Страница 40 из 67
Человеческая цивилизация ушла отсюда, как и со всего остального мира. Может быть еще и раньше нашествия гррахов. И все же жизнь здесь когда-то била ключом: стояли на входе бдительные часовые, сновал туда-сюда небольшой паровозик, а то и самоходная вагонетка. На потолке горели светильники, а по бокам мелькали железные ворота, двери, развилки и перекрестки. А за каждой дверью, над толстой пыльной тетрадью восседал важный кладовщик, доподлинно знавший, что именно раньше прятали люди под землей, но очень хорошо умевший хранить секреты.
Кто знает, может быть за одной из этих дверей до сих хранится оружие, способное убить даже грраха, и люди просто не успели вовремя его достать? Рассказывали же, что нашествие и разгром основных сил человечества произошел едва ли не за считанные часы.
— Возможно, на нижних уровнях и осталось что-то из древностей, — Рой пожал плечами, — но мы дальше второго не ходим.
— Логовища? — понимающее кивнул Босой.
— Логовища. Обвалы. Провалы. Промывы. Отрава всякая. Ну и так… По мелочи. Вы увидите еще. Здесь коридор широкий, но дальше нам придется потесниться. Да Винник, поди, и помнит? Помнишь, а? Жуткие места, я вам скажу, старикан не даст соврать. Вот только за время его отсутствия все стало еще хуже.
— Это с чего ж? — удивился Винник, — Новые провалы?
— И новые провалы тоже…
Железная дорога и впрямь скоро закончилась. Некоторое время под ногами виднелись следы от рельс, но скоро исчезли и они. После очередного перекрестка, счет которым Босой давно потерял, коридор сузился настолько, что можно было, разведя руки, коснуться сразу обоих стен. Сыростью тянуло все отчетливее, и теперь усиленное интерфейсом обоняние помогало различить оттенки новых запахов: застоявшегося неглубокого озерца, подернутого никогда не знавшей дневного света плесенью, подгнивших останков бледнокожего студенистого существа, червя или насекомого, колоний небольших белесоватых грибов, местами покрывающих стены сверху донизу.
Босому понравился их аромат. Грибы хоть и походили больше на плесень и выросли глубоко под землей, в царстве тишины, мрака и сырости, пахли жизнью, энергией, едой и были наверняка главным источником питания для здешних подземных обитателей. Сложиться такая необходимость — Босой без сомнений съест столько этих грибов, сколько понадобится, причем сырыми, без всякого огня. Хотя ему и очень бы не хотелось, чтобы подобная необходимость возникла.
Сложно было сказать, отчего Босой так уверен, что мертвое существо студенистое, а грибы белесые. Он лишь вдыхал воздух, а организм сам соображал, что к чему, рождая в голове нужные образы. Скорее всего, похожие запахи он уже когда-то ощущал и теперь лишь сравнивал с забытыми воспоминаниями.
Бетон между тем становился все более темнее. Стены все чаще поблескивали прошлепинами влаги, там, где вода собиралась в тяжелые темные капли. Босой ткнул в одну пальцем и понюхал. Пахло землей и обычной травой, той, что росла сверху.
— Дождь же прошел, — прочитал его мысли Рой, — вот и просачивается. Вода везде себе путь проложит. Но больше все же тянет снизу. Там и ручейки, и речки, и целые озера есть.
— А сколько всего уровней?
— Не знаю. Дуст говорил про семь. Но нам хватит и двух. Чуть глубже такие твари водятся…
— Я чую… Чую, что пахнет какой-то гнилью.
— Чуешь? Что ж, новичку и вправду может такое казаться. Мы давно принюхались, привыкли, — Рой пожал плечами и обратился к Зое, — А ты что скажешь? Чем пахнет?
Девчонка, до этого робко жавшаяся к Босому, вышла чуть вперед. И снова она не стала глубоко вдыхать или морщить нос, как обычно делают люди, когда принюхиваются. Только закрыла глаза и сосредоточилась.
— Пахнет водой. Грибами. Невкусным мясом. Добычей. Там много слабой невкусной добычи, но вполне съедобной. И еще много запахов, но я не знаю, что это такое. Я никогда не была там.
— А в подземельях, — голос Роя снова стал приторным, — где есть старая техника и воняющие едким и горьким бочки — бывала?
Зоя в замешательстве вспорхнула ресницами и забегала глазами из стороны в сторону. Было видно, что к подобному вопросу она не готова.
— Нет. Никогда.
— А откуда знаешь, как они пахнут?
— Я… Мне рассказывали. Я правда сама ни разу….
— Я верю тебе, — для пущего выражения доверия Рой коснулся ладонью ее щеки, — а ты сможешь показать, куда ходили те люди, которые видели технику под землей?
Зоя махнула головой так неопределенно, что даже Босой, вроде бы уже успевший к ней привыкнуть, не смог точно сказать, согласилась она это сделать или нет. Зато он теперь точно знал, что сразу после сведения татуировки Зое поступит предложение покинуть их отряд. И она, вероятнее всего, согласится.
Что с этим делать, он не знал совершенно. Отпустить девчонку с миром? Бороться за нее, посулив множество недоступных обычному подростку свобод, прав, сладостей и сушеных фруктов? Или купить у Дуста зелье, но татуировку пока не сводить? Босой далеко не был уверен, что отряд Роя не оспорит в этом случае его право на рабыню.
Вот и Рина уже оттеснила потихоньку командира от общей группы, зашептала потихоньку на ухо, а он ей коротко кивнул, соглашаясь. Вряд ли охотники оставили на время нахождения в подземелье какие-то необсужденные снаружи дела. И уж точно не обменивались неожиданными новостями — какие тут в подземелье новости? А значит, говорили о Зое.
Вдруг сквозь размышления пробился тихий писк интуиции. Это еще не был тот грохочущий раскат, когда нужно разворачиваться и убегать без размышлений, но писк настойчивый, не терпящий отлагательств.
— Там впереди что-то, — окликнул он Роя громким шепотом.
Охотник кивнул.
— Я знаю.
Это был один из тех самых провалов, о которых так часто упоминали. От стены до стены и на протяжении не меньше четырех метров пол просто не существовал, превращаясь в уходящую вниз дыру. Из нее и доносились все те необычные запахи, а еще звуки, которые слышал Босой с самого начала путешествия.
Через провал было брошено несколько толстых грубо отесанных досок, изрядно пропитавшихся влагой и местами покрытых тонкой пленкой зеленой плесени.
Грач и Рой уверенно прошли по мостку, лишь слегка прогнувшемуся под их тяжестью, а вот Зуб с массивным рюкзаком за плечами ступал осторожно, прислушиваясь к ощущениям. Прошел он без проблем и кажется даже не почуял опасности, а вот Босой услышал все, чего услышать бы ни в коем случае не хотел. Плесень, на вид совершенно безобидная, насквозь принизала доски, и хотя они на вид почти не прогибались, доносившийся изнутри скрип не предвещал ничего хорошего.
Сам Босой без труда прошел, внимательно прислушиваясь к треску, но когда на доски ступила Зоя протянул ей руку. Последним шел Винник, тоже маленький и легкий, но он опирался на посох, время от времени перенося вес на слишком маленькую точку опоры. Это его и подвело. Наступи он в то место ногой, все бы могло пройти и хорошо, но он оперся острой деревяшкой, да еще и в самое скрипучее место.