Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 6 из 10



– В наши годы кто-то читает газету, и это в психушке…, – проговорила Олеся.

Мы прошлись по кафельной плитке, где вдруг показался один из пациентов клиники. Его лицо было круглым, но не толстым, а скорее худым. Голова выбрита, а на лице была чёрная козья бородка.

– Это случилось! Я знаю! Конец света случился! Весь мир в огне! Это всё заговор! Их нужно остановить! Они вновь захотят всё повторить! – кричал тот.

– Иди уже! – крикнул санитар, что взял под руку больного, и увёл по коридору.

– Вы кто? – вдруг показался рядом с нами один из врачей.

– Мы ищем главного врача клиники, у нас есть вопросы, – ответил я, показав вновь удостоверение.

– Ага. Ну я главный врач этого места. Меня зовут Николай Мстиславович Паиков. Чем могу служить? – ответил тут же он, убрав руки за спину, но перед этим поправил очки в прямоугольной оправе, что висели на худом носу, и казались больше, за счёт острых скул и впадин на щеках.

– Подскажите. Пару дней назад видели человека на дороге. Его маршрут пролегал через место, где утром обнаружили тело мальчика, – начала Олеся.

– Хм-м я слышал об этом…убийстве. Вы, наверное, хотели узнать не отсюда ли этот человек? – спросил он.

– Да, именно этого мы и хотим, – отвечал я.

– Знаете, отсюда давно уже никто так свободно не уходил, – ответил главный врач.

– Нам бы пригодился список пациентов, которые покинули вашу клинику относительно недавно, – вдруг недоверчиво произнесла Олеся. – Мы были бы вам благодарны.

– Ну хорошо, я вам его предоставлю. Правда, не думаю, что это поможет…, – начал Паиков, и направился к лестнице, ведущей на следующие этажи, а оттуда к своему кабинету.

Его кабинет кардинально отличался от общей обстановки в этих местах. Вместо холодного и тусклого света, в кабинете было светло и тепло. Стены, покрытые панелями. Люстра, свисающая над большим столом с глянцевым покрытием. Главврач прошёл к шкафу, рядом с которым была большая книжная библиотека по психологии, психиатрии и общей медицины, и открыл дверцу. Он достал оттуда стопку бумаг, толщиной в полметра.

– Это столько людей покинули клинику? – спросил я.

– О нет! Это общий список всех прибывающих здесь, – ответил он, после чего оставил стопку бумаг на столе, и полез дальше в шкаф. – Вот это уже список покинувших клинику.

Он достал толстую папку. Поставил в центр стола, и принялся открывать и листать содержимое. По очередности он давал нам небольшие «анкеты» с фотографиями людей и диагнозом. Совершенно разные люди. С разными болячками и степенью опасности. Среди них были конечно же в основном те, кто не представлял большой угрозы.

Олеся и я долго осматривали каждого бывшего пациента. Все они покидали клинику давно. Начиная с 2002 по 2019 года. Все они были с Минска, с Гомеля, или с деревень на юге страны. Всё это было не то. Я собрал всю стопку и недовольно бросил рядом с главным врачом на стол.

– Сомневаюсь, что это они, – проговорил я, после чего глянул на стопку бумаг, содержащихся на лечении.

– Может тот, кого видели у места преступления, с какой-нибудь деревни? Например, шёл к главной дороге? На заработки, – высказался Паиков поправляя очки.

– Олеся. Набери спецов. Узнали ли они что-нибудь? – обратился я.

– Хорошо, – ответила Олеся, доставая телефон, набрала номер и отошла.

– Николай Мстиславович благодарим за помощь, – проговорил я, и пожал ему руку.

– Ну чем смог, – коротко ответил главный врач, после чего вернулась Олеся.

– Кровь проверили. Не мальчика. Пробивают по базе, – ответила Олеся. – Куда теперь?

– В Михайловщину. Опросим жителей и родственников мальчика, – проговорил я, после чего мы вышли к машине.

– Откуда информация, что мальчик оттуда? – непонимающе спросила Олеся.

– Один офицер из Воложинского отделения, сказал, что неделю назад заявление о пропаже поступало, но на следующий день его забрали. Писали из Воложина, – ответил я.

