Страница 36 из 68
Осколки от разбитых окон автомобилей — все они давно разлетелись по бетону. Резкая вонь бензиновых паров из пробитых бензобаков резала ноздри.
Лиам пробрался через гараж на открытый верхний этаж, прежде чем достиг длинных рядов военных машин. Большинство грузовиков оказались забиты боеприпасами.
Здесь располагалась временная перевалочная база. Генерал, вероятно, нацелился на «Винтер Хейвен».
Не сегодня. И не завтра.
Нет, учитывая, что Лиаму есть что сказать по этому поводу.
Он принялся за работу. Проезжая мимо каждого припаркованного «Хамви» и легкого тактического вездехода, он разбрасывал гранаты с белым фосфором, как конфеты на параде.
Гранаты не взрывались сразу. Но воздух вступал в реакцию с фосфорными химикатами. Это походило на взрыв дымовой гранаты. Затем начался пожар.
Металл, ткань и пластик мгновенно воспламенились. С температурой почти три тысячи градусов зажигательная смесь прожгла дыры в броне.
Машины загорелись как спички — невероятно быстро и сильно. Металл скручивался и плавился. Ящики с припасами с грохотом взлетали вверх.
Из раскаленных машин валил белый дым. Лиам пронесся вверх по одному ряду и вниз по другому, бросая гранаты на ходу. Пять «Хамви» уничтожено. Десять, пятнадцать.
Машины и их содержимое приведены в негодность. Лиаму сильно не нравилось уничтожать ценные запасы, но у них нет возможности захватить их для себя.
— У нас гости! — прокричал Бишоп через рацию.
У него не осталось времени.
Шины завизжали, когда Лиам свернул, едва не врезавшись в бетонный столб, и помчался к выходу, игнорируя стрелки и предупреждающие знаки «Не туда!»
Он прищурился: из-за дымки, проникающей в тесную кабину, видеть становилось все труднее.
Лиам выехал из гаража, проскочив через закрытый красно-белый шарнирный шлагбаум, и затормозил.
Перес мрачно усмехнулась, рывком открывая дверь.
— Сейчас прибудет кавалерия!
Она бросила пулемет М60 с ленточным питанием на заднее сиденье и забралась внутрь. Рейносо схватил второй и тоже закинул его внутрь.
Они уже слышали крики солдат и грохот новых «Хамви», направляющихся в их сторону.
Бишоп запрыгнул на переднее сиденье.
— Вперед! Вперед! Вперед!
Лиам ударил по газам. Они неслись по пустым улицам, вокруг возвышались здания. Бишоп направил свое оружие в окно, проверяя дверные проемы и крыши.
— Альфа-2, это команда Альфа-1. Прикройте нас! — Перес передала по рации. — Мы едем в вашу сторону!
— Альфа-1, мы вас видим. Они приближаются к вам со стороны Мейн-стрит. Стейт-стрит чиста.
— Принято. — Перес бросила рацию в пользу M60.
Снова спорадическая стрельба. Рычание двигателей «Хамви» становилось все ближе.
Сердце Лиама бешено колотилось в груди, когда они с визгом шин свернули налево на Стейт-стрит. Вонь жженой резины заполнила его ноздри.
Бишоп выбросил в окно несколько фосфорных гранат. Позади них заклубился белый дым, огромными облаками заполняя всю улицу, создавая мгновенную и эффективную дымовую завесу, прикрывающую их движение.
Они выбрались из города.
Глава 36
Генерал
День сто одиннадцатый
Гиббс вошел в апартаменты Генерала.
— Мне нужно поговорить с вами, сэр.
Генерал стоял лицом к окнам, сцепив руки за спиной. Его телохранители расположились по обе стороны от дверного проема. Еще четверо ждали за дверью.
Бакстер сидел за скромным гостиничным столом в углу, выводя тонким почерком седьмую главу рукописи.
Генерал глубоко дышал, не отрывая взгляда от линии горизонта, где вода сливалась с синевой неба, не обращая внимания на лачуги и покосившиеся палатки, захламлявшие пляж. Его глаза скользили по полуразрушенным рыбацким лодкам, загромождавшим озеро Мичиган.
Ему надоел этот отель, надоели пайки. Надоел этот город. Фолл-Крик стал занозой в его боку.
— Сколько мы потеряли?
