Страница 39 из 53
Полётов выдержал мой пристальный взгляд, не моргнув и тем более не отведя глаз.
— Если ответа не будет — вы компенсируете мне два миллиона рублей, которые я заплатил комиссару, — спокойно произнёс Полётов.
Его смартфон пискнул, пришло сообщение.
Полётов глянул на экран, а потом помрачнел еще больше.
— Что там, Ваше Высочество? — поинтересовался я, — Новости про Павла Павловича?
— Вы решили поиграть со мной в игры, Нагибин? — ответил вопросом на вопрос Полётов, — Глупо, князь. Очень глупо. И опасно.
— Да о чём вы толкуете? — я принял самый невинный и оскорбленный вид, стараясь при этом не переигрывать.
— Надеюсь, Псевдо-Аркариус ответит, — голос Полётова теперь стал ледяным, — А еще надеюсь, что вы найдете нечто интересное на Мальте, князь. Это единственное, что может сейчас вас спасти.
Я хотел было ответить нечто пафосное, но Полётова уже объяли потоки бело-голубой ауры. Через мгновение великий князь оторвался от земли и взмыл в небеса, как ракета, еще через мгновение он превратился в сияющую точку на горизонте…
— Вот это самое эффектное прощание аристо, которое я видел, — вынужден был констатировать я.
Герцог Кабаневич печально поглядел на меня:
— Я не советую вам злить Полётова, князь. Это и правда глупо. Вам пора выбрать сторону. Раз и навсегда.
— А я выбрал… — заверил я Кабаневича.
Герцог ожидал, что я продолжу, но я уже сказал всё, что хотел.
* * *
Псковская губерния,
Псково-Печерский мужской монастырь,
двадцатью минутами ранее…
Люба Кровопийцина ворвалась в келью царевича, как ветер, дверь в келью она открыла ударом ноги.
Обиталище Павла Павловича оказалось просторным, но довольно аскетичным. Келья была на двух человек, так что здесь стояло две кровати, а еще две тумбочки, стены были белеными, в нише висела икона Богородицы, рядом с которой горела лампадка.
Это место можно было бы принять за казарму или тюремную камеру, разве что решеток на сводчатом окне не было.
Павел Павлович то ли не успел переодеться, то ли вообще отказался надевать подрясник, по крайней мере, сейчас он сидел на кровати в брюках, сапогах и свитере и занят был делами духовного рода, но не того, который в ходу у монахов. Наследник пил из черной банки «Инка-колу» и читал свежий выпуск японской манги. С обложки манги дерзко глядела довольно-таки грудастая японская школьница…
Когда Люба ворвалась в помещение, Павел Павлович вскочил на ноги. Любу он, разумеется, узнал, он её много раз видел при дворе, еще когда девушка охраняла Павла Вечного.
— Вы Людмила Кровопийцина, — констатировал перепуганный царевич.
— Верно, — кивнула Люба, — А вы в смертельной опасности, Ваше Величество. Нагибин вас предал. Так что через пару минут сюда придут вас убивать. С чем вас и поздравляю.
— Что? — Павел Павлович явно не поверил, — Нагибин меня предал? Но ведь мы с его сестрой…
— Его сестры здесь нет, — перебила Люба, — Только я и вы, Государь. А еще убийцы, которые уже идут за вами. Вы же в курсе, что Нагибин час назад официально объявил себя Рюриковичем и претендентом на трон? Боюсь, что вы ему больше не нужны, Ваше Величество. Но, к счастью, у вас есть я. Так что собирайтесь и немедленно уходим.
— Да подождите! — потребовал Павел Павлович.
В отличие от своего брата Малого, этот парень явно был из тех, кто сначала долго думает и только потом делает. Откровенно говоря, Люба не любила таких людей. От них одни проблемы, как от этого наследника сейчас. Люба бы с удовольствием предпочла защищать Малого, а не этого царевича.
Но ничего не поделаешь — законным Императором теперь был Павел Павлович, так что Любе, как верной долгу, выбирать не приходилось.
— Нечего ждать, Ваше Величество, — жестко ответила вампирка царевичу, — Да и глупо ждать своих убийц. Вы или уходите со мной добровольно, или я уведу вас силой. Это мой долг, как вашей лейб-стражницы.
