Страница 19 из 25
9
Миссис Уэйкфилд вошла в кухню, прислонила свой портфельчик к стулу, налила себе чашку кофе, села за стол и собиралась уже развернуть записку Джессики, когда в дверях появилась Элизабет.
– Привет! Похоже, мы с тобой сегодня одни. Хочешь, отметим мою удачную встречу с китайской делегацией?
Элизабет обрадовалась, что у мамы все прошло успешно. Тем более ей не хотелось огорчать ее происшествием с Салли.
– Пожалуй, мам. Но сначала мне нужно кое-что тебе сказать.
– Ага. Вижу, вижу по твоему лицу. Уж не обгрызла ли Салли мои портьеры?! А?
– Хорошо бы, если бы все было так просто, – вздохнула Лиз. – Боюсь, что она потерялась, мам.
– Кто потерялся?
– Салли.
Мама молча выслушала рассказ о записке, о веревке, о бесплодных поисках по всей округе. Не упомянула Лиз, разумеется, лишь об одном: о концерте Доллара. Конечно, Джессике и так попадет за безответственность, но, по крайней мере, родители не будут знать, что она их ослушалась. Элизабет не выдержит, если сестренку накажут, даже за дело!
– Я только не пойму: почему она не могла дождаться хозяйки, – сказала миссис Уэйкфилд скорее озадаченно, нежели сердито. – Джессика и так часто бывает у Лилы. Могла бы подождать пару часиков.
– Может, она обещала Фаулерам прийти к обеду, – предположила Лиз.
– Да, но у нее еще было другое, более важное обязательство. Перед миссис Брэмбл.
Как бы в продолжение сказанного раздался звонок в дверь. Элизабет и миссис Уэйкфилд подскочили и переглянулись: обе тотчас поняли, кто это. Никому не хотелось открывать. В конце концов, встречать старую даму отправилась Лиз. Она открыла дверь, смущенно улыбаясь:
– Здравствуйте, уважаемая миссис Брэмбл. Заходите, пожалуйста. Мама на кухне.
– Здравствуй-здравствуй, дорогая. Я только на минутку. Хочу поблагодарить тебя, что присмотрела за моей Салли. Вот подарочек, который я тебе обещала.
Миссис Брэмбл достала из дорожной сумки маленькую коробочку в пестрой обертке и подала ее Элизабет. Тогда только девочка поняла, что ее перепутали с Джессикой.
– Я Элизабет, миссис Брэмбл. Но я передам это Джессике, как только она вернется домой. Проходите, присядьте. – Элизабет потянула гостью в парадную комнату.
Она почему-то считала необходимым усадить старушку, прежде чем рассказать ей о пропаже Салли.
– Нет, спасибо. Я, наверное, просто заберу мою старую подружку домой. Думаю, мы обе порядком подустали.
Тут из кухни вышла миссис Уэйкфилд:
– О, миссис Брэмбл, вы действительно очень устали. Наверное, путешествие было не из приятных. Ради Бога, проходите в гостиную и садитесь.
Миссис Брэмбл устроилась на диване и рассказала о задержке автобуса, о том, что отъезд беспрестанно откладывался. Потом замолчала и рассмеялась:
– Ну, хватит обо мне. Как дела у вас и у Салли? Просто не могу высказать вам, как приятно знать, что она оставалась с такой милой семьей.
Мать и дочь снова озабоченно переглянулись. Бедная миссис Брэмбл так искренне расхваливала Уэйкфилдов, что обеим стало еще более не по себе. В конце концов, миссис Уэйкфилд решила сама объявить о случившемся, и Элизабет безмолвно поблагодарила ее.
– Боюсь, что кое-кто оказался не таким ответственным, как ему следовало, миссис Брэмбл. Моя дочь Джессика договорилась пойти к подруге сегодня вечером. Узнав, что вы задерживаетесь, она не стала менять свои планы.
– Ой, да ничего страшного, – Дружелюбно улыбнулась миссис Брэмбл. – Я знаю молодежь. Салли непременно простит ее за то, что она не попрощалась.
Элизабет видела, что мама явно нервничает. Вот она неловко поерзала на стуле, потом нежно взяла миссис Брэмбл за руку и закончила печальный рассказ:
– Джессика никого из нас не дождалась, миссис Брэмбл. Она привязала Салли к дереву на заднем дворе и оставила ее одну. Когда пришла Элизабет, она увидела, что Салли сорвалась с привязи и убежала.
Но хозяйка собаки все никак не могла взять в толк, что произошло.
– Да-да, она так любит бегать, – подхватила она. – Иногда мне приходится изо всех сил бежать, чтобы поспеть за ней.
– Боюсь, что на сей раз я не смогла поспеть за ней, – виновато промолвила Элизабет.
Господи, как все это ужасно. Миссис Брэмбл так добродушна и мила в своем сиреневом дорожном костюме, так трогательно поглядывает на кухню, ожидая вот-вот увидеть свою любимицу!
– Миссис Брэмбл, когда я вернулась, Салли уже убежала. Я расспросила всех соседей, но ее никто не видел.
И тут, наконец, старушка все поняла. Ее глаза тотчас увлажнились, а голос задрожал:
– Ты хочешь сказать, что Салли потерялась? Что моя девочка сейчас где-то совсем одна?
Элизабет сама готова была заплакать. Она знала: для миссис Брэмбл эта собачка – все на свете.
– Вы уж меня простите, ради Бога. – Старая дама расплакалась, слезы ручьями текли по ее щекам. – С тех пор, как умер мой муж, Салли – это вся моя семья. – Она достала из сумочки носовой платок и промокнула глаза. – Вроде бы нелепо так убиваться из-за собаки, но мы с моей девочкой так долго жили душа в душу…
Миссис Уэйкфилд молча обняла несчастную женщину. Элизабет видела, как беспомощно чувствует себя мама. Но никакими словами не вернешь Салли.
Миссис Брэмбл выпрямилась и усилием воли заставила себя говорить спокойно.
– Что ж, – твердо сказала она, убирая платок и вставая, – если Салли потерялась, нам надо ее найти. Она хоть и старенькая, но всегда отзывается на мой голос.
Миссис Уэйкфилд взяла ее под руку, и все трое направились к выходу. Мама и дочка показали миссис Брэмбл место, где была привязана Салли. Потом все вместе они попробовали восстановить путь беглянки. Хотя Эми и Элизабет уже расспросили всех по соседству, старая дама была уверена, что Салли где-то поблизости, растерянная и несчастная.
Больше получаса они ходили вокруг дома и по ближайшим улицам. Тонким дрожащим голосом миссис Брэмбл звала и звала Салли. От этого крика у Элизабет замирало сердце. Она бы отдала все на свете, только бы напасть на след старой лохматой собачки, но поиски были тщетны.
Чем больше страдала бедная хозяйка, тем усерднее Элизабет и ее мама помогали искать пропажу, повторяя вслед за миссис Брэмбл имя Салли.