Страница 13 из 68
Затем девушку попросили выпрямиться и неторопливо вылили ей на голову ещё одно ведро тёплой, почти горячей воды.
— Ух здорово! — не удержавшись, охнула она по-русски.
— Что вы сказали, госпожа гостья? — встрепенулась банщица.
— Говорю, запах приятный, — после короткого замешательства ответила та, подобрав, как ей казалось, наиболее похоже звучащие слова.
— Рада, что вам понравилось, госпожа, — сказала собеседница и принялась вытирать мокрой тряпкой плечи Ии.
— Я сама, — проворчала девушка, отбирая мочалку.
— Как прикажете, госпожа, — с лёгким удивлением проговорила служанка.
«Всё, хватит кайфовать, — подумала путешественница между мирами, ожесточённо натирая ноги под водой. — А то опять что-нибудь ляпну».
Шлёпнув мокрую тряпку на бортик ванной, она встала, намереваясь выбраться из неё.
— Подождите, госпожа! — озабоченно вскричала банщица. — Я принесу полотенце.
— Неси, — пожала плечами Платина и, игнорируя лесенку, опустила ноги на куснувший холодом пол.
Навстречу ей из предбанника выскочила служанка, на ходу разворачивая полотенце, размерами походившее на простыню для двуспальной кровати. Ткань, напоминавшая хорошо знакомый Ие хлопок, прекрасно впитывала влагу. Задрапировавшись в это супер-полотенце, словно в древнеримскую тогу, девушка взялась за подаренное бельё.
Длинные исподние штаны из белой материи с завязочками на поясе подошли почти идеально. Разве что в бёдрах оказались слегка узковаты и туго обтягивали зад.
А вот вместо уже привычной для неё мужской нательной рубахи на скамейке лежала аккуратно свёрнутая в рулончик полотняная лента шириной сантиметров в пятнадцать, повергшая Ию в короткий ступор.
Лишь через несколько томительных секунд она вспомнила, как монашка рассказывала про какие-то грудные повязки, которые местные знатные дамы носят вместо лифчика.
Вот только тогда буквально «погребённая» под валом информации Платина не удосужилась узнать: как же надевают и носят сей предмет женского туалета?
Однако выказывать свою неосведомлённость в столь элементарных вещах не хотелось. Поэтому, подумав, она произнесла самым невинным тоном:
— Помоги мне одеть.
— Не изволите ли Усую подождать, госпожа? — извиняющимся, почти плачущим тоном попросила женщина. — Я простая банщица, барышень одевать не обучена. Помочь раздеться ещё сумею, а с таким не справлюсь.
«Вот же ж! — досадливо поморщилась девушка. — А где она лазает? Ладно, займёмся пока чем-нибудь другим».
И запахнув на груди полотенце, она один за другим натянула высокие, холщовые носочки, которые тоже оказались слишком узкими и едва налезли на ступню.
— Старшая госпожа приказала передать вам это, — сказала банщица.
Обернувшись, Ия увидела у неё в руках светло-коричневые кожаные туфли, расшитые по краю простеньким узором из красных и жёлтых ниток.
«А бедноватый здесь выбор фасонов, — усмехнулась про себя путешественница между мирами. — Или чешки тряпичные, или такие вот калоши».
Зато с размером жена начальника уезда почти угадала. Туфли оказались лишь немного великоваты, но тем не менее не соскальзывали с ноги.
«Так даже лучше, — подумала девушка, рассматривая обновку. — Можно ещё пару носков надеть для тепла. И смотрятся неплохо. Всё лучше, чем гламурные чувяки жён Сабуро».
Её размышления прервал скрип дверных петель. В баню вместе с холодом ворвалась запыхавшаяся Усуя, прижимая к груди свёрнутый плащ.
— Простите, госпожа гостья, что заставила вас ждать, — тяжело дыша проговорила она, низко кланяясь.
— Ты вовремя, — не смогла удержаться от улыбки Ия. — Помоги мне одеться.
Она кивнула на сиротливо лежащую поодаль ленту.
— Да, госпожа, — круглое лицо служанки просияло.
Наверное, она ожидала по меньшей мере упрёков, но видя, что важная гостья не гневается, выглядела почти счастливой.
Положив плащ на лавку, Усуя взяла матерчатый рулончик и замялась в нерешительности.
— Что-то не так? — насторожилась Платина, опасаясь опростоволоситься в очередной раз.
