Страница 1 из 11
И. Зоткина
Склеп феи Маргулис
Часть 1. Лазарет под ногами
Стел
Мужчина открыл глаза. Он пытался что-нибудь вспомнить и понять, что случилось? Но не мог. Он всё забыл. Он лежал в белой комнате, в которой пахло лекарством, около него кто-то сидел, закутанный в белую шаль. С трудом, разглядев силуэт женщины, которая вдруг пошевелилась и протянула к нему руки, он испугался и отпрянул от неё. Сиделка заговорила на его родном языке: – Не бойся меня. Это я спасла тебя. – Взяв его руки, она тихонько подтянула его к себе и посадила: – Как я понимаю, тебе теперь лучше. Ты долго спал, я уж и не надеялась, что выхожу тебя.
Рис 1. Знак -Дева
Это благодаря бальзаму колдуньи Земфиры с планеты Святого Лавра. Я специально летала за ним на планету Лючии, только там можно его достать. Ты поправишься.
– Земфира, это же не живой человек, а персонаж? – прошептал мужчина, – да и жила она Бог знает, когда. – Она до сих пор живёт в своей часовне, на планете Святого Лавра, скрываясь от людей. Созданный ею бальзам делают только на планете Святого Лавра, потом привозят на планету Лючии.
Пробовали его делать на планете Лючии, но не получилось. Говорят, вода не та, да и духа Земфиры там нет. Бальзам делают в лаборатории, расположенной высоко в горах. Специальные колбы после изготовления бальзама помещают в озёрную воду и выдерживают. Когда он настоится, ждут прихода Земфиры. Только тот бальзам считается целебным, на котором она поставит свой знак. Потом с большой осторожностью его отправляют на планету Лючии. Никто не может ответить на вопрос: – Почему больше никто не может создать такой бальзам? – Женщина подала большую чашку с напитком: – Выпей и отдыхай! Ты ещё очень слаб, и тебе нужен покой.
– Планета Лючии? – переспросил мужчина. Я не знаю такую, не помню. Может, – Огненная планета, планета Рука, знак- Дева? – мысли мужчины стали путаться. Скажите, где я? Что со мной случилось? – попросил мужчина. – Я ничего не помню! – Не волнуйся, скоро всё вспомнишь. Пока тебе нельзя напрягаться, – успокоила его женщина, погладив по голове, словно маленького ребенка. Больной выпил напиток и уснул. Женщина постояла над ним и уже собралась уходить, как в комнату вбежал белокурый юноша и потащил её в другую сторону: – Мама, мама, пойдём скорее. Я покажу тебе новую кружку-поилку для больных, которую слепил Марко. – Стел, почему ты даже не спросил про отца? Куда ты меня тащишь? – Мама, тебя невозможно найти, ты никогда не бываешь дома: то в своей лаборатории, то здесь в лазарете, то у этого повелителя, которого я терпеть не могу, – оправдывался мальчик. – Не говори так, – строго сказала мать, – повелитель и так на тебя сердит. Ты уже большой, Стел. Как дела в гимназии? – Мам, почему ты мне не можешь ничего рассказать про папу, почему он такой странный?
– Твой папа болен. Но сейчас ему лучше, скоро он поправиться и сам всё расскажет. – Мам, почему я такой белый? Папа чёрный, ты чёрная, а я белый? Меня в гимназии все дразнят – седой. – Но ведь ты же не седой, а беленький, – засмеялась мать.
– Мам, а, почему марко мне не брат? Я хочу, чтобы он был моим братом. – Он и есть твой брат, только сводный. У него другой папа. – Разве папы бывают другие? – Конечно, бывают, – ответила женщина и попросила: – Стел, сходи, пожалуйста, ко мне в лабораторию, принеси склянку с розовой водой, мне надо перевязать раны твоему дедушке. Он лежит около окна. – Мам, а дедушка это кто? Вернее, чей он папа, твой или папин? – Разве, я тебе не говорила? – произнесла мать и тут же перевела разговор на другую тему. Стел ждал ответа, но так и не дождался. – Стел, долго ты будешь прохлаждаться? Ты идешь за склянкой? – спросила мать.