— Да кто хочет меня убить-то? — до Павла Павловича наконец дошло, что происходит, вот теперь царевич уже испугался по-настоящему, — Нагибин?
— Нет, Полётов, — объяснила Люба, — Либералы хотят посадить на трон изменника Михаила, насколько я понимаю ситуацию. А Нагибин просто сдал вас им ради профитов.
— Погодите, — потребовал царевич, — Но ведь никто не будет нападать на монастырь. Церковь имеет право давать убежище, и это право священно…
— Разве что в ваших японских комиксах, — хмыкнула Люба, — А в реальности всё обстоит несколько иначе, Ваше Величество. В средневековье, когда церковь была единой, а страна раздроблена, так и было. Церковь часто выступала медиатором и судьей в конфликтах магократов. Но сейчас не средние века. У нас Империя, царевич, проснитесь! Так что остановить убийц Полётова монахи никак не смогут, даже если захотят. А теперь идемте или, клянусь, я сейчас оглушу вас и утащу в бессознательном состоянии и не жалуйтесь потом!
До Павла Павловича теперь окончательно дошло, вообще этот парень был на самом деле туговат, как и его братец. Павла Вечного было охранять гораздо проще, чем его наследничков…
Через пару минут Люба и царевич были уже у ворот монастыря.
Люба первым делом вырвала из рук Павла Павловича японский комикс и зашвырнула его в кусты:
— Вот это вам не понадобится, Ваше Величество. Я буду вашей анимешной тянкой, настоящей, живой и теплой. А комикс пусть полежит здесь. Полётов в курсе, что вы фанат «Удивительных романтических приключений Лизы и Софочки», так что его люди найдут вашу мангу и поймут, что вы на самом деле были в этом монастыре…
— А зачем им это понимать?
— Я обещала Нагибину не подставлять его перед Полётовым, — вздохнула вампирка, — Так что все должно выглядеть так, как будто я увезла вас отсюда против воли Нагибина. Нагибин как всегда играет какую-то сложную игру. Впрочем, нас это не касается. Погнали.
Люба указала на запаркованный возле ворот монастыря полицейский мотоцикл с губернским гербом.
— А где вы взяли этот мотоцикл? — подозрительно поинтересовался Павел Павлович, которому явно очень хотелось вернуться в свою уютную келью допивать «Инка-колу».
— Да просто отобрала у полицейского, — призналась Люба, — Но мент живой, не переживайте, Ваше Величество, я его просто оглушила. Вот дерьмо… Смотрите!
Люба указала в пасмурные осенние небеса, на горизонте в небе появился десяток черных точек. Точки стремительно росли и приближались…
— Это дроны что ли?
— Нет, это Полётовы, — вздохнула вампирка, — И еще одно слово, Ваше Величество — я вам язык отрежу. Садитесь на мотоцикл. СЕЙЧАС ЖЕ.
Люба завела мотор, Павел Павлович сел позади девушки.
— За талию меня держите, и покрепче, — приказала вампирка.
Малой еще обычно хватал её за грудь во время поездки, его Люба тоже, помнится, возила на мотоцикле. Впрочем, она была уверена, что Павел Павлович ничем подобным заниматься не станет.
— Они же нас заметят! — прокричал царевич, когда мотоцикл уже рванул с места.
Он был прав, местность вокруг монастыря была как на ладони — одни поля и аккуратные деревеньки. А Полётовы летят высоко, и глаз у них острый, не зря же у них на гербе изображен орёл.
— Заметят — пожалеют, — крикнула в ответ Люба, похлопав рукой по зачарованному арбалету, который она прятала под курткой…
Глава 185 — Копай
«К — Кросивые
Р — Розумные
Ы — Ыстинные
С — Савершеные
Ы — Ыдём!»
Загадочная надпись, обнаруженная в 2007 году на заброшенной Третьей линии Петербургского метрополитена
Яркий свет из тоннеля ослепил Таню, девушка замерла от ужаса.
Впрочем, на поезд это было не похоже, насколько понимала Таня, у поезда всего пара фар. А у того, что вылезло из тоннеля, фар было под сотню…
Да это же не поезд! Это были мотоциклы, несколько десятков, это они рычали и гудели в тоннеле. Просто со звуками здесь творится нечто странное, как и предупреждал старик Самосборов.