— Прижмите конец к телу, госпожа, — явно робея, пробормотала служанка.
— Покажи как? — попросила девушка, рассудив, что терять уже всё равно нечего, а учиться носить здешние вещи нужно.
— Вот так, — ещё больше смущаясь, служанка сунула ей под мышку один край полосы и принялась деловито виток за витком обматывать ленту вокруг груди Ии. Потом она как-то ловко вставила второй конец полосы между витками и, поклонившись, отошла, явно любуясь своей работой.
Девушка поёжилась. Повязка сдавливала грудь, затрудняя дыхание. Но, если местные женщины носят подобные безобразия, то и ей лучше пока следовать общепринятой моде и не выделяться.
Пока Платина одевалась, банщица заботливо вытерла ей волосы полотенцем, а затем Усуя расчесала их деревянным гребнем с редкими зубчиками и заплела в аккуратную косу.
— А зеркало здесь есть? — поинтересовалась Ия.
— О Вечное небо! — всплеснув руками, банщица торопливо затараторила: — Простите, госпожа гостья! Конечно есть!
Продолжая оправдываться, она бросилась к сундуку.
— Я сегодня никого не ждала, вот и убрала его. Госпожа Амадо Сабуро про зеркало-то и не вспомнила. Монашкам-то оно без надобности. Во имя Вечного неба, простите меня глупую, не жалуйтесь на меня господину.
— Успокойся, — поморщилась девушка, чувствуя себя очень неловко и вовсе не испытывая желания ябедничать хозяину дома на его слуг.
— Спасибо, добрая госпожа, да пошлёт вам Вечно небо счастья и достаток, — тяжело дыша, банщица выпрямилась, держа ярко начищенный металлический диск, закреплённый на деревянной подставке.
«Надо было своё захватить, да кто знал, что прямо из сортира в баню пойду?» — мельком подумала Платина, пристально вглядываясь в бледное, слегка размытое изображение.
Убедившись, что лицо чистое, волосы из причёски не выбиваются, она отступила на шаг, чтобы наконец оценить, как на ней смотрится одежда аборигенов, и едва не взвыла от досады и разочарования.
«Вот же ж! У меня и так спереди почти ничего нет, а сейчас я вообще как доска выгляжу! Нет, ну что за мода такая?! И некрасиво, и дышать нечем, и вообще раньше бы я такое убожество в жизни бы не надела… А тут ходи как пугало».
Мысленно выругавшись, она потянулась за сапогами. Не оставлять же их здесь на память?
— Госпожа, — подала голос Усуя.
— Я их с собой заберу, — проворчала Ия.
— Как пожелаете, госпожа гостья, — поклонилась служанка. — Только позвольте я понесу.
— Да я сама, — всё ещё пребывая в растрёпанных чувствах, отмахнулась девушка.
— Если старшая госпожа увидит вас с ними, то может подумать, что я отнеслась к вам с недостаточным вниманием и почтением, — понизив голос, пробормотала Усуя, глядя в пол.
«Вот же ж! — вновь мысленно выругалась Платина. — А я об этом даже не подумала. Как тут всё сложно».
Опасаясь вновь попасть впросак, Ия набросила на голову меховой плащ, доставшийся ей в наследство от госпожи Индзо, и быстро вышла из бани.
На обратном пути она встретила двух наложниц. Девицы, примерно шестнадцати или семнадцати лет, неторопливо прогуливались по замёрзшему садику в сопровождении служанок.
При виде появившейся из прохода между зданиями гостьи они остановились. Шагавшая за ней Усуя тоже встала и, несмотря на то, что до них было не менее тридцати шагов, поклонилась, громко проговорив:
— Здравствуйте, госпожа вторая наложница. Здравствуйте, госпожа третья наложница.
Не зная, как правильно вести себя в подобной ситуации и не желая чем-нибудь обидеть этих явно страдающих от безделья дам, Ия слегка поклонилась, пробормотав:
— Здравствуйте, госпожа Сабуро, и вы, госпожа Сабуро, тоже здравствуйте.
Одна из наложниц что-то сказала, наклонившись к уху другой, и обе противно захихикали, прикрывая нижнюю часть лиц широкими рукавами ярких, шёлковых платьев.
Отвернувшись и гордо вскинув голову, Платина проследовала к знакомой двери. На миг заколебавшись, она всё же решила постучать.