— Наши боеприпасы, топливо и транспортные средства подверглись нападению, сэр. Пять грузовиков с боеприпасами и четырнадцать «Хамви» уничтожены. Половина наших боеприпасов разлетелась на воздух.
Генерал обернулся. Гнев пронизывал его, как электрический ток.
— Как вы позволили этому случиться?
Гиббс не дрогнул.
— Обстрел использовался как отвлекающий манёвр. У них были люди в засаде, чтобы заманить солдат в ловушку и отвлечь наше внимание, пока они будут заниматься нашим снабжением. Гвардейцев накрыли взрывпакетами и оставили без сознания. Штурмовые группы оказались слишком быстрыми. К тому времени, когда мы послали вторую группу реагирования, их уже и след простыл.
Генерал выругался. Он чуть не смахнул с полки полупустую бутылку коньяка и не швырнул ее в Гиббса. Но сейчас коньяк слишком дорог, чтобы тратить его впустую.
— Нам потребуется в два раза больше времени, чтобы доставить наших людей куда-либо. Потерь нет, но запас боеприпасов сократился вдвое. Топлива мало. Еды у нас всего на несколько дней. Даже если мы перейдем на паек. Людям это не понравится, но…
— Действуй! Мы найдем больше еды, когда закрепимся в Фолл-Крике.
Гиббс поджал губы.
— Есть кое-что еще.
— Выкладывай!
— Франклин и Дженкинс обратно не доехали.
— Что, черт возьми, ты имеешь в виду?
— Они не вернулись. Не вышли на связь. Мы можем только предположить, что их перехватили и уничтожили.
Гнев белым пламенем обжег Синклера. Он хотел кого-нибудь или что-нибудь прикончить. Он не желал видеть ни Гиббса, ни Бакстера, вообще никого.
Бакстер не поднимал глаз, на его лице застыло напряженное выражение. Хотя в комнате было прохладно, на его лбу выступили капельки пота. Он выглядел так, словно боится за свою жизнь.
— Когда мы пойдём и разнесём их в пух и прах? Сэр. — Лицо Гиббса не выражало почти ничего, но Генерал распознал сдерживаемую ярость, вспыхнувшую в его глазах.
Генерал заставлял себя дышать, сохранять контроль. Он жаждал выпустить своих бойцов и позволить им делать то, что они умеют лучше всего.
Он бы предпочел сравнять город с землей. Ему даже не придется ступать в его пределы. Черт возьми, при должной артиллерийской и воздушной поддержке не пришлось бы приближаться ни одному его солдату.
Они могли бы уничтожить Фолл-Крик, стереть с лица земли.
Но ему приходилось думать о своем потомстве. Она все еще оставалась внутри.
— Отправьте им еще одно сообщение, — распорядился Генерал. — Такое, которое они нескоро забудут.
— Я так и сделаю, — отозвался Гиббс. — Это не может остаться без ответа.
— Но разумно. Мы должны ограничить использование артиллерии и минометов. Нам нужно беречь «Винтер Хейвен». Солнечные батареи, теплицы и засеянные поля. Когда мы захватим власть, то воспользуемся этими ресурсами.
— А люди?
— Кроме моей правнучки, меня никто не интересует, хоть всех их убейте. Но приведи ко мне Лиама Коулмана. Я хочу покончить с ним лично.
Он не думал о последствиях нападения американских военных на жителей американского города. Теперь он командовал. Губернатор дал ему полномочия принимать единоличные решения. Что он, черт возьми, и сделал.
Гиббс прочистил горло.
— В чем дело?
— Войска — они могут отказаться вступать в бой с некомбатантами. Даже укрывающими террористов. У них не хватит на это духу.
— Любой, кто посмеет ослушаться моего прямого приказа, закончит как те дезертиры!
— Мои люди могут это сделать. У них нет таких моральных устоев.
Генерал снова повернулся к окну и залюбовался видом.
— У тебя есть идея?
Он поймал ровную улыбку Гиббса, отраженную в стекле.
— Я как раз кое-что придумал.
Глава 37
Лиам
День сто двенадцатый
Ночью Лиам следил за дорогой.
Сквозь очки ночного видения темнота окрасилась в разные оттенки зеленого. Луна едва виднелась, скрытая за густой пеленой облаков.
Ранее прошел дождь — дорога блестела, капли дождевой воды покрывали остовы мертвых машин. Деревья и трава влажно блестели.