могут выиграть по правилам — значит, будут на ходу менять правила, — озвучил очевидное я. — А в итоге попытаются стукнуть нас шахматной доской, как недавно сделал я.
— Рада, что ты умный мальчик. Для понимания, наш альянс с Империей Союзу поперёк горла. Как и России. За последних не знаю, но Союз пойдёт на всё, чтобы не случилось перехода Венеры под имперское влияние.
— И одновременно чтобы мы не угрожали, — понял я и развил мысль. — Им нужно чтобы к власти у нас пришли патриотически настроенные военные, не связанные с проимперским олигархатом и продажной стервой-королевой. Военные, которые устроят у нас собственную диктатуру, и им, как порядочным силовикам, будет плевать на жертвы среди мирных. Тогда нам некогда будет заниматься экспансией — своё бы удержать.
— Я надеюсь, они не посмеют настолько высунуть голову, чтобы привлечь к перевороту военных. Мы сильнее их, Хуан, и пока ведём по всем фронтам. Но на душе неспокойно. Будь осторожен!
— Служу Венере!
— И… Спасибо. За сегодня! — Рассоединилась.
Как же надоели эти политические игрища!