– Иду, иду! – проговорил мальчик сердито и пошёл наверх. Когда он вернулся, мать стояла у постели старого мужчины и пыталась его приподнять. Юноша подошёл к ней и стал помогать. Подушка съехала, на пол упал конверт, из которого выпала фотография и какие-то бумаги. Мать не обращала на него внимания.
Мальчик поднял фотографию и долго её рассматривал. На фотографии он узнал только отца. Остальные люди ему были незнакомы. Стел положил фотографию в конверт и сунул под подушку. – Стел, я должна буду скоро улететь к сестре, ты останешься здесь за старшего санитара. Смотри, будь осторожен! Особенно остерегайся моего нового помощника, которого прислал повелитель. Ни в коем случае он не должен узнать о лазарете. Ты же знаешь, это наша тайна и, если кто – то прознает, то погибнет много пленённых астронавтов.
– Мам, правда, что повелитель-колдун? Об этом все говорят. И, как повелитель не догадался о лазарете, который у него под ногами? Если он колдун, то очень плохой колдун! – Стел сплюнул.
– Стел, это что за выходки. Что ты говоришь? Относись к повелителю с уважением и не слушай все сплетни о нём. Он не плохой человек, – фея Лагранж, осуждающе посмотрела на сына и отвернулась. – Лазарет под ногами – повторила она фразу и улыбнулась. – А это же верно, прямо в точку!
Рис 2. На фотографии были незнакомые люди
– Ладно, мам, ты не беспокойся, я сам всё знаю. Я даже некоторые настойки могу делать. – Откуда ты берешь составы настоек? – заинтересованно спросила фея Лагранж.
– У всех понемногу перенимаю: у тебя, у повелителя, у себя, – ответил мальчик, хитро прищурив глаза. – Ну ладно у меня, хотя, как ты их берёшь, если все они зашифрованы? – удивилась мать. – Как ты их берёшь у повелителя, вот вопрос? – строго спросила она.
– Мам, ты же знаешь, что все твои шифры я знаю и умею их читать. У повелителя просто краду, – мальчик поправился, – можно сказать, он сам мне отдаёт их. Делаю это так: когда он приходит, он обычно тебе хвастается чем-нибудь; сам того не замечая, пишет какие-то формулы; затем вскакивает и уходит, а бумажки оставляет. Ещё я нашёл вход в его старую, заброшенную лабораторию и хожу туда свободно. Там чего только нет! Всё, что он не доделывает, он ставит туда, – дал объяснения Стел. – Это же плохо, брать чужое! – возмутилась фея Лагранж.
– Я не беру. Я только определяю состав. Вы часто повторяетесь и составы ваших растворов очень похожи, но ты сильнее его, – оправдывался мальчик.
«Значит, он дает мне разрабатывать составы, которые не может сделать сам?» – подумала фея Лагранж, но тут же выкинула эту мысль из головы.
– Стел, ты очень много говоришь, тем более о том, о чём просто так говорить нельзя, а если кто-нибудь тебя подслушает?
– Я наверху никогда не разговариваю об этом, там я молчун. Мам, а куда ты отправляешь людей из лазарета? – неожиданно спросил Стел.
– К твоей тёте-фее на планету Гамма. Ты же знаешь её? Да, ко мне на стажировку прибыла её дочь, очень славная девочка – будущая фея и хороший химик. – Она задумалась, потом, спохватившись, сказала: – Пойдём, нам пора! Скоро придёт повелитель, он не любит ждать. – Женщина погладила мальчика по голове, нежно обняла за плечи, и они пошли.
– Мам, а моя тётя, почему к нам не прилетает? Я знаю, что многие феи Добра имеют крылья, если они бессмертны. У неё есть крылья?
– Да, у неё есть крылья, она прилетает сюда, когда я посылаю ей сигналы бедствия.
– Мам, а почему ты никогда не летаешь к тёте? – спросил сын и добавил, – и меня бы взяла?
– Я фея тёмной планеты и должна жить на ней, – ответила мать и, помолчав, добавила. – Чтобы покинуть планету Теней, я должна получать разрешение у главной феи Вселенной, а также у повелителя этой планеты.
–Причём здесь повелитель, ведь тебя могли послать на другую планету? – возразил мальчик.
– Я была нужна здесь, да я и сама стремилась сюда.
– А папа и мой дедушка, они прилетели с тобой?