– Зачем тогда забирать заявление, если мальчик нашёлся? Уверен, что нам туда? – надоедливо обратилась Олеся, но я не ответил ей.

– Что-то вы быстро, – проговорил Макс. – Я проголодался, может перекусить?

– На заправке возьмёшь что-нибудь, поехали, – произнёс строго я.

– Как скажешь начальник, – ответил Макс, и четыре колеса вновь покатились по дороге.

Глава 2. Кошки-мышки. 9 июня 2022

Часть 1. Михайловщина





Путь занял час времени. За весь такой не длинный путь, я успел немного поспать. Мне снился вновь тот же сон, к счастью, мы уже подъезжали к деревне Михайловщина, и меня разбудили.

– Приехали начальник, – произнёс устало Макс.

– Стой у этого магазина. Мы обойдём деревню, попробуем опросить местных, – ответил я Максу, после чего он припарковался рядом с деревенским магазином.

Сам же магазин представлял собой обычный вагон-дом, наподобие тех, что используют работники в нефтяной сфере.

– Квітнець. Якімі лёсамі ў нашых краях? – произнёс вышедший из магазина мужчина.

– День добрый. Мы из милиции, – ответил я.

– Ну так відаць што вы адтуль. Вы Мінскія што-лі? – продолжал он.

– Можно мы перейдём на русский? – обратился я.

– Почему нет? Можно! Вы Минские? – начал незнакомец.

– Да. Есть вопросы у нас к местным жителям этой чудной деревни. В Воложинское отделение милиции поступило заявление о пропаже мальчика. Что скажете? – продолжил я.

Мужчина задумался.

– Да…неделю назад, племянник Нины Захаренко сбежал из дома, – ответил он.

– Нашёлся? – обратилась Олеся, будто ожидая очевидного ответа.

– Так нет. Пропал с концами с недели как, – вдруг заявил мужчина.

– Очень интересно, – проговорил я, глядя на удивлённую Олесю.

– Где найти эту Нину Захаренку? – обратилась Олеся.

– Это вам туда. 25-й дом, – проговорил мужчина, и распрощавшись с нами направился по своим делам.

Я обратил внимание, что вдоль улицы уже стояли местные жители, что любопытно нас разглядывали. Они шептались друг с другом, а когда неизвестный мужчина покинул нас, они окружили его и начали расспрашивать.

– Пойдём, – начал я, и отправился по старой, ещё проложенной в советские времена, дороге.

Минуя несколько домов, я оглядел округу. У дома номер 13, во дворе показалась чья-то фигура. Мужчина средних лет косо поглядывал на дорогу в нашу сторону. Он промелькнул лишь на секунду, но я заметил на его лице испуг, как и многих местных в этой деревни.

Через десяток метров, мы остановились напротив 25-го дома у дороги. На участке работала женщина. Она крутила барабан, что поднимал на цепях ведро воды из колодца. Мы не спеша подошли к калитке и открыли её. Вошедший первым на территорию, из будки рядом с воротами выбежал здоровенный мохнатый пёс, что прикован был толстой цепью к ошейнику. Пёс начал лаять и бросаться на нас.

– Пошёл вон! – прокричал я испуганно.

– Рекс! Молчать! – прокричал голос женщины.

Пёс недовольно отошёл и лишь тихо рыча, вновь спрятался в будке.

– Кто вы такие? – вдруг начала женщина, вышедшая нам на встречу.

– Мы следователи из Минска. Мы по поводу вашего заявления, – отвечала Олеся.

Женщина поставила ведро с водой у стены. И махнув нам вяло рукой, пригласила к себе. Недолго думая мы прошли за ней. Через некоторое время, мы сидели у неё дома в зале. Осмотрев помещения, я увидел фоторамки, в которых была изображена семья с ребёнком. Мальчиком, тем самым, чьё тело нашли на просёлочной дороге. Я указал Олесе на фото. Она лишь выдохнув кивнула.

– Вы Нина Захаренко ведь так? – спросил я.

– Да. Так что вы хотели? И…что насчёт заявления? – спросила она.

– Почему вы забрали его? – спросил тут же я, поставив её в ступор.

– Как же сказать вам…для начала покажите удостоверение, – вдруг ответила она.

– «Явно обдумывает ответ», – подумал я.